РЕСТАРТ"следуй за нами"

Arkham

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Arkham » Сгоревшие рукописи » I know you


I know you

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

https://69.media.tumblr.com/4dad023fd2c638d7a0d4cbc437225cb5/tumblr_pn4jjqW2vT1qa5045o7_500.gif

Aiden Moss & Nycrama
19.11.2018, вторая половина дня, бар неподалеку от Миксатоника


В поисках правды нельзя разбрасываться возможностями

+1

2

Эйден собирался ехать домой. Он только что покинул территорию Миксатоника, и остановился неподалеку от припаркованной машины, чтобы перекурить. Вообще можно было бы прогуляться еще с часик и поехать домой вместе, но гарантий, что гулять не придется часа три - не было. А на улице было уже по-ноябрьски зябко, чувствовалось приближение зимы. Впервые за долгое время не было ровным счетом никаких важных планов, и можно было просто отдохнуть. Поваляться перед телевизором с ведром куриных крылышек с барбекю, например. Выпить пива, поболтать или просто посмотреть кино. Мосс уже начинал забывать об этом виде отдыха. Оказывается, и он необходим иногда. Смотреть фильмы для масс-маркета, а не высокоинтеллектуальное авторское кино. Есть фастфуд с доставкой на дом, а не пробовать очередной вычурный рецепт, убив на это львиную долю вечера за кухонным столом. Болтать о всякой ерунде, вроде того как прошел день, какой фильм выйдет в следующем месяце и как отучить кота перестать орать на рыбок в аквариуме. Все это порою было просто жизненно необходимо. Выключить мозг, грубо говоря, дав ему передышку. Именно таким был план на сегодняшний вечер.

И он был бы претворен в жизнь практически немедленно, потому что мужчину уже взялся за ручку двери автомобиля, собираясь сесть в него и отправиться в сторону дома, как вдруг остановился. Замер. Мосс еще не научился легко распознавать, что означают подобные ощущения, но прекрасно мог дифференцировать их от всех остальных. Сейчас Эйден прикрыл глаза, вслушивался в самого себя, чтобы наверняка не ошибиться. Нет, рядом точно был кто-то "не отсюда". Мужчина не знал, имеют ли эти твари всех сортов какую-то принятую для них самих классификацию, но понимал, что это нечто совершенно не похоже, к примеру, на ту штуку, что устроила переполох здесь же, в здании Университета, парой недель ранее. Что-то другое. Больше, что ли. Разумнее. Как бы странно это не звучало. Эйден захлопнул дверцу автомобиля, так и оставшись снаружи. Он еще никогда не пробовал делать нечто подобное, но сейчас был хороший шанс проверить, возможно ли это вообще. Мосс не знал, кто именно из людей, находящихся неподалеку, вызывает у него такие ощущения, но предполагал, что если оно начнет удаляться или приближаться, мужчина это почувствует.

Некоторое время он еще просто стоял, делая вид, что что-то ищет в смартфоне, затем снова курит, на самом же деле Мосс пытался улавливать малейшие изменения. И в итоге у него это получилось. Путь был не слишком долгим, пусть он и не был до конца уверен, что нигде не ошибся, и собственные ощущения привели его в нужное место. Эйден пересек порог небольшого, но вполне шумного бара. И это было хорошо. В таких местах можно было спокойно разговаривать даже не шепотом, и при этом оставаться не услышанными другими посетителями. Столики были заняты, но не это сейчас волновало Мосса. Он подошел к стойке, взяв кружку безалкогольного пива. Ему все еще хотелось вернуться домой на своей машине. О том, что встреча с подобными существами в принципе ставит под вопрос разумность построение планов на ближайшее будущее - об этом мужчина предпочитал просто не думать.

- Разрешите? - Эйден подошел к одному из столов, в самом дальнем углу бара, за которым сидела светловолосая женщина, - Все остальные, к сожалению, занята. Даже у стойки, - он старался вести себя максимально непринужденно, учитывая тот факт, что все еще мог ошибаться, и сейчас стоит рядом с самой обычной женщиной, не имеющий никакого понятия о происходящем вокруг. С такой, каким он сам был еще три недели назад. Казалось, что прошла целая вечность. Но нет, сейчас эти ощущения были сильны как никогда. Эйден не ошибся. Это было исключено. Он сел напротив блондинки, сделал небольшой глоток пива, после чего поставил кружку на стол, и лишь затем заговорил снова. - Я знаю, кто ты.

+1

3

Когда-то очень давно, так давно, что и помнить такое уже просто неприлично, совсем еще юный Никрама полагал, что люди – это некая константа, на которую можно положиться и которая, при правильном использовании и бережном уходе, может прослужить на его благо довольно долго. Но, к его большому разочарованию, люди оказались субстанцией изменчивой, непостоянной, и весьма ненадежной. Они меняли своих богов, создавали новых кумиров, придумывали новые идеалы, с удовольствием примеряли на себя новые роли, увлекались веяниями моды и легко подстраивали под себя мораль. Никрама все это время очень внимательно следил за этими изменениями. Ведь он учился на собственных ошибках и не готов был упустить свой шанс напомнить этим самоуверенным созданиям о том, кто когда-то помогал им делать первые шаги как разумных существ. Ему даже не нужно было их раскаяние, просто вернуть их туда, с чего они начали – в небытие.

Поселение в дешевом мотеле за счет компании – вот как назвал бы это все Никрама, если бы имел богатый опыт корпоративных командировок. Его новый сосуд не был ни царем, ни полководцем, ни великим ученым, ни шаманом захудалого племени, так что не тянул даже на три звезды. Женщина была простой лаборанткой, и только. Но культ, на скорую руку сформированный Глаакой, а точнее его марионеткой, не позволял иной роскоши. Поэтому приходилось довольствоваться тем, что есть. Впрочем, тело было целым, здоровым, без явных признаков зависимости. Было ли это тело красивым, умным или же напротив, безумным, древнего заботило мало. Бесед с прежним владельцем он вести не собирался, да и на подиум выставлять тоже не планировал. И все же кое-какие полезности у нового сосуда были. Например, доступ к складам, лабораториям и прочим помещениям в университете или журналисткая корочка. Кто знает, может еще пригодится. 
После двух недель отсутствия на работе, Никрама, в теле Виолы Харрис, все же соизволил там появиться. На пару часов, чтобы осмотреться. Коллеги заботливо справлялись о самочувствии, но тот час же теряли интерес к ответам, что, по-видимому, было лишь заявкой на вежливое отношение друг к другу. Что ж, похоже, что еще одним плюсом этого тела было умение оставаться неприметной в кругу коллег. День закончился, словно и не начинался, но что значат восемь часов светлого времени суток в сравнении с вечностью? В любом случае, он чувствовал, что сейчас, где-то между прошлым и будущим, самое удачное время для того, чтобы пропустить бокал-другой виски в приглянувшемся неподалеку баре. И не просто пропустить, а посмотреть сводки новостей, кто крутили по телеку над барной стойкой, послушать, что болтают про недавние события в городе и про жалкие потуги людей предотвратить то, о чем они даже не догадываются.

Усевшись в самом углу бара, Никрама задумчиво поворачивал массивный бокал с янтарной жидкостью, в которой плавало пара кубиков прозрачного льда. Кубики таяли медленно, иногда казалось, что они уже растворились полностью, но при очередном повороте вновь проявлялись своими сглаженными граням в свете тусклой лампы над стойкой.
На вопрос о свободном месте древний даже не среагировал, считая, что это не стоит его внимания. Так было невежливо, но молодая женщина, в чьем теле и разуме хозяйничал теперь древний, даже не удосужилась взглянуть на того, кто к ней подсел. Однако, это вовсе не означало, что древний не заметил нового соседства. Просто было куда интереснее анализировать ощущения в теле, вызванные потреблением алкоголя. Это не новое ощущение, но тем более приятное, потому что оно уже почти забылось с момента прошлого посещения людского мира.
Как того и следовало ожидать, подсевший парень решил, так сказать, по простому, склеить Виолу Харрис. Никрама мысленно цокнул про себя, пообещав больше не садиться в углу бара с печатью одинокой брошенки на лице. Кроме выпивки ему сейчас хотелось чего-то еще, но Никрама пока еще средне ориентировался в потребностях этого тела, а потому предпочел не делать поспешных выводов.
- А я знаю, что тебе здесь ничего не светит, - спокойно ответил Никрама мелодичным женским голосом в ответ на заявление мужчины, и даже сдобрил сказанное легкой улыбкой на виолиных губах.

+2

4

Ладно. Стоило признать, что эффектно не получилось.
И если бы еще Эйден пытался этой самой эффектности достичь, вот тогда бы действительно было обидно. А еще обиднее бы было, если бы ему вдруг приспичило познакомиться с женщиной в баре. Правда в таком случае он бы вряд ли использовал серьезный тон и вот это вот: «Я знаю, кто ты». Он же не Джеймса Бонда тут из себя пытался строить, да даже если бы и пытался, получился бы, максимум, Джонни Инглиш. Впрочем, где-то в глубине души было совсем чуть-чуть, но неприятно. Все же Мосс представлял из себя молодого мужчину, в прекрасной физической форме, вроде бы не страшного, хотя бы визуально. Так что даже несмотря на то, что он был уверен, что перед ним отнюдь не обычная женщина, а некое существо не из этого мира, удар по своему мужскому самолюбию Эйден все же получил.  Это было необъяснимо, но как-то так и работала чисто мужская психология.

На какой-то момент Эйдену показалось, что он все-таки ошибся. И в таком случае лучшим и единственным, что он мог сделать – это максимально корректно извиниться перед незнакомкой, и уйти, причем чем быстрее и незаметнее, тем лучше. Вот только его внутренние ощущения говорили совсем о другом. Мосс просто-напросто не чувствовал в этой женщине обычного человека. Это было нечто другое. Похожее на те ощущения, что появились у него в присутствии Саманты. Разве что тогда он еще не понимал, что к этому нужно прислушиваться, нужно анализировать, сопоставлять данные. Теперь он это знал. А, как известно, знания, полученные опытным путем – самые стойкие и самые верные. Именно поэтому Эйден не шелохнулся, лишь отодвинул от себя чуть подальше чашку с дурацким безалкогольным пивом (мог бы и воды взять, в конце концов), сцепил руки в замок, опершись на них подбородком, и снова крайне внимательно посмотрел на женщину напротив.

Что он хотел получить от нее? Мосс пока и сам до конца не понимал. Возможно, подтверждение своих догадок, а заодно и той информации, что дала ему Саманта, и которая до сих пор больше всего была похожа на правду, по сравнению с другими вариантами. Он, наверное, хотел правды. Мосс не знал, может ли как-то научиться идентифицировать тех, кого пока что просто умеет чувствовать. Но, возможно, эту чувствительность можно было бы как-то усовершенствовать, тем или иным образом. Эйдену было интересно, сможет ли он, при наличии такой возможности, почувствовать, что перед ним именно то существо, что тридцать лет назад присвоило тело его родного отца. Возможно – оно сейчас перед ним? В теле этой блондинки, одарившей его своеобразной улыбкой, сидящей в небольшом баре маленького городка, устало попивающей виски со льдом? И что тогда? Что Эйден может ему сказать? Требовать ответа? Предъявлять претензии? Почему-то именно сейчас мужчине вспомнилось то знаменитое: "Люк, я твой отец". Почему-то в контексте всего происходящего, ему все чаще вспоминаются те или иные моменты из Звездных войн. Остается лишь верить, что это не дурной знак.

- Я бы, наверное, обиделся, если бы, например, не был женат или, - мужчина на несколько секунд замолчал, будто бы пытаясь рассмотреть что-то в лице собеседницы. Вроде бы ничего необычного. Светлые волосы, приятные черты лица, кажется, некоторая усталость, особого дружелюбия, правда, тоже не наблюдалось, но в сложившейся ситуации Мосса это уже мало волновало. У него не было цели подружиться – он хотел понимания. И не мог упустить шанса это понимание получить.  – Или если бы Вы были человеком, - Эйден говорил негромко, но был уверен, что женщина, а вернее то, что владело ее телом, его прекрасна слышала. И он специально сделал акцент на слове «человек», потому что продолжать словесную дуэль пикапера-неудачника не было ровным счетом никакого желания.

+1

5

Где-то в кармане пиджака у Харрис нашлась пачка сигарет. Привычки тела на то и привычки, что не требуют никаких усилий со стороны «поселенца».
Откинувшись на низкую спинку барного стула, Виола Харрис не спеша достает пачку из кармана и отвлеченно читает название марки. А ведь когда-то он сам подсказал одному из индейских шаманов этот несложный способ утоления головных болей, которые того мучали, в обмен на скромное жертвоприношение. Обернулось это тем, что шаман уверовал, что чудодейственные листья призывают богов, а дым есть канал связи с потусторонним миром. Может в том и была какая-то доля правды, сейчас уже никто и не разберет, но спустя несколько тысячелетий дело приобрело такой оборот, что вполне могло потянуть на целый культ, и Никрама пожалел, что не вплел какой-нибудь мощный ритуал с упоминанием себя любимого в процессе курения. Впрочем, чем больше людей увлекалось курением, тем меньше эффекта производило действие табака. Разве что в дебрях американских джунглей еще помнили настоящий рецепт общения с духами при помощи трубки.
И сейчас Никрама с глубоко философским видом рассматривал продукт массового потребления, когда-то служивший эксклюзивным каналом связи с источником знаний для избранных. Что тут скажешь, времена меняются. Дары богов обесцениваются, инфляция, мать ее.
Сидящий же рядом парень, судя по всему, не собирался менять тактику и продолжал давить на выбранный им способ. Оригинальность подхода уже потеряла свою актуальность, но настырность, с которой мужчина стремился завязать диалог, требовала какой-то реакции. И древнему стало любопытно.
- И кто же я, по-твоему, если не человек? – Виола развернулась в пол оборота к собеседнику и внимательно посмотрела на того, проведя рукой по своим светлым волосам. Она с видом наигранной заинтересованности, склонила голову чуть на бок, от чего длинная челка прикрыла один глаз.
Девушка потянулась к бокалу с виски, не сводя взгляда с молодого человека и словно приглашая  откровениям, которые, по-видимому, переполняли его.
Бар постепенно наполнялся людьми, и сейчас здесь уже толпилось не несколько завсегдатаев, а куда большее количество народу. Становилось довольно шумно и душно. Все что-то заказывали, ели, пили, обсуждали и смеялись. Как бесполезно они тратили и без того короткий человеческий век. Никрама невольно представил себе картину в кровавых красках, на которой разорванные в клочья тела с торчащими наружу костями, вываливающимися кишками и разбрызганными мозгами украшают это заведение куда лучше, чем праздно сидящие сейчас посетители. И ведь ему ничего не стоит сейчас материализовать возникший образ, пронзив каждого смертоносным щупальцем. Древний задумчиво потарабанил тонкими пальцами о столешницу. Все же, насчет «ничего не стоит» он поторопился. Это будет стоить, как минимум, публичного разоблачения, с которым, при текущих обстоятельствах, пока хотелось повременить. Поэтому проблему с горе-пикапером надо было решать по другому. Впрочем, Никрама уже заметил, что парень не похож на полного психа, хоть и одержим какой-то, пока еще непонятной идеей, а значит, дело в чем-то ином.

Отредактировано Nycrama (13-03-2019 07:39:34)

+1

6

Да, пожалуй, это оказалось сложнее, чем Эйден представлял себе в начале. Хотя, откровенно говоря, ничего он себе не представлял заранее. Это была несколько затянувшаяся, и далеко не самая лучшая импровизация. И потому сейчас его все сильнее одолевали сомнения. Стоит ли сейчас идти ва-банк, или же проще вежливо извиниться, прикинуться сумасшедшим, сделать вид, что срочно нужно куда-то бежать… в общем, смысл один – свалить куда подальше, прекратив позориться перед человеком, который только что пальцем у виска не крутит, хотя вполне мог бы. И это было бы как раз оправдано. Вот только мужчина не верил, что может настолько сильно ошибаться. Да, он и сам до конца пока не разобрался в своей сущности, в том, что он может, а что – нет. И как со всем этим максимально эффектно управляться. И все же он был в состоянии отличить признаки паранойи от самого что ни на есть стойкого ощущения, от которого не избавиться, и которое невозможно спутать с чем-либо иным.

Именно поэтому Эйден продолжал сидеть в этом баре, рассматривая сидящую напротив женщину. Закурить было прекрасной идеей, и, наверное, хорошо, что ему не пришлось делать это первым. Банальные правила приличия, не более того. Но они, по мнению мужчины, должны существовать не только между обычными людьми. Кстати о людях. Вопрос был интересным. Как минимум, потому что Мосс и сам не знал, как правильно они себя называют. Термин «демон» был ближе всего лично ему самому, может быть потому что так было понятнее, лучше вписывалось в его картину мира, которая и так рушилась весьма стремительно, что приходилось будто бы цепляться за какие-то ее остатки, чтобы окончательно не потерять равновесие. Алисия совсем недавно говорила что-то о древних, кажется, это называлось именно так. Возможно, такое наименование звучало несколько лучшее, эпичнее даже. Сущности, твари, существа – все это было несколько ниже, и Эйден это понимал, так подсказывало ему то ли чутье, то ли интуиция, то ли недавно обретенные способности, не суть важно, ибо он в любом случае себе доверял, а назвать можно было как душе угодно.

- Я, конечно, могу ошибиться в правильном названии, - несмотря на некоторую нервозность, Эйден все же говорил пока что весьма спокойно. У него в планах точно не было устраивать из бара пепелище, и пусть он только учился контролировать это своеобразное управление огнем, видимо, кое-что у него уже начинало получаться. И хотелось бы верить, что дальше будет только лучше. – Мне ближе «демон», - Мосс посмотрел женщине прямо в глаза, отчего те самые странные ощущения лишь усилились. – Извини, если звучит не очень, - мужчина усмехнулся, сделал очередную затяжку, а затем все же продолжил, - Насколько я знаю, таких как ты называют «древними», - наверное, будь это обычная женщина, он бы уже получил пощечину, как минимум, а как максимум – пытался объяснить полицейским, что не пьян, не употреблял наркотики и вообще не хотел оскорбить несчастную женщину.
Эйдену не нравилось, что это вступление к истинному разговору затягивалось. Ему вообще не импонировало вести долгие и пространные беседы, когда люди будто бы устраивают словесную дуэль. Это подошло бы на предвыборных дебатах или при заключении какой-нибудь многомиллионной сделки, но явно не в настоящем случае. Поэтому у Мосса оставался единственный козырь, каким бы своеобразным не было это сравнение, который можно было использовать, чтобы перестать ломать комедию с обеих сторон. – Я правда не знаю правильных названий, которые были бы тебе привычны и приемлемы, но… - он затушил сигарету, после чего продолжил, - Ты такая же… Или такой же как Кутулла. Я ошибаюсь? – Эйден вопросительно посмотрел на невольную собеседницу.

+1

7

Он сказал «демон» и почему-то решил, что слово это оскорбительно и извинился. Никрама скривился в усмешке, хотя, наверное, мог бы и вовсе рассмеяться в голос. Впрочем, в нынешнее время иначе смысл этого и не воспринимается. Демоны – порождения ада, искусители ко греху, совратители с истинного пути и много чего еще придумали, лишь бы создать в умах людей извращенный образ. А те и рады этому верить и рассказывать детям на ночь страшилки. А ведь когда-то между словами демон и бог почти не было разницы. Вот только кто сейчас об этом вспомнит? Да и вообще, эта самонадеянная уверенность людей в том, что они способны судить о добре и зле, в том, что они вообще что-то знают и понимают в хорошем и плохом, немного раздражала Никраму.  И тем не менее, он не перебивал, давая возможность высказаться, словно умудренный жизненным опытом бармен, в роль которого, среди прочего, так же входило выслушивать от посетителей о личном и наболевшем.
И даже сказанное Никраму нисколько не удивляло, как не удивила бы бармена история о неверной жене или оборзевшем начальстве. Закономерно, что безмозглые твари, просочившиеся вместе с древними в этот мир во время ритуала, уже навели здесь шороху и прилично перепугали местное население. Надо все же заметить, что повышенная плотность разумных существ других рас в этом городе сыграла на руку: пусть истерия по поводу чудовищ раскачивалась по местным каналом, повсеместной паники и эвакуации жителей города она не вызывала (тут Никрама подумал, что надо бы узнать мэра города и тех, кто этим городом управляет, получше). Впрочем, это еще не значило, что у некоторых жителей не могла возникнуть паранойя, из-за которой в каждом встречном теперь нужно видеть пришельца из другого мира. Никрама уже собирался отпустить какую-нибудь едкую шутку в этом плане и отвязаться от собеседника, как незнакомец назвал имя Кутуллы.
Никрама задумался, не спеша просканировал посетителей вокруг, а потом вновь посмотрел на собеседника. Глаза Виолы невольно прищурились, а взгляд стал холодным и острым, как лезвие, которым Никрама хотел бы сейчас вскрыть череп собеседника для бОльших деталей услышанной информации. Что могла натворить эта древняя зажигалка за то время, что они не виделись? Неужели, пожары перестали его забавлять и он выдумал новое развлечение?
- Угостишь даму виски? – после несколько затянувшейся паузы, добавил Никрама, вновь улыбнувшись и почти кокетливо постучав пальцем по опустевшему бокалу, - за время своего монолога ты два раза предположил, что ошибаешься. Вот только я чувствую в твоих словах какую-то уверенность. Не расскажешь, откуда она? Но для начала, давай познакомимся. Виола Харрис, - Никрама протянул вперед руку для рукопожатия, которое получилось не совсем женским, несмотря на изящную кисть с нежной белой кожей.
Рука Виолы была холодной, но не мертвецки. Собственный метаболизм тела был немного замедлен древним для более комфортного подчинения его новой сущности, но при этом не убивая изначального владельца. Однако, Никрама все еще чувствовал себя неуютно, словно в клетке был он, а не Виола – сосуд беспощадно ограничивал его силы и возможности, не давая развернуться в полной мере. Но Никрама верил, что если Глаака решил, что таких ресурсов будет достаточно, значит так оно и есть. Надо лишь потерпеть.

+1

8

Под пристальным взглядом блондинки стало несколько неуютно. Но Эйден даже не думал двигаться с места. Он сказал, пожалуй, все, что мог, если не больше. Теперь оставалось лишь ждать. Внутренняя уверенность, шестое чувство или же интуиция – нечто подобное упорно твердило мужчине, что он не ошибся. Просто не мог этого сделать. Кажется сейчас Мосс ничего особо не ждал, так бывает, когда ожидание становится настолько сильным, что психика просто не выдерживает, предпочитая абстрагироваться, тем самым защищая свою целостность и функциональность. Так было легче, пожалуй. Эйден не мог даже предположить, что творится сейчас в голове у его невольной собеседницы. А примерно представляя нрав этих существ, мужчина не взялся бы предугадывать, что вообще может произойти в следующую минуту. Пиво, в спокойное стоящей на столе кружке, уже не представляло для Эйдена никакого интереса. Оно вообще было предметом антуража, скорее, чтобы не выглядеть совсем уж странно. Поэтому он машинально потянулся к сигаретам. Все прекрасно знают, что никотин не обладает успокаивающими свойствами , и все это лишь игры разума, так скажем, эффект плацебо, пусть и несколько странный. Но каждый раз, когда нервная система испытывала напряжение, он тянулся к очередной сигарете. Точнее, в моменты напряжения он делал это чаще, чем в состоянии хотя бы относительного покоя. Пагубная привычка. Но вряд ли все остальное, что с ним творилось в последнее время, было куда безобиднее.

- Конечно, - Эйден кивнул проходящему мимо официанту, кажется, единственному на весь бар, но тот спокойно выслушал, и спустя не более минуты, бокал появился на их столе. Мосс все еще не планировал пить, покосившись на безалкогольное пиво в кружке. Вот уж и правда – издевательство над прекрасным напитком. – Эйден Мосс, - он протянул руку в ответ, почувствовав рукопожатие несколько сильнее, чем ожидаешь от женщины. Впрочем, откуда мужчине было знать, кто именно занял собой тело этой блондинки. – Сложно быть уверенным на все сто, - он говорил честно, потому что известно, что лишь дурак может быть в чем-то абсолютно уверен. В особенности, если речь идет не о том, что деревянный стол твердый, трава зеленая, а небо голубое. Ощущенческий пласт – куда сложнее и многограннее тех же законов физики, по крайней мере самых простых и известных.

- У меня нет других объяснений, - Эйден пожал плечами, кажется, их диалог наконец-то выходил в нужное русло. И было даже немного интересно, что же на это в окончательном итоге повлияло. Почему-то он готов был поставить на имя его предполагаемого отца. – Я услышал эту версию от… - на секунду Мосс замялся, снова пытаясь подобрать максимально подходящее слово, - Такой же как ты. Пару недель назад. – ту памятную встречу с Самантой забыть он вряд ли когда-то сможет. Хотя бы потому что раньше нечто подобное мужчина видел лишь на экране телевизора, когда смотрел очередной фильм ужасов. – И я практически уверен в том, что эта версия – правда, потому что как иначе объяснить, что в почти тридцать человек вдруг начинает внезапно обладать не свойственными ему способностями? – Мосс мог бы и продемонстрировать, но вовсе не был уверен, что у него получится так, как задумывалось. Вместо маленького огонька в ладони вполне мог случиться глобальный пожар всего здания. А этого он категорически не хотел. Потому пришлось воздержаться от подкрепления своих слов вещественными доказательствами.

- К тому же я ведь заговорил с тобой не на удачу, - мужчина не видел смысла скрывать что-либо из того, что он говорил. В конце концов, этот демон и сам мог знать о нем куда больше, и это бы Мосса вряд ли сильно удивило или поразило. – Почувствовал, еще возле Университета. – углубляться в подробности о том, что он там делал, категорически не хотелось. И на это у Эйдена, само собой, были определенные причины. Впрочем, они точно не имели никакого отношения к текущему разговору. – Кутулла… мой отец тоже здесь в чьем-то теле? – под «здесь» Эйден подразумевал не бар, конечно, но Аркхем. И ответ на этот вопрос для него был сейчас невероятно важен.

+1

9

У человека было имя. Ну конечно, у всех человеков есть имена. И они не стесняясь делились ими с окружающими. Имя перестало нести в себе тайную силу для людей, и это было еще одной их ошибкой в череде множества других ошибок, которые они легкомысленно допускали все это время.
Этого человека звали Эйден Мосс. К сожалению, никакой новой полезной информации это Никраме не дало. Но вел себя собеседник немного странно, будто прислушивался к своим ощущениям, будто пробовал их на вкус, как нечто новое, ранее ему неведомое. Словно недавно получил какой-то дар и только начинает привыкать к нему. Некоторых он даже сам «отмечал», чтобы легче было держать связь со своими адептами, но человек мог получить «дар» и другими способами.
Древний присмотрелся чуть внимательней, даже попробовал втянуть воздух ноздрями в попытке уловить неуловимое. И ведь Эйден не врал, в нем действительно присутствовала частичка древнего. Странно, что Никрама сразу этого не заметил. Когда-то он безошибочно определял таких «отмеченных». Но сейчас древний был слаб и, в какой-то мере, слеп, что доставляло массу неудобств. А Эйден, судя по всему, смог почувствовать в теле Виолы Харрис инородную сущность, причем настолько безошибочно, что будь Никрама человеком, у него непременно засосало бы под ложечкой.
Никрама изобразил дружелюбность и даже придвинулся поближе к Моссу, подперев подбородок Виолы руками. Оставалось только ресницами захлопать как бабочка, чтобы показать крайнюю заинтересованность сидящим рядом субъектом.
- И кто же этот «такой же как я»?  - он и сам это узнает, но сейчас хотелось узнать из первых уст, кто же обнаружив такой любопытный экземпляр не сообщил об этом Никраме, а предпочел придержать информацию у себя, - как вы познакомились?
И, судя по следующему вопросу, это не Кутулла. Виола даже перестала мило улыбаться, стала серьезной.
- Так значит, твой создатель – Кутулла? – слово «отец»  было слишком уж человеческим, пронизанным родственными связями, а потому, по мнению Никрамы, не отражающим суть происхождения Эйдена, - что ж, это многое объясняет, но зачем тебе знать, где он? Тебе одиноко без него?
Древний был уверен, что и для Кутуллы сей факт означает примерно то же, что и для самого Никрамы. Мотивы же, которые подтолкнули Эйдена заговорить с древним были куда интереснее.
Виола потянулась за сигаретой и зажав ее губами, выжидающе посмотрела на Эйдена.
«Ну же, мальчик, не бойся» - говорил взгляд ее бездонных глаз.
- Расскажи мне о себе, Эйден Мосс? – мягко вдруг попросила Виола, накрыв руку мужчины своей ладонью.

Отредактировано Nycrama (30-03-2019 17:33:32)

+1

10

– Я знал ее как Саманту, но, полагаю, у того, кто сейчас в ее теле должно быть другое имя, - Мосс пожал плечами, Сэм успела рассказать ему о его настоящем происхождении, но о себе предпочла особо не распространяться. А самому Эйдену на тот момент было не до подробных расспросов. Сначала на его глазах убили совершенно незнакомую девчонку, потом тварь, которых он в жизни не то, что не видел, даже представить не мог в самых страшных кошмарах, которая чуть не прикончила самого мужчину, а заодно и все эти штуки с огнем, о которых на тот момент Мосс ровным счетом ничего не знал, ему вообще было более чем достаточно существования глубоководных, для наполнения собственной жизни мистической составляющей. – Мы были знакомы до этой встречи. Поэтому я и могу судить, что в последний раз я встречал вовсе не свою знакомую. Если только внешне.

- Слово «отец» звучит как-то привычнее, - Мосс чуть улыбается, смотря собеседнице прямо в глаза, - В конце концов, в моем, как ты говоришь, создании, участвовал не только он, - звучало это, конечно, не очень красиво, зато правдиво и честно. Все же в том, что его мать была обычным человеком, как раз в этом у Эйдена и на сегодняшний момент не было никаких сомнений. Ибо если бы было иначе, стала бы она пытаться, будучи беременной, обычным кухонным ножом расправиться с неким демоном? Очень сомнительно. – Одиноко, говоришь… - Мосс на некоторое время замолчал, будто бы задумываясь, - Скорее, мне бы хотелось с ним поговорить, - мужчина все еще сомневался в том, что он может говорить открыто, а что лучше придержать при себе, хотя бы какое-то время, пока он не получит полную уверенность в безопасности, пожалуй.  Если бы речь шла об обычных отце и сыне, то Эйден мог бы сказать, что он имеет на это полное право. Но здесь все было несколько иначе. Его отцом мог бы быть Герхард Мосс, обычный человек, и тогда он бы вырос в счастливой (не факт, конечно, но все же) полной семье, а не в приюте в Салеме. Да, возможно, сейчас Моссу нравилась его жизнь, те люди, что были с ним рядом, и которых могло бы и не быть вовсе, не реши Кутулла однажды занять тело старшего Мосса. Нивелирует ли это право Эйдена на правду? Очень вряд ли.

Ощущения, которые и привели мужчину сюда, вслед за Виолой, от одного прикосновения к руке возросли в разы. Мосс мог бы подумать, что раньше такого не случалось, да вот только ему не с чем было сравнивать. Если Саманта и брала его за руку или как-либо еще контактировала тактильно в тот день, это было мимолетно и не в тех внешних условиях, когда успеваешь что-либо замечать, слишком сильно все затмевает первобытный инстинкт самосохранения.  Сейчас же это заставляло нервничать, пожалуй. И это Эйдену не нравилось. Он чувствовал уже почти знакомую ему странную дрожь в пальцах рук, больше похожую на электрические импульсы. И мужчина прекрасно понимал, чем это может обернуться. Контролировать же свои способности Мосс пока что так и не научился, слишком мало времени и практики, пожалуй.  – Что ты хочешь обо мне знать? – Эйден заставил себя отдернуть руку, когда почувствовал, как нагрелась поверхность деревянного стола под его ладонью. Не к добру. – Ну, например, я работаю пожарным. Иронично, неправда ли? – в голосе мужчины не было сарказма, сейчас он и правда считал это некой иронией, шуткой, которую сыграло с ним мироздание.

+1


Вы здесь » Arkham » Сгоревшие рукописи » I know you


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC