РЕСТАРТ"следуй за нами"

Arkham

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Arkham » Сгоревшие рукописи » the attic


the attic

Сообщений 1 страница 30 из 40

1

http://38.media.tumblr.com/5fffb984f9e79bfb44207ad00e6d998e/tumblr_notvnkMB2P1s654qxo5_r1_500.gif

0

2

- Но я же все время лгу. Ты же знаешь, ничего не могу с собой поделать.
- Так все, что ты мне говорил, это ложь?
- Все, что я тебе говорил - всегда ложь. И это тоже.
- Что "это"?
- То, что я тебе сказал, что все, что я тебе говорю - это ложь. Так что, это тоже ложь.
- Я уже не понимаю, чему верить?
- Только не мне, Стенли, поверь мне. (с)

0

3

0

4

0

5

http://i66.fastpic.ru/big/2015/0406/90/03a4b1d6a5ebf9278bb2ea4990e37790.jpg

+3

6

Он говорит: "О".
Его рот округляется, как дыра в абсолютное никуда.
Он говорит: "О. Майк, ты точно уверен?"
Он говорит: "Я приеду".
Он думает: "Да никогда".
Он набирает ванну, садится, вскрывает вены,
Смотрит, как в красный окрашивается вода.

Он думает: "Нет".
Он думает: "Что за дела?"
В душе его пусто, холодно и темно.
На другом побережье огромная птица роняет перо махового крыла.
Но.
Над горизонтом поднимается стылое злое светило,
Он знает ту птицу, что ныне перо уронила,
Он берет то, что заменяет ему чернила,
Выводит на кафеле слово,
Всего одно.

+2

7

+1

8

http://s8.uploads.ru/t/wGQPs.jpg

+3

9

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

0

10

– А эти ветки над дверью? – спросил я.
Клео откинулась на спинку кресла, воззрилась на букетик.
– Это калина. Встречается в природе, входит в семейство жимолостных. Растет на лугах и в лесах. Используется для защиты. В глуши американского Юга из таких корней плетут ножные браслеты. Или мочат их в виски и закапывают. А можно поступить, как ваша подруга. Взять девять веточек, белую веревку, завязать по узлу вокруг каждой – девять веток, девять узлов – и вставить куда-нибудь у входной двери или под крыльцо. Некоторые на переднем дворе закапывают.
– А что эта калина делает?
Некоторое время Клео непроницаемо смотрела на меня. Затем ответила:
– Сбивает дьявола с толку.
– «Сбивает с толку»?
– Останавливает. Замедляет.
– Понял, – сказал я, подбирая веточки и корни. – Прямо не знаю, зачем США тратят шестьсот миллиардов на национальную безопасность. Надо просто в каждом американском доме за косяк сунуть такую штуку.
Очевидно, к неверующим и скептикам Клео была привычна, и они ничуть ее не смущали. Она лишь переплела на колене пальцы, унизанные кольцами – черепа, коптские кресты, кошачья башка.
– Ваша подруга принимала ванну до рассвета?
– Да, – ответила Нора. – В очень ледяной воде.
Я уже хотел было спросить, что она несет, но вспомнил странную историю Ионы, спозаранку заставшей Александру в ванне.
– То есть ритуалы очищения она проводила, – кивнула Клео.
– А это зачем? – спросил я.
– Очищают от зла. Не насовсем. Это временный пластырь такой. А полы она мыла?
Нора глянула на меня.
– Мы не знаем.

+1

11

"Beyond the River of the Blessed, there we sat down, yea, we wept, when we remembered Avalon. Our swords were shattered in our hands and we hung our shields on the oak tree. The silver towers were fallen, into a sea of blood. How many miles to Avalon? None, I say, and all. The towers are fallen"

  [indent]"Птичка Питер."
Голос Мэб сладок, как мёд и холоден, как её алебастровая кожа. Питер, ни перед кем никогда не склоняющий головы вечный мальчик, озорник, встречающий смерть улыбкой, первый среди равных ему Дьяволов, Спаситель благословенных садов Авалона, ловец потерянных душ -  тогда, больше века назад опускается перед ней на колени, насмерть сражённый одним только взглядом льдисто-серых глаз.
Принимая свой дар. И своё проклятие. Склоняясь перед Зимой.

[indent] - Мабен, - сейчас зовёт она его, прежде, чем снова провалиться в небытие, и звезда на простом кожаном шнурке отзывается на её голос едва заметным мерцанием.
Зима умирает.
Мэб умирает вместе с ней.
Извечное равновесие между Летом и Зимой рухнуло, словно кто-то бросил на летнюю чашу весов камень, что не может поднять и сам Господь.

[indent] - Я здесь, госпожа, - отзывается Питер [непроизнесенное вслух пересохшими губами, но очевидное для всех "МОЯ" повисает в пыльном, пахнущем ладаном воздухе], опускаясь рядом,  под ревнивым взглядом Ульфгера, с трудом удерживаясь от желания по-детски показать ему язык, в конце концов, он больше не Потерянный мальчик, когда-то этим самым Ульфгером беспощадно выпоротый за непочтительность - перекрещенные шрамы [Люцифер послал к нам собственного сына, дабы искушать нас, дабы испытать нашу веру, и сегодня мы отправим его назад. Назад в зловонные адские бездны, из коих он явился! - громогласно вещает в его кошмарах Проповедник и тень его широкополой шляпы не даёт Пэну заглянуть в горящие слепой верой фанатика глаза. Где теперь твой бог, падре? В этом городе демонов его нет даже в его собственном доме, бог покинул здание.] на спине Питер так и не залечил, как вечное напоминание о своей излишней самонадеянности. Теперь он Спаситель Авалона, Победитель Пожирателей Плоти, Зимний Рыцарь Неблагого Двора, титулы, ежесекундно давящие на плечи и заставляющие помнить о долге, заставляющие торчать в душной квартире чикагской многоэтажки и день за днём терпеть рядом [ взрослых ] пропахших страхами и гниющими мечтами смертных.

[indent] "Кровь есть клан, клан есть кровь."
Шепчет Питер, находя спасение от жары под струями ледяной воды, бьющей из крана, волосы - некогда огненно-рыжие, теперь светлые, почти белые - намокли и потемнели, капли воды с них оставляют следы на потертом линолеуме, пока Питер идёт из ванной на кухню, чтобы сварить себе кофе.
Типичный напиток взрослых.
Горький, как всякое лекарство. Питер от него не в восторге, но приучил себя к нему, как и ко многому другому в этом городе трупов, которые по ошибке все ещё двигаются, едят и трахаются.

[indent] Над Мичиганом - ни единого облака. Пыль. Жара. Багровый закат. Лето свирепствовало, как никогда.
Питер думает о том, что смерть [несчастный случай, бедняга просто оступился на лестнице, в конце концов, он был уже дряхлым стариком, Питер, не понимаю, что тебя беспокоит, у меня есть дела и поважнее, чем вскрытие этого бедолаги] Летнего Рыцаря послала все по пизде так же внезапно, как если бы детский паровозик  в парке аттракционов вдруг обретя душу, сошёл с рельсов и вместе с визжащими [уже не от восторга, от ужаса] детишками суициднулся, рухнув с американских горок.

[indent]  В участке шумно, в участке раздается смех - ну конечно же, детектив-сержант Прайс снова над кем-то потешается. Кто, как ни он. В другое время Питер бы посмеялся и сам, сейчас он совсем неприветливо бормочет напарнику подвинуться, сопроводив слова болезненным тычком в ребра, и, отхлебывая кофе, включает компьютер, надеясь, что сегодня тот сдюжит чуть дольше, чем обычно и позволит ему закончить отчёт.
- Спасибо, Рут, - Питер мельком смотрит на папку, кажется, бумажной работы только что прибавилось, никак не реагирует ни на реплику Прайса, ни на расистскую шуточку отвергнутой красотки, напряженно уставившись на экран - давай, приятель, еще немного - но тут монитор темнеет и гаснет, в воздухе отчётливо пахнет гарью. - ДА ТВОЮ ЖЕ В ДУШУ МАТЬ!
  Его возмущенный возглас перекрывается громогласным:
- Вы, оба, ко мне в кабинет! - капитана Уорда.
- Ох, сладенькие, босс, кажется, не в духе, - Рут проворно отрывает свою пятую точку от стола - уронив его, Питера, бумаги, между прочим! - мгновенно вспоминая о своих рабочих обязанностях и удаляется, подмигнув напоследок. -  Я, конечно, не моя бабуля и в предсказаниях так себе, но  точно могу сказать, что сейчас кому-то хорошенько надерут их белые задницы. Приходите потом ко мне, мальчики, тетушка Рут вас утешит.
- После вас, - ухмыляется Питер детектив-сержанту Прайсу, кивая  в сторону хлопнувшей двери. Формально в их тандеме старший он, пусть и огребает первым. - А потом, - взгляд Пэна мгновенно становится холодным, что ему эти глупые звания смертных обезьянок, это же не его Дьяволы, умирающие и убивающие ради Мэб. -  Надо бы... поболтать. Наедине. Буду ждать тебя в раздевалке.

Отредактировано Mortimer Sage (25-01-2019 14:05:30)

+3

12

+1

13

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

+2

14

http://sd.uploads.ru/t/b21PS.jpg

+1

15

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Mortimer Sage (31-01-2019 17:55:15)

+2

16


Take my side.
Take my side.
Don't look back.
I'm easy,
And that's a fact.
You're on my mind, oh.

0

17

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

+1

18

Вэнди, здравствуй, открой окно. столько лет оказалось мало,
чтоб забыть тебя, как в кино. чтоб забыть, как ты обещала.

мне летать одному - как? я все время ищу встречи.
мне нужна лишь твоя рука, только наш на двоих вечер.

я, наверно, готов взрослеть, слышишь, Вэнди? я с белым флагом!
я устал танцевать и петь - это вряд ли окончится благом.

я устал источать свет, рассыпаясь волшебной пылью.
без тебя меня словно нет, без тебя я не стану былью.

звонкий смех твой, лазурь в глазах я пронес через все годы.
мне по жизни мешал лишь страх, страх лишения псевдо-свободы.

я дожил до твоих седин, в Неверленде встречая лето.

я один.
я всегда один, (но...)

ты прощала меня и за это.©

+2

19

+1

20

Безусловно, самым знаменитым пациентом Бруклина был серийный убийца Дэннис Хеймлин, более известный как Скульптор. С 1960 по 1965 год он держал в страхе жителей маленького поселка в Вермонте. Полиция считает, что он убил более дюжины человек. Свое прозвище он получил, потому что оставлял своих жертв в позе статуй. В одном отчете описывалась «ужасная холодная красота» молодой девушки, найденной «танцующей» в дебрях Белых Гор; ее изувеченные руки были привязаны к веткам деревьев на большой высоте. Самое ужасное преступление он совершил в местном пабе. Жертвы располагались по всему бару в разных позах: кто-то стоя, кто-то сидя, кто-то словно застыв на танцплощадке. Все были связаны веревками и проволокой.
Наверное, самым волнующим в биографии Скульптора был тот факт, что, когда Бруклин закрыли, его следы не смогли найти. ©

+1

21

Каннингэм глубоко вздохнул:
– Мистер Макгрэт, у нас не государственная больница. Вы подпадаете под законы о противоправном вторжении. Я могу вас обоих отправить в тюрьму.
– А вот и нет. — Я расстегнул молнию на кармане и вручил Каннингэму сложенную брошюру. — Как видите, мы с Норой не только обеспокоены судьбой Александры, но также приехали распространять информацию о нашей религии, на что имеем полное право в соответствии с прецедентом «Марш против штата Алабама». По решению Верховного суда, согласно первой и четырнадцатой поправкам к Конституции, законы о противоправном вторжении не применимы к тем, кто распространяет религиозную литературу даже в частных владениях.
Каннингэм полистал старый буклетик «свидетелей Иеговы».
– Мило. Очень мило, — сказал он. — Вас проводят с территории. Я подам жалобу в полицию. Если я узнаю, что вы или ваши друзья — в том числе человек, который спит в машине, — снова пытались проникнуть в клинику, вы сядете за решетку.

+1

22

наши дни розоватой мякотью
разлетелись в один тираж.
настроение: ржавым якорем
кануть в море бездонных глаз.

просыпаться в панельном зареве
под эгидой морской воды,
улыбаясь, как будто ранили
мой корабль на Д1.

капитан без надежды выстоять,
судно взято на абордаж.
наши будни, подобно выстрелу
разлетелись в один тираж.©

0

23

0

24

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

0

25

Удивительно, что ведьмы приходят к Макбету в момент наивысшего триумфа его жизни. Он одержал победу в двух битвах; он герой, и все вокруг любят его — и в этот момент появляются ведьмы. Шекспир как бы предупреждает: самые уязвимые моменты твоей жизни — отнюдь не те, когда ты разбит, уничтожен и раздавлен. Такие времена тяжелы, но еще тяжелее жить в тот момент, когда мир дает тебе все, о чем ты мечтал. ©

+3

26

0

27

chapter 24

родители - это люди, которые заставляют авторитетных пацанов гонять за шлемом ©

***
Чужие фразы звучат невозможно-медленно, но Пьетро к этому почти привык.
Медленно - и от этого отчётливо-весомо - они против его воли откладываются где-то в подкорке мозга, чтобы через мгновение затеряться в хаотичном потоке собственных мыслей Ртути.
"Когда я его знал, он не был таким юным".
"Будущее."
"Нам нужна твоя помощь."
Пьетро ненавидит чужие тайны.
Именно поэтому он успевает проверить документы в бардачке машины постучавшихся в дверь незнакомцев ещё до того, как мать, неохотно оторвавшись от телека, впустит их в дом, чтобы устало крикнуть:
- С тобой хотят поговорить копы! - Пауза. И раздражённое : - Опять.
Ну да. В последнее время таких визитов было предостаточно.
Звонок от слишком бдительных соседей, очередная жалоба от медлительных респектабельных граждан, ставший наконец-то подозрительным (после почти десятка краж! некоторые люди ничему не учатся) продавец из магазина комиксов, заметивший, что Пьетро снова ошивается поблизости - за всем этим следовали визиты копов или вызовы в участок. Неудивительно что она злится.
Вот только эти "копы" - совсем не копы.
Да и зачем копам взятая напрокат в другом штате тачка?
Пьетро ненавидит чужие тайны.
Свои - пожалуйста, для него это в порядке вещей.
- Вы видели что-то необычное?
Вам показалось.
Никто вам не поверит. - с привычным видом "я не я и мопед тоже не мой" тараторит Пьетро, но замолкает, услышав:
"Мы такие же, как ты. Покажи ему."
Но даже эту новость перекрывает предложение проникнуть в Пентагон.
Позднее оказывается, что всё куда сложнее, чем просто вытащить из тюрьмы какого-то чувака.
Пусть даже он и (вауонубилпрезидентавотэтокруто!) убил президента.
Речь идёт о спасении целой расы.
Там, в будущем. Из которого и прибыл небритый мужик с совершенно мерзкой мутацией (когти? нет, серьёзно, зачем они? спину чесать?). Хотя, в последний пункт он всё ещё не очень-то верил.
Но, кажется, всё пошло не по плану. И вместо репортажей о спасителе человечества, по телеку всё чаще мелькают новости об опасном террористе.

***
Серое небо. Серый асфальт. Серая медленная толпа горожан, бредущих по своим делами не обращающих внимания на других.
Идеальное место, чтобы спрятаться.
Быть на виду, оставаясь незаметным.
Маленький городок, который Пьетро успевает оббежать несколько раз, каждый раз неизменно заглядывая в ничем не примечательную квартирку в многоэтажке на его окраине.
Крохотные до приступа клаустрофобии комнаты, тусклый свет, потолок, нуждающийся в побелке... квартира выглядела не то, чтобы не жилой, скорее, абсолютно безликой.
Никаких личных вещей : ни фотографий на полках, ни безделушек, ни даже тебе зачитанной до дыр любимой книги.
Вакуум.
Как будто хозяин квартиры готов в любой момент сорваться с места.
нобожемойкакжетутскучно
Именно поэтому он встречает ледяной и словно бы всегда осуждающий взгляд Магнето (Пьетро заметил, что он не смотрит так только на того парня с длинными волосами и нервными пальцами - Чарльз, кажется. Наверное, между ними когда-то были хорошие отношения) искренней улыбкой и даже не делает попытки подняться с продавленного дивана (торчащие пружины которого напоминали орудие пыток), на котором уже была небрежно рассыпанная стопка потрёпанных комиксов и наполовину пустая пачка шоколадного печенья.
Взгляд его не пугает.
Как и мрачное:
— У тебя есть пять минут на то, чтобы всё объяснить. Время пошло.
Пять минут - это целая Вечность.
Пьетро пожимает плечами и из нескольких причин выбирает самую неочевидную.
- Я тебе кофе принёс. - кивает он на поцарапанный столик, на который сгрузил "позаимствованный" из кафешки на углу стакан с ещё горячим напитком. - Дерьмовый, правда, но ты сам виноват. Нечего было прятаться в такой дыре. Серьёзно, чувак, почему не Вегас?
***
На заявление о том, что во всём, оказывается, виноват он, Пьетро только привычно закатывает глаза.
- Ну конечно, именно поэтому мы здесь и застряли. - Ехидно отзывается он в ответ и натягивает куртку, начиная привычное мельтешение по комнате, напоминая позвякивающий многочисленными клепками и цепочками серебряный вихрь. - А вовсе не потому, что ты сейчас террорист номер один. Не выделяемся... А я, между прочим, уже целую неделю скучный и унылый, как... Как ты, вот!
Он останавливается, чтобы обвиняюще ткнуть в сторону Магнето пальцем и с размаху приземляется на диван, так, что комиксы валятся на пол. В голосе Ртути звучит искреннее негодование, даже слишком искреннее и, как только ему надоедает притворяться обиженным, он принимается уничтожать остатки печенья.
На Леншерра, впрочем, это не действовало, Пьетро уже убедился в том, что так просто вывести его из себя не получится, поэтому его фраза о поездке в Вегас прозвучала настолько неожиданно, что Ртуть не поверил, глянул на него с немым укором и уже собирался было обидеться насмерть, но...
- Погоди, ты это что... Серьёзно? Не врешь? - с энтузиазмом выдал Пьетро, щедро покрывая пол вокруг крошками от печенья. - Это крутоооо...
Магнето и в самом деле не соврал.
Уже через полчаса они выехали на автостраду и Ртуть с энтузиазмом показал удаляющемуся городишке вытянутый средний палец.
Ещё через пару минут ему стало скучно.
Он, конечно, понимал, что в Вегас они едут вовсе не потому, что ему стало невмоготу в этой жопе мира, а Магнето вдруг этим проникся, нет, вовсе не поэтому.
Скорее всего, у того был план.
Поиск союзников? Оружия?
Неважно.
Важно, что его, Пьетро, посчитали нужным и взяли с собой, а не оставили в той дыре.
Осознание собственной важности, впрочем не помешало ему достать Магнето болтовней. Сам виноват, что не разрешил ему добираться своим ходом.
- А что мы там будем делать? Знаешь, а ты неправильно убивал президента, зачем тебе были нужны эти дурацкие пистолеты? Бункер же был желе...
Леншерр остановил машину, выругавшись сквозь зубы.
Сзади маячили копы, требуя прижаться к обочине.
Пьетро расплылся в искренней улыбке - наконец-то развлечение! - и посоветовал Магнето :
- Ты только не улыбайся. А то когда ты улыбаешься, это пиздец как страшно. Похоже на крокодила, который пытается прикинуться котичкой. Даже я иногда боюсь. Честно.
Подошедший коп не выглядел особо настороженным, попросил права, и тут-то Ртуть напрягся.
На фотографии в правах Макса Эйзенхарта ( само собой поддельных) красовались пышные усы, пририсованные толстым чёрным маркером.
Ну упс.
***
Если бы Ртуть был вот хоть на чуть-чуть более впечатлительным, то от многообещающего взгляда, которым его наградил Леншерр, ему бы стало жутковато.
А в какой-нибудь параллельной Вселенной, может быть и немного стыдно.
Может быть.
Поэтому на взгляд Магнето спидстер ответил лучезарной улыбкой и с любопытством уставился на подошедшего к их развалюхе копа, который постучал по стеклу, требуя его опустить.

Вот вам и еще один минус путешествий с террористом номер один.
Закрытые окна машины.
В самом начале осени.
В пустыне.
Может быть, после десяти лет в камере у Эрика развилась боязнь открытого пространства?
Как же она там называется?
Решив не напрягать свой спекшийся от духоты мозг, Ртуть напряг ноги и сгонял до ближайшего города.
- Агорафобия. - прочитал он и вернулся к машине, оставив уже ненужный словарь небрежно брошенным на столе в библиотеке.
А в машине... В машине было весело. Эрик - наконец-то! - обнаружил шедевральные усы в своих правах и, судя по всему, настолько ими впечатлился, что не захотел делиться с окружающими - в целом и с копом - в частности.
Короткая игра в перетягивание документов ( Пьетро даже поспорил сам с собой на то, кто победит и задолжал себе шоколадку) закончилась победой закона, коп хмыкает, изучая права.
- Cын мечтает стать великим художником. - небрежно бросает Леншерр, и у Ртути от этой его небрежности сердце предательски пропускает пару ударов.
Знает?
От кого?
Кто сказал?
На него - к счастью - никто не смотрит и это Пьетро безумно радует, потому что на его подвижной физиономии за пару мгновений сменяют друг друга удивление, обида, беспокойство, облегчение и задумчивость.
Не знает.
Это, с одной стороны, Ртуть радовало - не знает и хорошо, никаких тебе серьёзных разговоров, попыток воспитывать или - упаси, Боже! - беседы про пестики и тычинки не предстоит, а ехать им еще долго.
С другой, Максимов почти физически ощутил, как на его плечи опять опускается эта ноша - груз ответственности за тайну, которую знает он, но не знает Магнето.
И снова заставило задуматься, как ему об этом сообщить.
Можно, конечно, беспардонно брякнуть "Эрик, я твой сын", Пьетро это раз плюнуть, но...
Что будет потом?
Нет, он лучше просто побудет рядом, а потом решит, стоит ли вообще заводить об этом разговор или мама права и он, Пьетро, Магнето не нужен от слова "совсем".
Коп уходит. Права возвращаются в бардачок, стекло - серьёзно? - поднимается вверх.
Великая одиссея продолжается.
Пьетро фыркает, выслушивая гневную тираду Магнето.
- Умираю от жары и скуки. - нарочито честно отвечает он, делая вид, что не понял подоплеки вопроса и сочувствующе смотрит на Эрика - Aгорафобия. - чуть ли не по слогам, медленно, хоть это и требует от него некоторых усилий, сообщает Максимов Леншерру и поясняет - У тебя. Ты немного спятил в своей камере, нет, я не осуждаю, ты не подумай. Агорафобия - это боязнь открытых пространств. Я посмотрел в словаре. Сейчас прине... - грозный взгляд заставляет Ртуть подумать, что бежать в библиотеку плохая идея. - Да ладно, это лечится, не напрягайся так. И насчет того копа - тоже. Пока он вспомнит, где же он видел твою физиономию, пока починит тачку или дойдёт до ближайшего телефона - вряд ли его кто-то подбросит, сам видел, какое тут "оживленное" движение - пока сообщит о нас дальше... У нас фора. А машину сменим в первом же городе, через пару десятков миль от нас как раз есть один, возле закусочной есть подходящие.
Пьетро вертит в ладонях полицейскую рацию, которую вытащил из патрульной машины и довольно улыбается.
- Я так вдохновился твоими речами о превосходстве мутантов, чувааак, - тянет он и лезет в карман за сигаретами - Автограф дашь?

0

28

Yo no volveré. Y la noche
tibia, serena y callada,
dormirá el mundo, a los rayos
de su luna solitaria.
Mi cuerpo no estará allí,
y por la abierta ventana
entrará una brisa fresca,
preguntando por mi alma.
No sé si habrá quien me aguarde
de mi doble ausencia larga,
o quien bese mi recuerdo,
entre caricias y lágrimas.
Pero habrá estrellas y flores
y suspiros y esperanzas,
y amor en las avenidas,
a la sombra de las ramas.
Y sonará ese piano
como en esta noche plácida,
y no tendrá quien lo escuche
pensativo, en mi ventana.

0

29

+2

30

Подавился кофе. Читаю: то, что мы любим, приносит нам наибольшую боль.
Считаю: до, ре, ми, фа, соль.
Криворукий Моцарт измывается над фортепиано,
Звук доносится с верхнего этажа недобитый и рваный.
Мой недопитый кофе - кисло-горькая редкостная отрава.
Дальше что? Сдохну от пиццы?
Сорок котов обглодают мое лицо и выжрут мои глазницы?
Ко мне ходят какие-то люди и рассказывают про свою любовь миленькие небылицы,
Я прошу их закончить, пока не сработает тостер и не закипит фасоль.

Ботан переходит на гаммы. Видимо - ре-бемоль.
Эти все говорят,
Типа: их поразило чувство мощностью в стописят киловатт.
Типа: бабочки в животе сильнее, чем третий размер, мешают спать.
Типа: мужчина - защитник, женщина - тихая гавань, жена и мать.
Ок, без обид, покажите только, пожалуйста (чисто на всякий случай), куда блевать.

Для меня "вирус любви" что-то вроде гриппозного штамма,
Мне не нужно оков и злополучного штампа.
Этот мелкий ботаник под крышей играет шестую гамму,
И, нет, не подумайте, я не циник и нет у меня острой моральной травмы.
Я просто все чувства стригу
Под ноль.

Берешь и посылаешь все на хуй - вот тебе мой пароль.
Если ты к девяти поднимаешься на работу,
Помни, что модное слово "свобода"
Не достается за так каждому идиоту.
Я тот угрюмый чудак, который не веселится в разгар вечеринки в субботу, -
Ты-то такой?
Если хочешь со мной, то хватай свои реплики - у меня для тебя есть роль.
Запоминай и вчитывайся, только потом не ной.
Не-свобода не вписывается в мой сценарий, если продержишься хотя бы месяц, парень, то поймешь, какой она достается ценой.

В яблоке яблока нет, если нет червоточин.
Не говори со мной, я почти полностью обесточен,
Прямо сейчас отключился бы, но не переношу недосказанность и не хочу оставлять череду многоточий.
Если ты видишь свет, то тебе лучше бы поискать, где его источник:
Это, может, не божий знак, а старый фонарь, мерцающий в подворотне ночью.
Я не могу тебе светить точно -
Я обездвижен меткой иглой в позвоночник.

Отойди от меня, не суйся в мое болото - тут вязко.
Если ты думаешь, что тебе нужна встряска,
Помни: в любой момент ты можешь оказаться в инвалидной коляске.
Ты не марионетка, чтобы жить по чьей-то указке,
Но и не бог.

Я беру свой дурацкий кофе, падаю на кровать и смотрю в потолок.
Он все играет, значит, ему так надо; зачем - никак не возьму в толк.

Местами меня окружают люди наивные и очень добрые, как в индийском кино.
Их надо бы оградить от жестокого мира (и от меня в первую очередь) иерусалимской стеной.
Я все пытаюсь менять, но выходит только одно:
Все под контролем. Пью себе кофе и пытаюсь думать о выходе
Не в окно.

Если ты нашел выход, то проверь, куда он ведет.
Там, за табличкой "exit", может, девятый этаж. Может, свободный полет.
Я нажимаю на "старт" и веду обратный отсчет.
Я затыкаю уши. Лучше бы этот дурень был не музыкант, а тихий заносчивый полиглот.

На улице не выявить времени суток: дождливо, сможно и хмуро,
И прохожие ходят, склонившись к земле понуро.
Вода стекает с волос, все так же пью кофе и думаю: как же меня угораздило связаться с этой непутевой взбалмошной дурой?
Того и гляди - случится прослыть тонкой ранимой натурой.
Эй, ты все еще здесь? Убирайся, я-то тебя не звал.

Время покажет, кто с кем спал и кто кому лгал.
Ты, да, ты, новенький, бьюсь об заклад, что мне твой внутренний мир через месяц, как застиранный свитер, окажется мал.
Приближаюсь (без тормозов) к критической точке: пан или пропал.
Съебите все нахуй, у меня тут открытый финал©

+2


Вы здесь » Arkham » Сгоревшие рукописи » the attic


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC