РЕСТАРТ"следуй за нами"

Arkham

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Arkham » Сгоревшие рукописи » i want to see you smile


i want to see you smile

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

http://s8.uploads.ru/HA8uF.gif

Ruby Ahr &
Baldassare Gonzalez
10.05.18 Very late evening. Arkham. Lane


Let me take your picture
I'll save it for a rainy day
I don't need much
So on the count of three, lets see you
One, two, one, two, three
Smile
I wanna make you smile ©

Отредактировано Baldassare Gonzalez (06-01-2019 08:56:55)

+1

2

Май. Поздний вечер. Температура сорок шесть по Фаренгейту.
Плохое освещаемые переулки, не те, что предпочитают для приятных прогулок.
Местных дорожек явно не касалась метла дворника, а некоторым зданиям не помешал бы ремонт, но одинокую девушку с растрёпанными косами и фотоаппаратом наготове это явно не смущало, скорее наоборот.
– Придаёт свой шарм, – бросила Руби себе под нос, останавливаясь и закуривая. В своей тёмно-зелёной парке с парой маек под ней и рваных джинсах она и сама вполне вписывалась в обстановку. 
Вообще полузаброшенные вечерние-ночные окраины были специализацией журналистки. Нечеловеческая природа позволяла избегать опасностей, а фоторепортажи и статьи из труднодоступных и непопулярных мест любили среднестатистические горожане с медленно затухающим духом авантюризма. Конечно, изначально юная любительница крови прибыла в Аркхем ради мистических загадок прошлого, но расследование тайн Мискатоникского Университета далеко не ушло, а арендная плата сама себя не заплатит. 
Комплекс из желаний не быть уволенной, выселенной, а также сделать красивые кадры, родил идею репортажа на нечто остросоциальное – целью объектива и пера была выбрана т.н. «трудная молодёжь». Сначала Руби сомневалась в жизнеспособности идеи из-за не самого высокого населения города, затем решила обратить это в плюс – смотрите, везде есть подростки с целым ворохом социальных проблем, даже в тихих городах, вы просто их не замечаете. Девушка уже начала раздумывать над названием, но так и не смогла выбрать что-то меткое и не сильно претенциозное.
Вот только оставалась одна проблема.
– На этих улицах можно найти разве что бездомных животных… – грустно проговорила журналистка, делая последнюю затяжку. Уже n-нное количество времени Руби гуляла в темноте и от отчаяния начинала фотографировать пустые тёмные закоулки. Было, конечно, красиво, свежо и приятно, да и вампирша начала периодически делать глоток из своей верной фляжки, воспринимая это уже больше как прогулку нежели работу. В конце концов, можно просто сделать репортаж об архитектурном разнообразии города... Лёгкое опьянение смешивалось с сожалениями о рассказанной начальству идее проблемных подростков, существующих в любом населённом городе. Могла бы просто не называть тему, а сейчас попробуй найди эту трудную молодёжь. Мысли девушки начали уходить совсем не в ту степь размышлений о возрасте и старческом аромате от словосочетания «трудная молодёжь», как вдруг её глаза остановились на человеке.
Невысокий, растрёпанные волосы, простая одежда.
Взгляд, наполненный не самыми детскими страхами.
Один почти что ночью непонятно где.
Это оно.
Руби была так опьянена внезапной находкой и, возможно, алкоголем в крови, что даже не подумала сначала спросить разрешения на фотографию, да и вообще узнать, а вдруг он совсем не проблемный, просто по ночам гулять любит?
Фляга убрана, очередная сигарета потушена, объектив направлен – щёлк, вспышка озаряет переулок.
Мысль о том, что она могла напугать мальчишку сменяется осознанием подозрительности своего вида.
– Здравствуй, я из местной газеты… репортёр.
Виноватые слова повисли в воздухе, явно не справившись со снятием напряжения.
Очень хотелось крепко выругаться, но он же ребёнок.

+2

3

Музыка стучала в голове. Громкие, надрывные ноты ввинчивались в виски, причиняя боль, и Бальдассаре недовольно морщился, усиленно работая острыми локтями в попытке добраться до брата и сестер, от которых его отнесло волной разгоряченных тел. Стойкий запах пота - так могли вонять лишь молодые, переполненные алкоголем, страстями и танцами не_подростки, но еще и не взрослые люди - бил в нос, и Бальди хмурился, стараясь не дышать. Мигающий всеми цветами радуги свет резал глаза, отчего голова кружилась, и Бальдассаре налетал на стоящих вокруг него людей. Сегодня их было чересчур много, и чем сильнее он пытался пробиться к Марии, Катарине и Эндрю, тем дальше оказывался от них. Это было все равно, что драться с морем. Остановившись и приподнявшись на мысках своих потрепанных жизнью кед с разноцветными шнурками, к которым он старательно пришил звенящие металлом обереги и мелкие амулеты, самый младший из Гонсалесов, приложив ладони, сложенными рупором, к губам, попробовал перекричать музыку. Тщетно. Его испуганный крик смешивался и терялся в разноголосой толпе вскриков, смеха и возгласов. Надрываясь от натуги, краснея от усердия, задыхаясь без покинувшего легкие воздуха, он между тем оставался беззвучным, и со стороны даже могло показаться, что Бальдассаре пытается петь, но вечно попадает мимо нот. Да и слов тоже. Его бескровные обветренные губы, искаженные криком и отчаянной паникой, двигались не синхронно с десятками десятков других ртов, подпевающих песне.
-Я хочу домой! - в конечном итоге Бальди сдался. Опустившись на пятки, он окончательно потерял брата и сестер из виду. Искали ли они его? Пытались ли выцепить вихрастую макушку среди толпы? Возможно. Но скорей всего, Эндрю отвлекся на какую-нибудь девицу и льет сейчас ей в уши тонну всякого слащавого дерьма, а Мария, вопреки всем уговорам Катарины, утащила ее к самой громкой компании. И Бальдассаре остался один. Стиснув пальцами свисающие на грудь амулеты, Бальди ломанулся в сторону выхода. А это было не так-то просто. Каждую секунду в клуб вливался новый поток людей - словно маленькие речушки они впадали в большое море - и Бальдассаре нелепо бился о них своей тощей грудью, идя против течения. Кто-то ругался на него, кто-то смеялся и отвешивал легкие подзатыльники и шуточки, кто-то милостиво пропускал, даря шанс прорваться к шаткой жестяной лестницей, над которой тусклым прямоугольником высвечивалась дверь. Сжав губы в узкую полоску и задержав дыхание, Бальди побежал по лестнице вверх. Хотя побежал это громко сказано... Он скорее полз по ней, хватаясь руками за перила и прижимаясь к ним всем своим худосочным телом, запрятанным в мешковатый свитер и шаровары с аляповатым, чуть выгоревшим за годы носки узором. Когда до дверной ручки, чуть покрытой рябью ржавчины, оставалась совсем немного, дверь распахнулась, и новый прилив еще холодных от улицы людей оттеснил Бальдассаре к стене. Прижавшись к ней и ухватившись пальцами за трещины и сколы в камнях, Бальди стоически выдержал натиск желания нажраться и, как только забрезжила узкая щель между дверью и косяком, кинулся в нее. Секунда, и горький от выхлопных газов и сигаретного смога воздух наполнил легкие запыхавшегося и взмокшего Бальдассаре.
Выпрямившись, Бальди утер покрытый колючей испариной лоб и бросил короткий мазок взгляда на захлопнувшуюся за его спиной дверь, едва ли приглушающую громыхающую за ней музыку. Бум-бум-бум. Тыц-тыц-тыц. Бальдассаре уже не был уверен - грохочет ли это музыка, стучат ли это ногами посетители клуба, или это его собственное сердце заходится в бешеном ритме. Бум-бум-тыц. Пройдя немного дальше, Гонсалес свернул в проулок и, задрав голову, подставил вспотевшее лицо прохладным порывам вечернего майского ветра. Он рисковал замерзнуть, а, значит, простыть. Простуда неизменно перетечет в пневмонию, а там уже и смерть начнет дышать ему в затылок, но... Но на секунду Бальдассаре Гонсалес решил побыть храбрым и рискнуть собственным здоровьем. Всего лишь секунда, а потом он вернется к клубу и будет ждать у него Эндрю, или Марию, но скорей всего Катарину, чтобы поехать домой или куда-нибудь еще, где можно будет провести ночь. Так Бальди думал, пока короткий щелчок и одновременно с ним разогнавшаяся полумрак подворотни вспышка не выстрелили в него. Тряхнув головой, Бальдассаре испуганно отшатнулся в сторону, окинув подворотню беглым взглядом. Сталкер? Маньяк? Извращенец? Сотни и тысячи пугающих лиц преступников и насильников, которые Бальди внимательно разглядывал на страницах газет, в секунду пронеслись перед его глазами. Но это оказалась лишь девушка. Впрочем, ничего ей не мешало быть сексуальной маньячкой и извращенной нимфоманкой. Современным мир, равноправие, все дела.
-Удали! - ему плевать репортер-хуйпортер, но он не хотел, чтобы его фотография оставалась на ее фотоаппарате. Нет, конечно, Бальди не был настолько суеверным, чтобы верить, что фото похищает душу, но иногда лучше немного перебдеть, чем недобдеть. Да и вообще... - Я не давал своего разрешения! Удали сейчас же! - а что если она действительно репортер? И действительно выложит его фото в газету? Тогда любой жирный извращенец сможет дрочить на его изображение в туалете! И ведь рано или поздно он решит, что ему этого мало, и что тогда? Прости и прощай, Бальдассаре Гонсалес и твоя анальная девственность. Их разделяла всего пара мусорных куч, кусок дерьма и измятая сигаретная пачка в горстке пепла - все это Бальди преодолел в считанные секунды, оказавшись рядом с девушкой и, ухватившись за ее фотоаппарат, нетерпеливо и требовательно дернул его на себя.

0


Вы здесь » Arkham » Сгоревшие рукописи » i want to see you smile


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC