РЕСТАРТ"следуй за нами"

Arkham

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Arkham » Аркхемская история » вы хотите поговорить об этом?


вы хотите поговорить об этом?

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

http://funkyimg.com/i/2PjvN.gif http://funkyimg.com/i/2PjvP.gif

Марк Крал и Дженни Холт
24.10.2018, 4 утра, психиатрическая лечебница при больнице Св. Анны, Аркхем.


Не ходите, дети, в крыло психлечебницы гулять.

+3

2

...непонятно, кто из них испугался больше. Марк или так невовремя - а главное, откуда бы вообще, в четыре-то утра - взявшаяся тут девчонка. Вернее, это поляк ее "взял", втянул из коридора внутрь своей одиночки с резвостью, которой не ожидал от себя сам, придавил к стене и зажал рот ладонью. Зубцы пластиковой вилки, судорожно сжатой в руке, зловеще белели у левого глаза миз...
- Холт, - с трудом разглядел Марк имя на бейджике.
Полоска света из приоткрытой двери выхватывала из полумрака профиль миловидного личика.
В четыре утра в психиатрическом крыле было тихо.
- Тихо, тихо, миз Холт! Я не сделаю ничего плохого, - яростно зашептал Марк, - Только не кричите, хорошо?.. Сейчас я уберу руку и Вы не будете кричать... Хорошо, миз Холт?
После дозы адреналина сердце бешено стучало где-то под кадыком.
- Я отпущу Вас на счет три. И Вы не будете кричать, Договорились? На счет три. Раз... Два...

[ ранее ]
Муниципальная больница святой Анны - далеко не худшее место, где приходилось бывать Марку. По крайней мере, здесь были розетки. Жалко, поляк не успел прихватить с собой телефон. Делать здесь все равно было нечего, только читать книги из небогатого набора местной библиотеки, представляющей собой несколько полок в общем зале. Читал Марк преимущественно по ночам, потому что днем постоянно хотелось спать. Ночью, наоборот, приходила странная лихорадочная жажда действий под руку с бессонницей и тени в углах оживали чужими кошмарами, отпечатываясь на сетчатке глаза хаотичными черными всполохами.
Это всё таблетки, которые обещал отменить доктор Валентайн, но которыми Крала регулярно снабжали на выдаче.
- М-м... Я понял план. Это глюкоза, да? В этих капсулах, - просветленная улыбка понимания у санитара не вызвала. Ни в первый, ни во второй, ни на третий день. Вот вам пластиковый стаканчик, мистер Крал, будьте добры принять все таблетки, которые перекатываются на прозрачном дне.
Поднимать бучу Марк не стал - пару раз попытался схитрить, проверяя бдительность санитаров, фокус не прокатил и поляк смирился.
В конце концов, доктор Валентайн был не первым в его жизни доктором, который обещал отменить все лекарства.
Марк его даже понимал и почти не осуждал.
Когда твоей жизни угрожают ножом для резки бумаги, наобещать можно еще и не такое. Хорошо, что после не привязали к кровати. Не запирали дверь. И если везло на смену - разрешали держать включенным ночник у кровати всю ночь. Сегодня не повезло, и именно с этого и началась вся цепочка событий.
Силуэт, застывший снаружи, заставлял нервничать. Сквозь приоткрытую щель замерший на корточках у самой двери поляк видел край стандартной одежды, какую здесь носили санитары и медсестры. Медленно поднялся, прижимаясь плечом к косяку - девушка, не уходит, чего-то ждет - если она зайдет внутрь и поймет, чем занимался оин из пациентов...
В какой момент в голове щелкнуло решимостью действовать на опережение, поляк не мог сказать сам. Как закономерный итог - миз Холт, с которой теперь непонятно было, что делать, темная палата со всполохами черных теней и разобранная розетка под ногами.

- На счет три. Раз... Два... Три...
Ладонь, влажную от чужого дыхания и волнения, Марк не убрал, хотел, но не смог - супергерои всегда держат свое слово - захлебнулся выплеснутыми, словно ведро воды, в лицо беспорядочными видениями, и придавил сильнее к стене ни в чем неповинную миз Холт, хватая ртом воздух.

Отредактировано Mark J. Král (19-12-2018 12:16:51)

+4

3

Не разобрать. Какой из девушки может выйти хороший волонтер, если она не в состоянии понять почерк врачей?
Дженни приблизила планшет с бумажными рецептами к самому носу, склонившись над витиеватыми буквами, сообщающими крайне важные сведения о таблетках, необходимых к закупке, но как бы шатенка ни старалась распознать смысл этих иероглифов, сделать ей это не удалось. Прервав свой ход, она остановилась, концентрируясь на переводе.
Видимо, поэтому, она не заметила, как чья-то рука внезапно высунулась из дверного проема незакрытой палаты и, крепко схватив Холт за плечо, дернула в сторону темного помещения.
Все действия проигрывались, словно в замедленной съемке – планшет выскользнул из рук и с гулким стуком упал на больничный пол, мысли беспощадно подсовывали картинки с прошлого визита девушки в лечебницу в начале лета, когда они с Мисти едва остались в живых. Ее бесцеремонно вдавили в стенку, мужская ладонь плотно закрыла рот, и незнакомец так сильно сократил между ними расстояние, что Холт не имела возможности не то, чтобы вырваться, а даже пошевелиться.
Несмотря на бессонную ночь после заключения договора с дьяволом и ранний визит в больницу, ум волонтера работал вполне сносно. Она тотчас же узнала нападавшего, вспомнила всю его историю болезни, аккуратно отложенную на полку одной из своих ментальных бесконечных библиотек, а также совсем свежий инцидент с покушением, ставшим причиной заключения мужчины в этом месте.
Из легких доносится протяжный крик, предусмотрительно заглушенный пациентом психиатрической клиники, когда в поле зрения оказывается столовая пластиковая вилка, изрядно потрепанная жизнью.
У него странный акцент. Ах, да, поляк. Поляк, готовый всадить ей в глаз оружие, способное лишить ее зрения.
Прежде, чем второй вопль отчаяния вырывается наружу, шатенка собирает остатки мужества в кулак и цепляется за такие желанные слова, которые мечтает услышать любая девушка, оказавшаяся в таком вот положении – сейчас я вас отпущу. В жалком приступе иллюзорного облегчения Джен едва стоит на ногах. Если бы Марк не держал ее, то колени бы точно подогнулись.
Голова дергано качается вверх-вниз, обещая ненормальному все, что его душа пожелает, лишь бы появилась возможность сбежать, и Дженнифер ждет. Ждет этого «три», ждет, дожидается.
И ничего.
Мгновение они так и стоят прижавшись друг к другу. Звенящая тишина палаты прерывается короткими вдохами паникующей студентки, и она с леденящим ужасом начинает догадываться, что все сказанное мужчиной ранее – не более чем извращенная игра.
Его взгляд становится отстраненным, а ей начинают мерещиться неясные вспышки предметов и людей, которых она не узнает. Лишь спустя некоторое время, до нее доходит, что от пережитого она непроизвольно влезла пациенту в голову и прямо сейчас просто считывает то, что происходит у него «за кадром».
Давление чувствуется все сильнее, он явно себя не контролирует, к тому же, во время приступа его ладонь переместилась выше, почти закрывая нос Дженни и единственный путь для воздуха в легкие. Все усилия направленные на высвобождения оказались напрасными и, отчаявшись, Холт замерла, прикрыв веки... и начала петь.
Это единственное, к чему, охватываемая парализующим страхом девушка, могла прийти. Слова и мотив из маминой колыбельной не теряя мелодичности и нежного тембра благодаря тому, что собственные связки напрягать не приходилось, мягко вливались в сознание мужчины по телепатической связи, в то время, как отдельная, отгороженная от происходящего, часть Джен молила о том, чтобы это сработало.

+3

4

Образы, наполняющие шизофренического, по мнению врачей, бреда похожи, по мнению самого Марка, на воробьев.
Вот ты крадешься в попытке поймать к одному, щелкающему по разбросанным на асфальте семенам коротким клювом - видишь бело-коричневые-черную узорчатую спинку, темную бусину глаза, но стоит только протянуть руку, как мерзкая птица бьет крыльями по пальцам и срывается прочь. Они все очень разные, эти воробьи, если смотреть на них внимательно, и узор перьев у каждого неповторим.
Но недостаточно запоминается, чтобы отличать каждого из чертовых воробьев, и приближаясь к следующей птицей ты не можешь быть уверен, видишь ли ты другую, новую или эту же.

В этот раз что-то идет не так - серая нить дрожит, отвлекая его от воробьев, и Марк удаляется от их назойливого, оглушающего щебета, не отнимая пальцев от... мелодии? Поляк удивленно моргает и не менее удивленно зовет в пустоту:
- Хастур?.. - нет, вряд ли. Этот парень в желтом, у него совсем другой имидж, он бы врубил что-то вроде Cradle of Filth. "Нет, слишком... неинтеллектуально для него. Вот Бах было бы самое то," - думает Марк, пока звучание музыки то смолкает, то рельефом на белом тумане проступает вновь.
Рассерженные крикливые воробьи остаются далеко за спиной. Серая нить мягко вибрирует, сворачивая то влево, то вправо - ведет его куда-то и Марк убеждается окончательно, что это не дело рук Хастура. Король в Желтом любит сложности и загадки, и терпеть не может давать подсказки.
Череп наливается тяжелой болезненной пульсацией. Поляк смотрит вниз, дергает подбородком, но не может поднять голову - видит край синей ткани, из которой шьют одежду для фельдшеров, шероховатую стену и силуэт птицы, раскинувшей огромные крылья прямо перед ним. Поднять бы взгляд и посмотреть, но у Марка не получается даже этого и он читает по тени, бесшумно скользящей в белом тумане, столько, сколько может, пока истончающаяся нить не поворачивает, уводя его в другую сторону.

- Миз Холт?!.
Глаза закрыты, веки не двигаются, тело какое-то безвольное, обмякшее, а ладонь Марка натурально душит волонтера.
Или уже задушила - вопрос только в результативности действия.
Господи, он что, опять почти-убил-девушку в этом чертовом городе?! Форменный кошмар, Марк, потому что такими темпами это скоро войдет у тебя в привычку!
Поляк отдергивает руки, делает шаг назад, наступая голой пяткой на снятую пластиковую заглушку от розетки, сдавленно матерится - и окончательно приходит в себя. По крайней мере, миз Холт он успевает подхватить раньше, чем та падает, и помогает сесть, опираясь спиной на стену, опускаясь рядом на корточки. Дышит. Моргает. Марк нервно сжимает пластиковую вилку и растерянно сует ее в карман мешковатого халата.
Легонько трясет за плечо миловидного волонтера, которую видел несколько раз в коридоре.
- Миз Холт... Миз Холт! - взволнованно шепчет поляк, - Хотите воды? С вами все в порядке? Что Вы здесь делаете?..
...посреди ночи - остается невысказанным и искренним удивлением в глазах. Сейчас же ночь, верно? И вялая жизнь теплится разве что в реанимационном отделении. Марк морщится, с силой трет основанием ладони висок, и все это перекашивает его попытку дружелюбно-нейтральной улыбки в гримасу звериного оскала, пока он не отводит пытливого взгляда в упор от лица миз Холт, к которому возвращается нормальный розоватый оттенок вместо неживого цвета белой простыни.
- Только не кричите, пожалуйста, миз Холт, - торопливо добавляет Марк, - Я не сделаю Вам ничего плохого.
Вопрос "что здесь только что произошло" поляк оставляет при себе, потому что выглядеть полным и законченным психом в глазах красивой девушки не хочется совершенно.
"...ладно, - мысленно поправляет себя Марк, потому что нужно принимать правду, какой бы неприятной она не была, -  выглядеть большим психом, чем выглядит уже..."

Отредактировано Mark J. Král (19-12-2018 17:08:39)

+3

5

Что-то изменилось.
Крепкая хватка заметно ослабла, ладонь исчезла с лица, да и все тело внезапно стало свободным. Свободным для того, чтобы грузным весом сползти вниз. Грохота от падающего на больничный пол человека не последовало только благодаря очухавшемуся психу.
Вновь оказавшись с ним лицом к лицу, девушка начала с силой вжиматься в стенку, лишь бы он не находился настолько близко к ней. Его встревоженный взгляд, казалось, действительно прояснился. Сидя рядом на корточках в этом нелепом широком халате, и аккуратно трепля шатенку по плечу, Марк воплощал в себе само здравомыслие.
Спасибо, мам.
Вставать она не торопилась, предпочитая приходить в себя пусть и постепенно, но зато на ровной, твердой поверхности.
- Нет, благодарю, со мной все..., - голос чуть охрип от не озвученных ранее криков, но Дженни не обратила на это никакого внимания, восстанавливая дыхание, - хорошо.
Автоматические фразы вырвались сами собой, как приветствие вроде «привет, как дела? нормально». На самом-то деле Холт была от порядка весьма далека.
- Я здесь делаю? – шок от пережитого сменился на удивление, и на этот раз нервы сдали именно у нее.
- Не знаю, это у Вас надо спросить, почему Вы меня затащили в свою палату, - нервно хихикая, ответила волонтер и, чуть успокоившись, добавила, - хорошо, Вы только не волнуйтесь, пожалуйста.
Не хватало, чтобы в его мозгу снова закоротило.
Какое-то время она так и сидела, не отрывая внимательного взгляда от мужчины, отмечая удивительную перемену в его поведении, а потом заметила детали разобранной розетки и кивком указала на них.
- Она что, сломалась?

+3

6

Как обычно, после острых приступов шизофренического бреда, Марк собирал картину произошедшего по кусочкам. Зеркало разбитое. Мозаика, разбросанная по комнате. Поляк чувствовал себя уверенно, пока не задумывался о выпавших из памяти событиях, но стоило миз Холт непрозрачно намекнуть, что он сделал что-то не очень хорошее, как вся эта уверенность испарилась, а Марк растерянно заморгал, озадаченно и чуть виновато хмурясь.
Еще и про розетку спросила.
- Да. То есть нет. То есть - это не я ее сломал. То есть - она вообще не была сломана, - скомкано объяснил поляк и отвел взгляд в сторону, шоркая ладонью ноющий лоб.
Выходит, это он ее сюда затащил - да уж, поступок, достойный супергероя, спасающего мир! - точно он, воспоминания десятиминутной давности застучали, как град по стеклу. Вот почему миз Холт выглядели ничерта не "хорошо". Оповещать ее об это этом Марк не стал. Не хватало еще заявить понравившейся красивой девушке, после того, как чуть не придушил ее, что-то вроде "знаешь, милая, ты какая-то ну, в общем, не очень - выглядишь бледновато, как моль".
Марк подавлено молчал, глядя на миз Холт.
Та не пыталась кричать или звать на помощь, продолжала сидеть с ним и ее ответный взгляд был таким умиротворяюще спокойным, понимающим даже, что Марк невольно начал говорить.
- Я могу починить ее, собрать обратно. Если бы у меня были нормальные инструменты, я бы мог сделать это быстро...
Поляк сокрушенно вздохнул и растерянно сунул руку в карман, нащупывая обломанную пластиковую вилку.
- Только не говорите об этом никому, хорошо? Я не хочу больше таблеток, их итак слишком много. Из-за них не могу спать по ночам, не могу думать и мысли путаются, в голову лезет какая-то чушь, которую я не могу... убрать не могу. Я не хочу, чтобы меня снова привязали к кровати. Вы же никому не скажете о розетке, да?
Прозвучало как-то жалко, да и, наверное, ей часто приходилось слушать подобное. Марк вспомнил себя пару лет назад, вспомнил, насколько бесполезны такие жалобы, если у тебя есть пухлая папка с историей болезни в заведении вроде этого - обреченно и разом заткнулся, неловко улыбнувшись.
Миз Холт все еще внушала безграничное доверие, она же волонтер, а не очередной психиатр, которого хлебом не корми, дай провести какую-нибудь очередную терапию, а значит, не сдаст его медперсоналу клиники.

А потом зрачки поляка расширились, потому что он вспомнил и выдохнул бездумно:
- Там было опасно, вот почему я затащил Вас сюда!..
Где именно "там", Марк не был уверен, но, наверное, в коридоре, если поступил именно так. Какого рода опасность грозила - тоже не знал. Но с ним-то миз Холт будет всяко безопаснее, чем снаружи, верно?
- Я не выпущу Вас отсюда, - решительно произнес поляк, - Пока не настанет рассвет. С рассветом тени в углах перестают шептать... Но Вы потом больше не ходите здесь по ночам, ладно?

Какая-то беда, что-то плохое, неотвратимое, как черный ворон из видения.
Марк морщил лоб, озадаченно хмурясь, разом пытаясь вспомнить, что именно угрожает миз Холт и как он может уберечь ее от этой беды.

- О, нет, не бойтесь, - поспешил заверить девушку поляк, - Здесь точно безопасно. Я проверил. В розетке не было жучков - здесь никто не следит за мной... - и быстро поправился, потому что сейчас в палате их было двое, - за нами.
Выкуси, Фарингтон! Руки у тебя коротки, ублюдок, чтобы дотянуться сюда!
Поляк ободряюще улыбнулся миз Холт, спохватился, представляясь:
- Марк Крал. Можно просто Марк, - весьма довольный тем, что ход их беседы стал более неформальным и даже каким-то доверительным, чем ранее.

Отредактировано Mark J. Král (25-12-2018 04:07:31)

+2

7

Она хлопает глазами с блюдца, пока мужчина рассказывает об участи выпотрошенной розетки и понимает, что еще немного, и она тоже может пойти той же дорогой. Будут соседями по палате.
- Нет, нет, - рука разрезает воздух и тянется к Марку, но он отходит слишком далеко, поэтому Джен указывает на остатки бывшей когда-то полезной вещи, - мы просто соберем все э-э-э в кучку, вот так, - неловким движением она опирается об пол и садиться на колени, поджав под себя ноги, - инструментов ни у Вас, ни у меня все равно нет, так что пусть все останется так, как есть, ничего страшного, - пальцы ловко и осторожно собирают осколки пластика и переносят к стене под дырой, проделанной поляком. Кадр из знаменитого фильма про тюрьму Шоушенк невольно лезет в голову – не уж-то он решил повторить трюк и прокопать себе путь на выход?
Бредовые и абсолютно неуместные мысли, вызванные явно пережившим стрессом испарились, как только мужчина начал просить о том, о чем обычно просят такие пациенты.
Несмотря на небольшой опыт работы волонтером, Джен достаточно много знала и могла ухаживать за больными разной степени своего недуга. Даже открытый перелом в состоянии правильно вправить и обработать. А вот в блоке психиатрической лечебницы она бывала всего несколько раз и лишь во второй – пошла на контакт с человеком с психическими расстройствами.
Так что да, - Холт не знает, что делать.
Она не может заверить поляка в абсолютной договоренности о неразглашении случившегося без необходимости соврать ему. Она также не может оставить этот инцидент в стороне и забыть о нем как о страшном (или не очень) сне, потому что мужчина находился здесь по важной причине и нуждался в помощи.
Внезапно ее осенила идея, и она широко улыбнулась.
- Хорошо, - перебирая руками по стене шатенка, наконец, встала во весь свой рост, все также смотря на высокого мужчину снизу вверх, - я не скажу никому из персонала, что здесь произошло, только постарайтесь больше не разрушать электрику, а то Вы можете пораниться.
Все это время Холт медленно, но уверенно подходила ближе к Марку, пока не остановилась в нескольких дюймах. Даже в такой темноте пальцы быстро нашли испорченный пластик, и аккуратно вытащили его из захвата мужчины, который, казалось, спокойно это воспринял.
- Вот так, - когда такое, пусть и сомнительное, но оружие исчезло в кармане униформы, Джен заметно расслабилась.
Медсестрам она действительно ничего не расскажет. А вот кое с кем из Ковена свяжется. Должен быть способ помочь ему без воздействий химикатов, которые только усугубляют состояние пациента, судя по всему. Возможно, магия сработает.
Перемена в настроении произошла молниеносно.
Вздрогнув, волонтер заставила себя стоять на месте. Последующие угрозы и безумный взгляд, отличались более разумным оттенком, нежели предыдущий приступ. Благо, рассвет вот-вот наступит.
- Хорошо, я останусь здесь, не волнуйтесь, - кажется, она это уже говорила, - нам совершенно ничего не грозит, - осмелившись, она мягко обхватила своими ладонями его предплечья и отвела ближе к окну. До зарева оставалось немного, так что он первым увидит свет.
Поляк вторил ей о безопасности, и что-то в его словах заставило Дженни насторожиться.
- Марк, - легкая улыбка коснулась губ, тревога во взгляде на миг исчезла, - а я – Дженни, - тихонько постучала по бейджу и с головой нырнула в темные воды, задавая вопрос: - скажи, кто может следить за тобой?

+1

8

- Роберт Фарингтон, - как само собой разумеющееся произносит Марк имя старого знакомого, потому что, ну серьезно, в кого он стрелял до того, как угодить в психушку, - Кто еще может за мной следить?..
Не считая Хастура. Поляк нахмурился,сосредоточенно размышляя. Миз Хо... Дженни никуда не торопилась сбегать, все так же терпеливо стояла рядом и слушала - Марк покусал губы и мысленно обругал себя. Это вот все совсем не повод подставлять Дженни, вываливая все подробности про древних нёхов, магию и существование других существ, воистину сказочных, бок о бок.
О таком лучше не знать милым девушкам, чтобы по ночам им спалось крепче, а не тянуло на приключения, как вот, например, сейчас.
- Я бы не хотел говорить об этом, - неуверенно протянул Марк и резковато сменил тему, - И ничего я не разрушал! - буркнул растерянно и тише, - Я действительно могу починить ее... обратно.
Чем больше размышлял поляк, тем больше снова начинал волноваться.
Во всю эту историю с Фарингтоном впутывать Дженни не хотелось совершенно. Это же может быть опасно для нее! Ладно, сам Марк знал, куда лез и что мог огрести за свою настырность, но миз Холт проблемы из-за малознакомого человека явно были не ну...
Силуэт большой птицы из видения вставал перед глазами, трансформировался, менялся, и в темноте тени проступало то, что Марк успел запомнить, забыть и теперь вспоминал заново. И то, что он видел, поляку не нравилось.
"Совсем психом посчитает," - расстроился Марк. Промолчать было невозможно, словно сам Хастур подталкивал его к определенному решению, сжимая плечи белыми костлявыми пальцами.
- Человек в черном, ты встречалась с ним недавно. Он такой... знаешь, как ворон весь - и глаза, и одежда, и волосы. Вороны падальщики, а этот и вовсе адский. Не ходи за ним. Твоя кровь... Зачем ему твоя кровь?
Поляк нахмурился:
- Два. Ноль. Ноль. Восемь, - нарисовал пальцами в воздухе цифры, дублируя сказанное. Глупость, конечно, несусветная, и теперь Марк настойчиво вытаскивал из памяти всплывающие детали, как занозы вытаскивал, торопясь рассказать все.
- Гравий под ногами. Лекция. У тебя ручка перестала писать... Чешуя?.. - поляк часто заморгал и отпрянул назад, - Так ты студентка, ты учишься. Ты видела Фарингтона! Это он тебя прислал сюда?!
Говорил, говорил, говорил и не мог остановиться. Картинка накладывается одна на другую и Марк уже не особо задумывается, насколько это бред, все, что он говорит, потому что миз Холт, которая попросила называть ее Дженни, наверняка пришла сюда по наводке Роберта - конечно! Иначе зачем бы ей ходить по психиатрическому отделению ночью?..
Страха было мало. Страха было недостаточно - его гасили таблетки, мешали холоду, ползущему по позвоночнику, вкрадчиво обхватить ребра, мешали выдрать этот страх и швырнуть его в лицо Дженни, как он делал обычно.
Поэтому Марк отталкивает от себя Дженнифер, в несколько широких шагов оказывается у двери, распахивает ее и уже в коридоре переходит на бег.
Клиника, и до этого казавшаяся не особо безопасным местом, стала местом опасным и поляк не задумывался о том, что будет делать, когда упрется в запертую дверь, как и о том, что он не знает, где здесь выход, кроме закрытого решеткой окна.

+2

9

Находясь рядом с Марком некоторое количество времени и пережив, вполне удачно, пару его приступов, Дженни уже знала, что означает этот отрешенный взгляд в «никуда». Так выглядят люди, которые задумались, о чем-то уставившись в одну точку и полностью игнорируя собеседника, на самом деле не думая ни о чем.
Полагая, что это очередной психический заклин, девушка решила остаться на своем месте и попросту дождаться, когда эхо болезни поляка пройдет, и он вновь восстановится.
Человек в черном. Ворон. Падальщик. Кровь.
Волонтер отшатнулась. Ледяной ужас колкими иголками прошелся по позвоночнику, пуская россыпь мурашек по всему телу, заставляя ладони девушки слегка дрожать. Ладно, если бы мистер Крал начал воспроизводить очередные бредовые, не связанные с реальностью, мысли, но он давно пришел в себя. Приступ прекратился и только после него, мужчина начал говорить.
И он пересказывал прошлое.
В грудной клетке оставалось места лишь для коротких вдохов и выдохов, все слова переплелись в голове плотным комом, когда Дженни, пораженная открытием, так и осталась стоять перед Марком в немом оглушении.
Он не болен. Он - видящий.
Зато пациент, со все нарастающим беспокойством, продолжал транслировать все, что происходило с девушкой днем ранее, словно открыл тонкую книжку ее никчемной жизни и зачитывал вслух.
Сильный толчок отбрасывает шатенку обратно к родной стене, возвращая на землю. Все, что она успевает увидеть – широкая спина в белом халате, скрывающаяся за дверью.
- Подожди! – кричит и бежит следом.
То ли действие таблеток сильно замедляло его реакцию и мышечную функцию, то ли она, взволнованная и до смерти напуганная, передвигалась намного быстрее обычного, но догнать Марка студентке все же удалось.
Столкновения было не избежать, ведь она возникла прямо перед ним на слишком близком расстоянии. Поваленные оба на пол и чудом не разбудившие никого в соседних палатах, первой, казалось, пришла в себя именно Холт.
- Послушай, - уже не особо раздумывая о деликатности своего поведения с пациентом психиатрической клиники, ее ладонь сжимает предплечье мужчины, а взгляд цепляется за его, - я – волонтер, всего лишь волонтер больницы Святой Анны, я ухаживаю за теми, кому причинили боль. Могу даже раны зашивать, - зачем-то выпалила, считая, что хотя бы это его немного притормозит.
- Я знаю, что доверять мне у тебя нет причин, но я клянусь, что тот, о ком ты говорил никогда ни за чем меня не посылал.
На какой-то момент в длинном помещении было слышны лишь их частое дыхание.
- Марк, - голос упал почти до шепота, - прошу, давай вернемся в палату, иначе у нас обоих будут неприятности, - чуть помедлив, на свой страх и риск, добавила, - и тот человек в черном... я действительно с ним виделась.

+2

10

"...действительно виделась?"
Сколько людей в черном сейчас, осенью, ходит по улицам, предпочитая этому цвету другие. Марк смерил Дженни тяжелым недоверчивым взглядом и повернул голову в сторону одной из палат. Он понятия не имел, как далеко успел убежать от своей - в памяти осталось только смазанное пятно прежде, чем они вместе с миз Холт рухнули на пол - черные тени опять шелестели, и из-под двери ползли черные щупальца, зло шептали и били по полу, силясь дотянуться до них.
Снова пришло время спасать бедную беззащитную миз Холт.
Марк крепко схватил ее за плечо и потащил дальше по коридору - пары метров вполне хватило для того, чтобы мерзкие сгустки темноты бессильно зацарапали пол.

Это все в твоей голове.

Как и любой уважающий себя эксперт по психушкам, поляк научился распознавать признаки собственного бреда, и эти когтистые чернильные отростки были его частью. На всякий случай Марк зажал рот Дженни, пытаясь дышать по счету.
- У него был галстук. И запонки на рубашке. Опиши их, - попросил поляк. Сердце все равно стучало чаще, чем следовало. Марк сунул руку в карман униформы Дженни, пошарил там, почти сразу натыкаясь на свою пластиковую вилку, крепко сжал ее и определенно почувствовал себя лучше с оружием в руках.
Спохватился, убирая ладонь от чужого рта.
Топота санитаров все еще не было слышно.
Шумно сглотнул, приваливаясь к стене и обхватывая миз Холт поперек живота рукой. Бежать в любом случае было поздно. Бездумно верить Дженни - тем более, хотя она и казалась такой милой, наивной и беззащитной, что невольно становилось стыдно за свое поведение.
- Я хочу, чтобы таблетки убрали. И чтобы меня выпустили отсюда, - тупо и бездумно проговорил вслух мысль, которая постоянно билась на периферии сознания, разглядывая свою босую ногу. Тапочек проебался где-то в процессе спринтерского забега.

+2

11

Они вновь проходят про проторенной дорожке.
Захват на плече, ладонь на губах, стенка. Только на этот раз Дженнифер не боится. Совсем, что странно. К сожалению, не было таких слов, которым мог бы поверить Марк, как бы сильно волонтер не пыталась их найти.
- Может, хватит? – неразборчиво бубнит ему прямо в руку, даже не пытаясь вырваться, безропотно становясь ведомой этим поляком.
Некомфортное ощущение той самой книжки, в которую так легко заглядывает мужчина, вновь вернулось со следующим его вопросом.
- Запонки? – растерянная, она лишь краем сознания понимает, что он выудил свою вилку из кармана ее униформы, и не находит ничего лучшего в ответ, как сказать правду, – я не помню их.
Говорит и тут же жалеет, провалив задание распознать следующий шаг Марка. Хотя, о чем это она? Еще при первом же взгляде на него стало ясно, что ни одно его действие предугадать невозможно.
- Но глаза, - цепляется за единственное, что по ее мнению имело значение, - они действительно почти как черные из-за радужки, - образ сам собой всплыл в ее голове – вот Дивер улыбается ей, просит пройтись, тем самым заставляя одиноких девушек кампуса грустно смотреть им вслед; вот он говорит о ее матери, его черты ожесточаются, руки в перчатках сжимаются в кулаки; вот он просит взять кровь дракона, чтобы нейтрализовать противника.
- Он не такой как ты о нем говоришь. Он много раз мне помогал, и...
Как ни старалась, Холт не смогла придумать причину, дабы оправдать его перед глазами поляка, потому что тот говорил как есть. Хэл Дивер действительно был опасен. И он собирался убить текущего верховного мага Ковена Прилива.
С ее помощью.
Джен взяла Марка за руку, обхватившую ее поперек диафрагмы, и опасливо встретилась с его взглядом.
- И еще, мне кажется, что ты не болен.
Первые лучи яркого солнца прорезали мрачную атмосферу больничного коридора, омывая своим теплом лицо поляка.
Рассвет.

+2

12

Всё бы хорошо, да и слова правильные - слишком правильные, Марк их уже слышал, не один раз. В том числе от доктора Валентайна, а после в его рационе добавилось полезных таблеточек, не иначе витаминок, для укрепления иммунитета. Поляк тяжело засопел, мысленно заметавшись между тем, что Дженни не может ему врать, не может же, да, так лицемерно и двулично говорить, глядя в глаза, да? И между фактом того, что на ее бейдже было написано черным маркером поверх бело-синего "во-лон-тёр", то есть почти что сотрудник клиники.
- Не знаю, - наконец выдохнул поляк.
Наверное, он молчал слишком долго. Теплое раннее не солнце, отблеск рассвета, лизнул в висок.
- Идем, - растер ладонью ноющий лоб и потянул Дженни за руку, выпуская из очень странных объятий, - Надо возвращаться.
У палаты, куда не дотягивался солнечный свет и откуда до сих пор слышалось смутное шипение и клацанье когтистых чернильных отростков о линолеум, поляк остановился, не доходя и напряженно вглядываясь в дверь, словно мог просверлить ее взглядом и увидеть, что находится за ней. Дженни не пустил дальше тоже - схватит еще результат шизофренического бреда миз Волонтера за ногу, доказывай потом, что это не мистер Псих порезал работника клиники на ленточки опасной пластиковой вилкой.
- Я знаю, что не совсем болен. Я умею... делать некоторые вещи, которые сейчас делать не получается из-за... таблеток. Таблетки все портят. И мозгоправы все портят.
До-порчивают то, что не успел испоганить Хастур.
Марк покосился на Дженни и не стал договаривать.
Незачем милым девушкам знать про рассыпающихся древних старпёров из Астрала.
Шепот теней за дверью стал тише. Поляк коротко выдохнул и рывком протащил за собой Дженни мимо опасной двери, торопясь к своей палате.
- Мы же правильно идем? - смущенно уточнил Марк, - Кто лежит в той палате?
У двери своей обнаружился планшет. Поляк вспомнил, что Дженни ковырялась в нем, когда он наблюдал за ней. Поднял, протягивая, и смутился, обнаружив на гладкой черной поверхности дисплея трещину.
- Извини. Я не смогу это починить, но я могу подарить тебе новый, когда выйду отсюда, - в глазах миз Холт отразилось сомнение и поляк поспешил добавить, словно оправдывался, - У меня есть деньги, правда.
Тапочек, к слову, так и не нашелся. Марк топтался у входа в свою палату и прощаться с Дженни не хотелось.
- Приходи еще. Только не ночью, днём, ладно? - зевнул и спохватился, что все еще сжимает планшет, не сразу расцепляя пальцы.

Отредактировано Mark J. Král (09-01-2019 06:07:35)

+2

13

Солнечный цвет буквально озарил его – тени под глазами исчезли, взгляд стал более осмысленным, тело, казалось, немного расслабилось, морщинки на лбу разгладились. Терпеливо рассматривая мужчину, ожидая его ответ, Дженнифер пришла к выводу, что, по всей видимости, он опасался темноты, она страшила его. Поэтому он затащил ее в свою палату, уверенный, что защищает. Поэтому так волок ее по коридору, огибая тени от предметов скудного больничного интерьера.
Она не сдержала тихий вздох, сопровождаемый печалью. После смерти мамы, она тоже какое-то время боялась темноты.
- Верно, - кивнув, отправилась вместе с поляком назад к его месту назначения, на миг обрадовавшись, что таким его палата останется недолго.
Во время их небольшого путешествия студентка обходилась короткими фразами, добавляя, что в интересуемой его палате «лежит» именно он.
Слегка потрепанный жизнью планшет вновь оказался в поле зрения девушки, и ее губы изогнулись в легкой улыбке.
- Это собственность больницы. А больница – в какой-то степени собственность моего отца. Так что все в порядке.
Узнать, что поляк располагает средствами, способными купить дорогую электронику, стоило Холт очень задумчивого взгляда.
Мягко высвободив аппарат из его рук, шатенка помедлила. Они бы так и стояли как два истукана, если бы ее не прорвало.
- То, что ты увидел про меня и того мужчину – правда. Это значит, у тебя есть некоторые способности, которые врачи принимают за болезнь. Об этом никому нельзя рассказывать, люди... они не поймут. Я знаю тех, которые могут помочь. Они также помогли мне.
Она не торопилась вываливать на мужчину всю правду как ушат воды на голову, хотя очень хотелось. Ведьмы, оборотни, драконы, перевертыши. Магия, чтение мыслей, порталы, проклятья? Ему и так сегодня досталось. И не только сегодня.
- Только прошу, - хмурится, медлит, подбирая слова, - не смотри больше про меня.
Потому что если он заглянет глубже и дальше того разговора с Хэлом Дивером, то станет обладателем информации, которая может подставить его под удар.
- Вот, держи, - ухватив планшет одной рукой, другой она неловко сняла с себя простую цепочку с медальоном, не имеющим никаких магических свойств, - он защитит от того, что скрывается в тенях.
Легкое пожатие плеча, короткое прощание и, на выходе из коридора - звонок одному очень умелому и влиятельному магу из Ковена.

+2


Вы здесь » Arkham » Аркхемская история » вы хотите поговорить об этом?


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC