РЕСТАРТ"следуй за нами"

Arkham

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Arkham » Сгоревшие рукописи » гляделки


гляделки

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

https://a.radikal.ru/a19/1812/21/2ed47c62b1e5.gif https://a.radikal.ru/a38/1812/14/6aa7cec149e1.gif

Sebastian Valentine, Forrest Cradle
29 октября 2018, дом Валентайна на окраине города


победит тот, кто заставит другого остановиться, залезть на стол и станцевать чечётку

+1

2

Приземистый красный пикапчик, любовно прозванный Туфелькой, оставлял не очень-то кокетливые следы. Она куда-то вмазалась по дороге, и теперь наверняка проест плешь Сейджу, чтобы тот разобрался с землистым, подразмытым участком.

Белая, маркая моль.

Она остановила машину напротив очаровательно-задрипезного домишки, который сама же для него и выбила. Она была рада переезду старого друга и сделала всё возможное. Этому городу нужна была дельная стамеска для мозгов, а ей – нужен был Валентайн. Особенно первые годы в Аркхеме.

Он и сейчас ей по-прежнему нужен. Не для мозгов – для сердца.

Одиночки награждены душевным равновесием, но внешне – уязвимы. Чтобы обстоятельства тебя не грохнули – нужно одеваться в крепкую дружбу, как в бронежилет. Без особых потерь выплывут только побратимы.
Выживут только любовники, если хотите.

Форрест и Валентайн любовниками никогда не были – и это сберегло их друг для друга на много лет. 

Прежде чем вышагнуть из Туфельки, она просигналила. Никогда не стучалась – только сигналила, да так, что гудящий звук сотрясал тихую окраину до подвальных водостоков.

Когда Себастиан отворил дверь, ботинки Форрест уже прижимались носами к порогу, как две заждавшихся хозяина чёрные таксы.

- Я привезла мандариновый Раф и пакет вишни, - сказала она вместо приветствия.

И как добропорядочный вампир дождалась своего приглашения войти. Заворожено огляделась по сторонам, будто видела жилище Валентайна впервые. В который раз подивилась оголтелой упорядоченности и выхоженности всего вокруг; и почти с восторгом почувствовала себя скользкой, липкой улиткой внутри гладкой чужой ракушки.

Через миг вынырнула из ассоциаций. Обернувшись к местному устроителю порядка, всучила ему кофе на картонной подставке и такой же картонный пакет, чтобы освободить руки. Не просто так – для традиционной замены рукопожатию.

Ей нравится держать в руках всё самое ценное, и всякий раз при встрече она ненадолго берет ладонями его лицо. И оглаживает широкие виски пальцами, сухими, малокровными и мягковатыми, как пятки недоношенных младенцев. И вглядывается, и проникает своим неестественным зрением в каждую его морщинку.

- Ты постарел на два миллиметра в глубину, - наконец совершенно очаровано выносит приговор Форрест и медленно отстраняется.

Обычно она добавляет шутливо «когда надоест – обращайся», но на этот раз осталась тиха и улыбчива. Она слишком хорошо помнила, зачем приехала.

Отвернулась, поведя носом. В доме Валентайна очень продающие запахи. И у любого гостя с нюхом на качество наверняка возникает диссонанс от аскетичной «наружности» и такого избирательного «внутри».

- Сначала хочу показать тебе кое-что, - сказала Форрест и прошлась до стола уже без робости туриста в неведанном краю – а легко, как у себя дома.

Что-то сщёлкнула с запястья, положила поверх столешницы. Ткнула пальцем и обернула к нему донельзя одухотворенное лицо:

- Эпл вотч. Умные часы, что сейчас входу у прогрессивного населения.

Они лежали и не тикали. Ничего не показывали – блестящие и тухлые. Форрест сложила руки и посмотрела на них вниз, как на препарированную лягушку.

- Они заставляют меня дышать. Меня. Дышать. А ещё говорят, что им не хватает любви, если ты для них мало ходишь.

Она посмотрела ещё немного и вернула взгляд Валентайну, которому приносила свои открытия часто и безапелляционно, как кошка воробьёв.

- Раньше часы ходили для людей, а теперь – наоборот. Разве это не чудо?

С широкой ухмылкой и широко разведенными руками упала на диван совершенно довольная: что бы Валентайн ей ни ответил, он вряд ли её переубедит. К тому же…

- Ты ведь помнишь, зачем я приехала?

Событие под кодовым словом «гляделки». Они десятилетиями жантильно грозились выяснить, кто из них ментально сильнее, и чей гипноз глубже. Однажды это все равно должно было произойти. Почему бы и не сейчас.

- Если не возражаешь, давай сделаем это в танце. Поставь музыку. Жуть как не желаю давать тебе фору.

Очень легко копаться в мыслях мягкотелого пациента, который распластан перед тобой на кресле, как индейка на блюде. А ты попробуй в движение, а ты попробуй в ритм… И следи еще и за собой – не только за ровным ходом мысли твоего собеседника.

- Мы будем танцевать и разговаривать обо всём. Победит тот, кто заставит другого остановиться, залезть на стол и станцевать чечётку.

Форрест следила за Валентайном расслабленно, почти лениво. Слегка щурила глаза и помнила.

Она помнила, зачем приехала на самом деле. Так же хорошо, как и знала, что никогда не станет его обманывать или ставить в неудобное перед совестью или профессией положение. Они действительно будут танцевать, действительно будут играть в гляделки.

Они не станут поддаваться, и гипнотическое проникновение, если и выйдет, то будет очень глубоким. Она просто возьмёт то, что хочет, и продолжит наслаждаться вечером.

Смотреть, как он пьёт кофе. Танцевать и разговаривать.

И хлопать в ладоши под его чечётку.

Отредактировано Forrest Cradle (09-12-2018 03:44:56)

+3

3

Сегодня Валентайн в очередной раз закончил поздно. Его высокая фигура неторопливо возвращалась домой в то время, когда большинство соседей после семейного ужина смотрели вечерние новости. В этот день пациентов было не слишком много, однако врач все равно просидел в своем кабинете больше, чем кто-либо из коллег. По привычке.

Оказавшись в своем маленьком доме на отшибе, Доктор в практически абсолютной тишине провел свои привычные «домашние» манипуляции: заменил пальто и медицинский халат на удобный теплый джемпер, разогрел в микроволновке остатки вчерашнего ужина и провел одинокую трапезу наедине с последними событиями из новостных лент, после чего убрался на кухне, в который раз за неделю протирая пыль с идеально чистых столешниц новой мокрой тряпкой. В конечном итоге вся эта классическая рутинная история привела Себастиана на софу. Доктор уже устроился на мягком диване с ногами, притягивая к себе ноутбук и углубляясь в рабочие дела с головой, когда за окном раздался абсолютно невыносимый звук клаксона автомобиля.

«— Пришла».

Врач взял минутный перерыв, чтобы отложить рабочую аппаратуру на стоящую рядом тумбочку и переключить мозговую деятельность с «научной» на «социальную». Себастиан медлительно встал, щелкая костяшками пальцев, и, подойдя ко входной двери, открыл ее.

— Я привезла мандариновый Раф и пакет вишни.

Она была как всегда неотразима. В этом красном пальто до колен и контрастирующих черных туфлях; растрепанная, в солнечных очках, которые носила по привычке даже ночью; с этим отвратительно громко шуршащим пакетом и ароматным кофе в стаканчике. Себастиан часто ворчал, что иметь такой стильный «look» в своем преклонном возрасте – кощунство и не подобает старой бабушке. А она никогда его не слушала и в следующий раз приходила еще более наряженной. На зло.

— Когда-нибудь ты научишься появляться менее неожиданно, - Доктор еле заметно ухмыльнулся. – Проходи.

Себастиан забрал гостинцы из рук Форрест. Помог снять алое пальто, заботливо повесив его на плечики в шкафу.

А потом на минуту замер: человеческие (в данном случае вампирские) прикосновения всегда вызывали у него то сладкое учащенное сердцебиение, которое практически невозможно контролировать даже при помощи магической силы. Проживший всю жизнь в одиночестве Доктор имел тактильный контакт исключительно во время сеансов и исключительно с пациентами, от того такие редкие моменты с Форрест Себастиан воспринимал особенно остро – его нутро предательски сжалось, хотя ни одна жила на лице не выдала радостной эмоции.

— Ты постарел на два миллиметра в глубину.

— А ты как будто молодеешь. Признавайся, сколько молодой крови выпила за последний месяц? –  Форрест как всегда оставила его вопрос без внимания. Она никогда не будет оправдываться или что-либо объяснять, если то не будет нужно и интересно лично ей; Валентайн же, хоть и принимал правила игры, все равно не мог перестать задавать обыденные вопросы. Вероятно, из-за своей воспитанности.

Себастиан остался стоять в дверном проходе, оперевшись плечом о косяк и скрестив руки на груди. Оставался неподвижным, наблюдая за манипуляциями с часами. Он знал, что для Форрест вся эта технологическая история была важной и безумно интересной, в отличие от рассказов Валентайна про работу, безумных пациентов и бухгалтерию, в которой как всегда все перепутали. Поэтому врач всегда молча соглашался со всем, что показывает и рассказывает эта удивительная женщина, которая была старше на две сотни лет, а внешне выглядела моложе и живее угасающего Доктора.

И ведь он только хотел ответить ей про эти треклятые часы, заверив, что через пару десятков лет она застанет практически совершенный процесс внедрения аугментаций и «вот тогда можно будет удивляться», но ход его мыслей был в очередной раз прерван:

— Ты ведь помнишь, зачем я приехала?

Конечно он помнил. И всегда был непоколебим в своих убеждениях. Себастиан был полностью уверен в том, что нарощенный за 40 с лишним лет опыт использования магических способностей в терапии позволил его мозгу полностью защититься от телепатических влияний существ любого уровня. Но Форрест всегда говорила об обратном и, казалось, была совершенно уверенна в себе. Посему «гляделки» действительно должны были когда-то произойти.

— Если не возражаешь, давай сделаем это в танце. Поставь музыку. Жуть как не желаю давать тебе фору. Мы будем танцевать и разговаривать обо всём. Победит тот, кто заставит другого остановиться, залезть на стол и станцевать чечётку.

— Думаешь, я буду менее сосредоточен, раз не умею танцевать? Это же тебе придется терпеть то, как я постоянно наступаю тебе на ноги, - Доктор в очередной раз выдал ухмылку.

— Раз уж ты устанавливаешь правила игры, то я заказываю музыку, - два резких шага от дверного проема, и вот Себастиан уже ищет определенную песню на ноутбуке, которая будет транслироваться в пару маленьких колонок, развешанных по комнате и создающих объемное звучание. Он уже знал, какая песня будет звучать лейтмотивом. Их песня.

— Souk eye, babushka, - Валентайн поворачивается к дивану и протягивает правую руку. Он не знает, как правильно приглашать женщин на танец, но в данный момент это совсем не важно. Важно то, что уже совсем скоро два старика выяснят, кто же из них более крутой телепат и более искусный танцор чечетки на столе.

И ведь Доктор никогда не поддастся этой абсолютно безумной женщине, правда? 

Gorillaz - Souk Eye.

Отредактировано Sebastian Valentine (10-12-2018 00:18:17)

+2


Вы здесь » Arkham » Сгоревшие рукописи » гляделки


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC