https://a.radikal.ru/a38/1812/c1/02fa039e3318.jpg

Полное имя

Форрест Крейдл

Вид

Вампир

Возраст, дата и место рождения:

303, 21 марта 1715
Обращена в 41 год
Место рождения: Перт, Шотландия, Великобритания

Род деятельности

Балансирует на хаотичном нейтралитете – не связана ни с одной организацией, домом или семьёй; впрочем, от взаимовыгодных или интригующих альянсов никогда не закрывается, пусть и куда охотнее сотрудничает с одиночками.
Одна из трёх председателей городского совета.

Происхождение

Родственные связи:
Нет.



- Так вышло, что человеческая – «тёплая» - часть её существования оказалась, по сути, самой зябкой и обезволенной. Тогда у неё даже не было самоназвания – только имя, даденое чужими людьми. Ни за что.

А каким именем называла её мать, уже никто и не скажет. Даже сама Форрест. Крейдл не могла знать наверняка, но говорили, будто она «чумной недоносок Жерди». А Жердью народ величал любовницу Георга I. Верно, за скудную, нескладную комплекцию (которая, надо сказать, перешла к дочери единственным наследством). Ни лица матери, ни её голоса Форрест не помнит: среди якобитов, захвативших Перт в 1715-том нашлась пара горячих голов, которые выкрали младенца. Зачем – непонятно: никакого выкупа и рычагов давления на Георга они не получили. Да и, скорее всего, королевской крови в Форрест – как мёда в комаре. Так или иначе, жизнь ей сохранили просто на всякий случай. А потом её выкупил отставной генерал, имя которого сейчас не найдешь даже в хрониках. Может, он был тайным приверженцем Георга, а возможно, и просто одиноким, подбитым войной человеком – дал девочке имя, воспитание и даже образование в той степени, на которую в то время могли рассчитывать юные шотландки. И чумные недоноски.

Далее было замужество и нелюбимый быт с нелюбимым мужчиной из гильдии перчаточников. И вся её жизнь была, как поношенная перчатка – сморщенная, провоняла и пустая. Искусно выделанная кожа. И никакой начинки.

Так было. Пока на закате своей молодости она не встретила… этого.

Он был возмутительно молод для неё. То есть, он выглядел молодым.

Она называла его своим маленьким жаворонком. Her little skylark. Он смеялся и замечал, что эта утренняя птаха обычно не сулит ничего приятного.

Форрест не понимала, как такое юное и прекрасное существо, как он, может не радоваться рассвету.

Потом поняла.

- Сначала были только страх и ненависть. Благодарность пришла ближе к третьему столетию.

А в первые годы после смерти – только страх и только ненависть. И отвращение. Вулканические айсберги, архипелаги отвращения. Это естественно для любого новообращенного вампира; конечно, если он не ублюдок по призванию.

Форрест – не ублюдок по призванию. Она и по принуждению – не очень-то ублюдок.

Жаворонок и не принуждал – только учил выживать по-новому.
И когда она, досыта обученная, решила уйти, он не стал её останавливать.

- С тех пор Форрест «росла» сама по себе. Сначала она была Сид – семечком. И проклевывалась осторожно – на сытой земле состоятельных мужчин. Их всех легко было убедить – графов и храмовников, чиновников и владельцев плантаций. С новыми способностями семечко желания падало в них быстро, как колечко в колодец. И то было даже не желанием обладать, а острой, почти лихорадочной необходимостью того, чтобы она просто ходила где-то рядом. Просто ходила рядом. Иногда касалась плеча. Её имя пестрило в завещаниях, и целые состояния утекали в руки этой таинственной и совершенно обезоруживающей женщины. И целые жизни утекали куда-то тоже… Потому что за отвращением и вываркой первичного выживания - пришла ублюдочность. Пришла сама. А это страшнее.

- Тогда ей казалось, что это тоже естественно. Её убили – и она убивала. Её звали Флорет Сандью и, как для цветка росянки, они все были её маленькими мотыльками. Изящество воспитывалось с годами. Так же как и осмысление ценности человеческой жизни. И жизни своей собственной. Где-то в Перу на заре второго столетия к ней постучалось пресыщение. И начался долгий, муторный этап обрыдлости и оскучнения. Когда философствовать тянет чаще, чем питаться. И гордый вампир мыкается по миру, как слепой котёнок или оседает где-нибудь серой перхотью.

И кокетничает со смертью с успехом многовекового импотента. Давнишнего кастрата, не способного теперь принять её объятия просто так – без насилия.

Нет. Вампиры сдохнут скорее даже не от серебряной пули или ультрадозы ультрафиолета. Первой в них выстреливает – скука. 
Флорет её кое-как переросла. И стала Форрест.

Пережила бессмысленные, возвышенные маянья. Пережила зверскую тоску по отцветшим векам.
И освежела душой. И осознала:

Среди ей подобных выживает не самый сильный, и даже не самый сообразительный. Выживает тот, кто способен умело мимикрировать под время.

И дольше ходят под луной совсем не те, кто высасывает из своих жертв всё до капельки, а те, кто способен по максимуму выжать из текущей эпохи. Застрял однажды – всё, остается только выцветать вместе с фотографиями. Нужно идти в ногу с тысячелетием, крутиться вместе с чертовым земным шаром – теперь это единственное движение, которое им доступно.

И она закрутилась.

Стоя на носу длинного, зеленого и блестящего, как огурец, бугатти, задирала футболку во время сексуальной революции во Франции.

Путешествовала в вагончике хиппи и носила в волосах перья, а на шее – майского жука в пластмассовом желтке «киндер сюрприза».

Пела под новый год «Хэппи Нью Йер», а летом – «Мамму Мию».

Млела от дикости мира и бросала себя в ноги природе во Вьетнаме, Сингапуре, Луксоре…

И чувствовала себя восхитительно живой.

Сейчас раш поосел в ней, а сама Форрест осела в Аркхеме. (На 2018 живёт здесь уже 10 лет).
Она доросла до почти что трепетного отношения к человечеству. Её до глубины души может умилить проявление простых человеческих чувств. Тронуть какая-нибудь несуразная мелочь. Любое проявление жизни. Любое движение.

Именно поэтому на своей должности в совете она не упускает возможности урвать львиную долю финансирования и пустить её, скажем, на городские фестивали. Или развитие молодежной политики.

Молодость чарует её. Временами она даже всерьёз подумывает о том, чтобы положить начало собственной семье. По-человечески, конечно, не выйдет. Но выйдет – по-вампирски.

Или, возможно, стоит стать надёжным патроном какому-нибудь городскому несмышлёнышу.

Форрест может сколько угодно отнекиваться, но в глубине души понимает:

Существуя для себя – в одиночку – можно чувствовать себя восхитительно живой.

Но, только резонируя с кем-то, можно почувствовать себя живой

по-настоящему.

Внешность

Цвет глаз: зеленые
Цвет волос:  льняной блонд
Рост: 5`10``
Отличительные черты:предпочитает женской одежде – мужскую; из-за белёсых ресниц можно ошибочно принять за альбиноску
Используемая внешность: Tilda Swinton

Умения

- Форрест Крейдл – весьма осовремененный вампир, который боится «застрять». Потому знакома со всеми надлежащими технологиями, сленгом, принимает все новые культурные веяния, чувствует себя свободно среди городской молодежи и покровительствует ей.

- Водит; порой на опасных скоростях (сказывается почти маниакальная жажда движения).

- Если и танцует, то, как одержимая.

- Обычно ей хватает харизмы и наработанной силы убеждения, но порой все же прибегает к гипнозу. Часто не для того, чтобы открыть, а наоборот заблокировать некоторые каналы памяти.

Дополнительно

- Не может долго сидеть (стоять) ровно и находиться в одной и той же позе – часто борется (или не борется вовсе) с желанием как-то неестественно, ломанно выгнуться, запрокинуть голову назад, вытянуть ноги. 

- Несмотря на возраст – настоящий и внешний – вполне может позволить себе экстравагантные выходки. Они никогда не опустят её достоинства, но могут придать живости обстоятельствам.

- В ботинках часто прячет до нелепости смешные носки. Их никогда не видно, но сам факт, что они есть, её неприлично забавляет.

- С Форрест полезно дружить. Благодаря связям во всех заведениях под эгидой администрации, она с одинаковым успехом может достать и кровь, и кров. Сгладить чьи-нибудь отношения с полицией. Или пробить нужный товар и выловить его с любого уровня рынка.

- Если вы ей приглянулись, скорее всего, рано или поздно Крейдл станет обращаться к вам «my little… (и дальше кто-нибудь, наиболее вам присущий по её мнению)». Также часто использует обращения «darling», «sweetie» и иже с ними, что, впрочем, в её исполнении никогда не звучит слащаво.

- Любит есть. По-человечески. Готова тратиться на разгон физических процессов ради ложки арахисового масла.

- Первым делом – она нежна, и только вторым – разрушительна.

- Солнечные очки как лейтмотив.
А вообще любит солнце нездоровой любовью (оно её уже не сильно кусает, но оберег-несгорайку с собой всё же носит).

- Тактильность и обоняние – её всё. Без шуток, она часами может с благоговейным видом ощупывать и обнюхивать какую-нибудь искусно исполненную вещицу. И ленно, тягуче думать, какое же это счастье – ощущать.


ИНФОРМАЦИЯ ОБ ИГРОКЕ

Стиль игры:

Я сажусь и пишу.
Обычно ориентируюсь на одного соигрока и веду один отыгрыш, зато до потери пульса.
Хочу писать коротко. Но писать коротко меня не хочет.
С вычиткой плохо - астрологи вангуют урожаи опечаток.

Другие персонажи: нет.

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Forrest Cradle (06-12-2018 18:41:25)