РЕСТАРТ"следуй за нами"

Arkham

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Arkham » Сгоревшие рукописи » Мэл Такер, оборотень


Мэл Такер, оборотень

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

http://s8.uploads.ru/t/d6eNg.jpg [indent] http://s3.uploads.ru/t/8HNj1.jpg

Полное имя
Рудольф Мэлвин Такер (Мэл)

Вид
Оборотень-волк

Возраст, дата и место рождения:
17 лет, родился 21.12.2000 г., Аркхем, штат Массачусетс

Род деятельности
Ученик старших классов, омега в стае Тренч

Происхождение
Родственные связи:
Роксолана Такер – мать
Теодор Такер - отец
Оливия «Лив» Такер – старшая сестра
Мэлвин Такер - дед

Аркхем, штат Массачусетс, 2000 год, 21 декабря, три часа пополудни. Минутная стрелка почти добежала до полустертой галки "семь", когда моя матушка, наконец, мною разродилась, и груда пелёнок с затерявшимся где-то между ними младенцем торопливо перекочевала из родильного зала в палату. Весь город в этот день был выряжен пестрыми гирляндами, и с улицы внутрь долетали обрывки языческих гимнов, сплетаясь с запахом древесной смолы и сидра: горожане праздновали зимнее солнцестояние. В честь праздника мне было дано имя Рудольф, и, видит бог, я бы хотел родиться на день раньше, только чтобы не носить это имя, которое и по сей день ассоциируется у меня только с красноносым оленем. Приветствовать рождение юного Такера собралось все семейство, из самого Нью-Йорка приехал даже мой дед, который уже тогда начал заметно хромать на одну ногу, и уж точно ему было нелегко преодолеть весь этот путь. Видимо, чтобы почтить такой героический поступок, второе имя было дано мне в его честь – Мэлвин. В канун Рождества меня уже пеленали под крышей родного дома, распевая «Добрый король Венцеслав», а спустя неделю мой плач заглушали куранты и свист фейерверков, запускаемых где-то за покрытыми изморозью окнами. Снежная зима приняла меня в этот мир и согрела праздничным перезвоном.
Шли дни и недели, снег сменился моросящим дождем, а там недалеко было и до солнца, хотя оно и редко заглядывало в окна жителей Аркхема. Наше жилище находилось в южной части города и представляло собой небольшое дощатое сооружение, зажатое с двух сторон такими же домишками и выкрашенное в камышовый цвет, второй этаж его, отведённый под спальные комнаты, был срезан откосами крыши. Бывало, нагретая солнцем поверхность дома за день так раскалялась, что в комнатах стоял густой запах древесины, точно в бане. Я со своей кошачьей высоты преимущественно ползком исследовал катакомбы столов и стульев, направляемый старшей сестрой Лив, которой на тот момент было семь лет, и она сама то и дело норовила смыться куда-нибудь подальше. Благодаря этому, а также своей врожденной непоседливости, я однажды едва не задохнулся, засунув в нос Скитлс, видимо, перепутав отверстия, а другой раз чуть не выдрал усы нашему старому псу, который – еще чуть-чуть, и оставил бы мне на память отпечаток своей зубастой пасти. Однако, несмотря на превратности судьбы, мне повезло повзрослеть, и зарубки на обветшалом косяке моей спальни очень скоро догнали и перегнали сестринские.
Родители растили нас в любви и всегда давали чуть больше свободы, чем оно того требовало. Им было достаточно того, что мы знаем, что дорогу нужно переходить на зеленый, в темное время суток лучше не шататься по пустым переулкам, и прочие базовые понятия осторожности. Они не страдали гиперопекой, а мы ценили оказанное доверие и честно старались не влипать в неприятности. Я знал, что наша семья перебралась в Аркхем незадолго до моего рождения, и причиной тому послужило желание отца жить обособленно, он стремился к независимости, и лучше всех понимал, что означает жизнь в неволе.
- Послушай, Теодор, мальчику нельзя без стаи! – этот разговор случился вскоре после моего тринадцатого дня рождения, когда Мэлвин-старший приехал к нам и я увидел его во второй раз в жизни, голос деда разнесся из кабинета раскатистым басом, и в нем отчетливо слышался британский акцент, делающий его старческий голос похожим на клекот. Я поймал обеспокоенный взгляд матери, которой явно не нравилось, что я подслушиваю, но прогонять она меня не стала. – Когда ты уехал, это было твоим выбором, но ты не можешь лишить своего сына… - голос стих, я мог только догадываться по интонации его слов, о чем идет речь. Из тех обрывков, что мне удалось услышать в дальнейшем, я понял, что дед настаивал на том, чтобы я ехал с ним в Нью-Йорк, где я смогу жить «нормальной, полноценной жизнью». И не то, чтобы мне не хотелось уехать нашего небольшого городишка, но перспектива провести оставшуюся жизнь под крылом деда пугала во сто крат больше. Я не понимал, о чем они говорят, но был уже достаточно взрослым, чтобы почувствовать, что надвигаются большие перемены. Серьезный разговор не заставил себя ждать, и мне было рассказано все, о чем прежде умалчивалось – об оборотнях и магии, что окружает нас. Я понимал, что мне не рассказывали об этом прежде из осторожности, я был мал и мне не стоило знать слишком многого, чтобы случайно не проговориться и не навлечь беду на семью, в то время как отец, будучи волком-одиночкой, изо всех сил старался вести себя тише воды, ниже травы. Он отказался от жизни в роли оборотня, бежал подальше от всего мистического и хотел жить спокойной жизнью обычного человека, надеясь, что его ген не проснется в нас с Лив. И если Оливию обращение прошло стороной, она так и осталась человеком, то у меня еще были все шансы вытащить счастливый билет на ту сторону. Мэлвин Такер уехал, но я знал, что эта тема еще поднимется в будущем. И, как бы ему того ни хотелось, отец не мог дальше игнорировать тот факт, что спустя какие-то два года я могу начать обращаться, и постепенно начал готовить меня, как готовил когда-то Лив. Он показал мне, как происходит смена облика, разъяснил, как устроены стаи, и рассказал об их прежней жизни в Нью-Йорке.
В остальном же моя жизнь протекала, как и у любого другого подростка. Я ходил в единственную в округе школу и был знаком, пусть и заочно, со всеми детьми и подростками, проживающими в нашем небольшом городе. Учеба давалась мне легко, я преуспевал как в гуманитарных, так и в точных науках, однако ни к чему особенно не тяготел, и если бы меня спросили, кем я хочу стать, когда вырасту, то я бы не смог ответить на этот вопрос. Я точно знал, что не хочу всю жизнь просиживать в офисе, как моя мать, экономика и юриспруденция навевали на меня скуку, а в технике я не разбирался совершенно, и никогда бы не смог работать инженером, коим был отец. За неимением других примеров для подражания, я решил отложить выбор до лучших времен. Оливия к тому времени уже была совсем взрослой и, хоть и не съезжала пока от родителей, но уже сама зарабатывала себе на жизнь, присоединившись к небольшой компании тату-мастеров. Мне нравилось то, чем она занимается, и я с радостью помогал ей оттачивать свои навыки, подставляя то один бок, то другой, заговорщически скрывая тату от родителей и радуясь, что у меня такая классная сестра. Разумеется, они вскоре об этом узнали, и ей серьезно влетело, чуть ли не первый раз за все время, что я помню, но вскоре их пыл остыл и они только качали головой, говоря, что когда-нибудь я пожалею об этом. В любом случае, какое-то время я тоже подумывал о том, чтобы пойти по ее стопам, или всерьез заняться музыкой, подняв любительскую игру на ударных на новый уровень и попробовать построить на этом карьеру, но очень быстро отмел все эти глупости и решил плыть по течению. В глубине души я надеялся, что, как только мне стукнет 15, в первое же полнолуние случится заветное обращение.
День рождения прошел, прошло первое полнолуние, за ним второе и третье, но ничего не происходило. Накрученный собственными переживаниями, я чувствовал, что это вот-вот должно произойти, и что волк внутри меня уже не может дождаться, когда выйдет на свободу. Я ни на минуту не допускал возможности, что что-то может пойти не так, я чувствовал его, однако этого было мало, и каждый раз я оставался таким же обычным подростком, как и год назад. Подобное бестолковое ожидание отнюдь не способствовало поднятию настроения, и я ходил взвинченный и невыносимый, характер мой совсем испортился. Хуже всего было то, что я срывался на близких, хотя они не были виноваты в том, что происходит. Спустя год бесплодных попыток обратиться, отец свел меня с Бойдом. Это был парень, на год младше меня, и в школе я никогда прежде не обращал на него внимания, он казался мне тихоней. Его родители иногда приходили к нам в гости, но никогда не брали его с собой, так что у нас даже не было возможности познакомиться, а учились мы в разных классах. Они были оборотнями, так же, как мой отец, и Бойд не так давно прошел обращение. Не знаю, подружились бы мы, не познакомь нас родители, но при более близком общении он оказался совсем не таким скучным парнем, каким выглядел на первый взгляд. Да, он старался угодить родителям, и был настолько мозговитым, что иногда я его не понимал, но в нем угадывался тот дух бунтарства, что вел меня по жизни, и мы очень скоро подружились. С его приходом дни ожидания стали переноситься легче, и вскоре у меня случилось первое обращение.
На тот момент мне уже исполнилось 16, это была прохладная осенняя ночь, и я не столько ждал, когда взойдет луна, сколько наслаждался запахом палой листвы, удобно расположившись на заднем дворе. Я привык к ожиданию, оно меня больше не тяготило, и я не вздрагивал от малейшего звука в напряжении, но на этот раз все было по-другому. Я знал, что это произойдет сегодня. Сначала я увидел, как мои конечности начинают видоизменяться, а потом только ощутил эту дикую, выворачивающую боль. Помню, как изумленно уставился на меня отец, словно силясь поверить в происходящее, а в следующую секунду я провалился в беспамятство. 
Мир для меня преобразился. Я, наконец, ощущал в себе силу, видел смысл жизни, чувствовал себя на своем месте. Несмотря на всю ту боль и неудобства, что причиняло обращение, оно было для меня благословением. Я поговорил с Бойдом и вкратце разъяснил ситуацию с семьей и их беспокойством насчет стаи, предполагая, что вскоре мне придется покинуть Аркхем, в ответ же он предложил мне попробовать присоединиться к ним, к стае Тренч, и я без раздумий согласился.

Внешность
Цвет глаз: голубой
Цвет волос:брюнет
Рост: 6' 1"
Отличительные черты: множество разрозненных татуировок по всему телу: надписи, черепа, цветы, кое-где набит только контур, где-то давно необходимо провести коррекцию, но все они дороги Мэлу и каждая имеет для него особое значение. Также имеются небольшие туннели в ушах и пирсинг языка.
Используемая внешность: Ash Stymest
Умения
Неплохо рисует и пишет, играет на барабанах, умеет водить машину.

Дополнительно
Мэл носит татуировки, потому что хочет обратить на себя внимание и показать, что он - не такой как все. Осознаёт ли он это? Может быть, но думать об этом в таком ключе ему не нравится. Он редко жалеет о сделанном, принимая и любя себя таким, какой есть. Уверен в себе, и не только потому, что за ним стоит его семья и друзья, а потому, что не боится остаться один. Он не гнушается работы, терпелив и упорен в достижении своих целей, однако не может похвастаться терпением в отношении сиюминутных желаний. К окружающим относится с любопытством, считая, что за каждым может стоять разносторонняя и глубокая личность, но если видит в человеке что-то, что ему не нравится, то быстро теряет интерес и начинает относиться предвзято. На плохое к себе отношение всегда реагирует негативно, не давая себя в обиду, и после долгое время помнит о проявленной антипатии. Терпеть не может делать что-то "из-под палки", сделает хорошо только то дело, в котором сам заинтересован. Не лишён гибкости в общении с людьми, и если хочет добиться хорошего к себе отношения, то может вести себя крайне дружелюбно, располагая к себе. Если ему что-то не нравится, то говорит об этом сразу, не ожидая, пока спросят его мнение, из-за чего нередко провоцирует конфликты. Стремится к тому, чтобы последнее слово было за ним, упрямо настаивает на своём, редко признавая ошибки. Имеет привычку напевать себе под нос, находясь в хорошем настроении, иногда может не отвечать в ответ на обращенные к нему слова, потому что он задумался или ему просто неохота. Считает, что в мире нет ничего лучше сна, сам засыпает и просыпается с трудом, никогда не бывает полностью выспавшимся и не знает понятия «добро утро». Не умеет готовить и вряд ли сумеет пожарить хотя бы яичницу. Очень быстро ходит, даже когда просто гуляет


ИНФОРМАЦИЯ ОБ ИГРОКЕ
Стиль игры: частота отписи в среднем - 2 поста в неделю, может быть реже или чаще, в зависимости от реала. В размере постов ориентируюсь на соигрока. Если устраивает темп игры, то не беру больше 1 эпизода.
Другие персонажи: нет.

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Mel Tucker (29-07-2019 10:03:22)

+4

2

Mel Tucker
Доброго вечера! Все отлично, только нужно уточнить одну вещь, а именно

Arkham Horror написал(а):

На молодых оборотней Луна начинает действовать примерно за сутки, более зрелые вервольфы способны сопротивляться влиянию Луны большую часть суток (т. е. они обратятся за несколько часов до полуночи).

то есть стоит понимать, что Мэл почувствовал бы, что трансформация будет происходить заранее (очевидно каким-то оборотнеческим зудом и мог бы даже обратиться чуть раньше), а не гадал бы каждый раз случится ли обращение в эту ночь или в другом месяце. То есть до восхода Луны он бы уже ощущал, что на этот раз что-то не так.

0

3

Все принятые анкеты переносятся в архив. В анкете необходимо оставить сообщение для ведения хронологии. По желанию можно добавить еще одно — для записи отношений, но это необязательно.

А вот темы, в которых обязательно нужно отметиться перед игрой:
занятые имена и фамилии;
используемые внешности;
сетка ролей (если интересующего вас заведения или должности в списке нет — ничего страшного; укажите там род занятий персонажа, а мы найдем, где это прописать); личные звания.

Это сообщение будет удалено после того, как вы отметитесь во всех перечисленных выше темах.

Если будут какие-то вопросы или что-то окажется непонятным — смело спрашивайте.

0


Вы здесь » Arkham » Сгоревшие рукописи » Мэл Такер, оборотень


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC