РЕСТАРТ"следуй за нами"

Arkham

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Arkham » Сгоревшие рукописи » empty walls


empty walls

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

http://sg.uploads.ru/2gGLP.png

Michael Cruijff & Niels Fontaine
26 ноября 2018 года, отель Golden Days


Но я все равно останусь твоим пленником, даже если приму венец короля (с)

+3

2

Стрелка брюк лежит неровно, и я поправляю ее тонкими длинными пальцами, прежде чем вновь закинуть одну ногу на другую. Телефон, лежащий на стеклянном столике возле кресла, в котором я расположился, молчал весь вечер. И мне бы радоваться – никаких забот, никаких проблем, которые доставляли члены клана в Европе. Никаких казусов или следов, которые надо было подчищать. Но не было ни удовольствия от собственной проделанной работы, ни облегченного безделья. Вся вселенная для меня сейчас дышала усталостью и пылью.
Проклятие времени, молчание телефона, которое было молчанием конкретного человека, голод, который стало невозможно утолить последнее время – все привело меня сюда. Стрелка часов противно дрожит при каждом шаге – я сижу в кресле и трясусь от злости. Кэмерон убегал, снова и на этот раз у меня больше не было желания или сил за ним гнаться. Если желаемое ускользнуло из пальцев, пока за спиной догорают остатки привычного, в какую сторону сделать последний рывок вопрос не стоит.
Болезненно напряженные пальцы упираются в переносицу, едва я чую его запах и слышу его шаги. Молодой вампир еще не научился пользоваться своими новыми способностями.
Конечно, мальчишка теперь мог ходить, где ему вздумается. Конечно, он теперь часть клана. Безусловно, я должен оберегать его, пока он осваивается. И я не испытывал к нему ненависти или агрессии – что мне за дело до молодого вампира, который еще вчера был пленником? Но смотря на него постоянно хотелось отвести взгляд, оказываясь с ним и августом хотелось поскорее решить вопросы и оставить их вдвоем. Мог ли это быть извращенный вариант ревности? Могло ли это значить, что я не мог простить Августу то, как легко он распоряжался мной, чтобы добиться этого мальчика? Он успел изрядно намозолить мне глаза, а одержимость Августа им сделала мою жизнь, подчиненной всей этой трагической и неправильной извращенной любви между человеческим мальчиком и старым обезумевшим вампиром. А я не хотел быть заложником этой ситуации.
Комната, где он нашел меня, была чем-то вроде нейтральной территории. Здесь Мы с Августом могли ужинать. Здесь же принимали важных гостей. Здесь же решали дела Кройфов. Сегодня я надеялся, он будет занят и не застанет меня здесь. Он и не застал.
- Его здесь нет. И я не знаю где он.
Предупредить возможные вопросы, потому что меньше всего я настроен на разговоры с ним. Перед глазами встает недавняя картина Кэма в собственной крови и зубы Нильса, впивающиеся в его плоть. Я не был впечатлительным, и эта картина тревожила меня не из-за своей жестокости, но это был тот момент, когда мое терпение и моя связь с Августом надорвалась.
Ощущения были новы и непривычны, поэтому, чтобы не обманываться и подтвердить их я вторую неделю провожу в уединении. Относительном, конечно.
Больше собственной возникшей внезапно неутолимой злости на обстоятельства я опасался безумия своего ближайшего соратника, которое могло захватить и мой разум.

+2

3

Одевайся строго, но не вычурно, ты же теперь вампир. Не выходи на солнце только без особой на то необходимости. Не привлекай внимание. Старайся быть таким как все.

Если просуммировать множество факторов, но в моей жизни ничего не поменялось, изменились только декорации. Будто те же самые актёры исполняют уже надоевшую всем до тошноты постановку с потрёпанными временем костюмами и спутавшимися париками, но какого-то чёрта местному художнику вздумалось вместо приевшихся взгляду декораций с особняком Фонтейнов нарисовать грязный подвал с застоявшимся воздухом. В жизни магов не меньше ограничений чем в повседневности вампиров, с поправкой на то, что меньше из них угрожают жизни и яркий свет небесного светила не пытается оставить на мертвенно бледной коже следы ожогов. Но даже они не сделали бы ещё уродливее худосочное тело, смотреть на которое в зеркало без неприязни и гримасы отвращения я так и не научился.

Отныне на двери не весел стальной засов, более того каждый из номеров, будь до скромная комната для одного или роскошные апартаменты с кроватью с бархатным балдахином, мог стать моим, нужно лишь пожелать, но ощущение запретности не покидает. Однажды накинутый купол сдерживает от непозволительного любопытства, останавливает навязчивое желание забраться в самые дальние углы в поисках ответов на интересующие вопросы.

Но какой смысл нырять с головой в ветхие книги, дышать пылью старой библиотеки, если живая энциклопедия маячит перед глазами каждый день?

Микаэль пугает. Пробирает до предательской дрожи в коленках. Впрочем, если вспомнить первое впечатление от Августа, то можно предположить, что этот навык появляется у всех обращённых стоит им перешагнуть какой-то рубеж своей вечной жизни. Создание, вокруг которого так много вопросов, главный из которых – что связывает его и Кэмерона, но спросить до сих пор я не решился. Каждый раз, стоит мысли задать его промелькнуть в голове, во рту пересыхает и язык прилипает к нёбу, чувствуя вкус тёплой, металлической крови брата.

Падение вниз, смыть ужас, которого мне не удастся никогда. Потрясение, с которым придётся жать. Оголодать настолько, чтобы вцепиться в горло самому близкому из живых людей, а затем постыдно разреветься от давящего на грудь чувства вины перед ним, с ужасом признаваясь, что с каждым днём человеческого во мне остаётся всё меньше и меньше. И если в этот  раз сильные руки успели оттащить вовремя, не дав случится непоправимому, то в следующий может так не повезти.

Я слишком долго стою напротив уже знакомой двери и дёргаю пуговицу на манжете рубашки, прокручивая её по часовой стрелке пока не отрываю с концами, делаю глубокий вдох скорее по привычке, чтобы привести нервы в лживо спокойное состояние, нежели потому что мне это действительно нужно, и решаюсь на последний рывок, не разбрасываясь на раздражающий стук.

- Я не его искал,   - не требуя уточнения о ком идёт речь, оба мы прекрасно знаем, весьма бойко для новообращённого, у которого только-только прорезался голос парирую, - а хотел поговорить именно с тобой.

Секунда уверенности, вслед за которой возвращается этот отягчающий страх, а ноги наливаются свинцом – без приглашения присесть в кресло напротив не могу ступить и шагу.

+2

4

Что тебе нужно от меня?
Наконец посмотреть на него – холодно и оценивающе, как не смотрел на него, даже когда он был в клетке. Выжидать, проверяя его самообладание, в глубине предполагаемой души надеясь, что он не выдержит и сбежит. Пальцы, прижатые к виску, едва заметно подрагивают от напряжения. Ищу в нем сходство с Кэмероном и не нахожу, хотя некоторые черты лица могли бы сойти за родственные. Разглядываю, как объект, неестественно склонив голову на бок. Намеренно не добираясь до глаз, обводить взглядом худощавую фигуру, окончательно лишенную жизни, хоть и наполненную теперь силой. Так проходит несколько минут, каждую из которых отсчитывает треск минутной стрелки часов – громкий на фоне нашего молчания и одновременно незаметный, встроенный в комнату на уровне пространственного кода.
Испуганный и растерянный, но пытающийся делать вид, что все нормально. Я почти наверняка знал, что он может испытывать в связи с обращением, хотя сам пережил его поразительно спокойно. Правда, я не кусал своего брата, точнее – не пользовался тем, что он захотел накормить; точнее – не пользовался влюбленным в меня братом, чтобы утолить зверский голод. Но я делал много других вещей, гораздо хуже этих семейных разборок, в которых и заинтересован только благодаря одному глупому подростку.
Что тебе нужно?
Наконец добраться взглядом серых глаз до его карих. Что он хочет услышать? Уж не рассказ же о том, что ему теперь делать с его жизнью. И не истории про Августа.
Хотя, отбросив не прошеные сантименты, стоит признать, что мальчишка очень хорошо держится, отказываясь от пищи. Пожалуй, из него могло получиться что-то толковое. Но это не мое дело. Все это – не мое дело и не моя проблема. Больше нет. Нильс теперь вампир и достиг с Августом того вида согласия, какой был вообще возможен. Август получил то, что хотел и стал относительно спокойнее. Кэм больше не объект моего внимания, а значит – стоит обратить его в другую сторону.
От того, что эти мысли копаются скорее во мне, чем я в них, мозг начинал уставать. Непродуктивные размышления ощущались болью практически на физическом уровне, и я был крайне благодарен своему самообладанию, что они еще не съели меня целиком. Мне нужна была задача для решения, чтобы я мог на нее отвлечься. Отчего то вспомнился юг Германии и особняк, в котором я пожил когда-то хорошо лет пять. Дивные времена.
- Ты теперь можешь сам взять все, что захочешь, я тебе не нужен.
Отвести взгляд только сейчас, потеряв интерес, возможно, это и сработало бы, выдержи я паузу побольше, но в голове на фоне тягучих мыслей все же мелькает любопытство, призванное скорее сравнить реальный расклад дел с предполагаемым: я ставлю на то, что ему хочется спросить о клане.
Острый подбородок все же кивает на кресло напротив.
- Но я всегда к услугам нового члена клана.
В голосе – только холод и скрежет.

+2

5

Это не мой дом. Не безопасное для меня место. Не те стены, в которых я могу почувствовать себя защищённым.

Стать частью клана и ощутить сполна свою неуязвимость – не одно и тоже. Как лизнувшая берег волна прилива, которая скрылась обратно в безграничном океане, она забрала часть тревог, унеся их в глубину солёных вод, но оставила на песчаной косе мокрый след. Больше я не боюсь Августа, не теперь, когда тот отчётливо дал понять, что может забрать мою жизнь в любой момент, стоит ему этого захотеть, но будущего, завешенного непроходимой тьмой, в которой нет ничего, боюсь до ледяного удушья. Мечты, пусть и жалкие, такие никчёмные, рассыпались в стеклянную труху и убегают сквозь пальцы, не задерживаясь надолго в ладонях, но оставляя крошечные порезы на коже.

Ловлю на себе испытующий взгляд, будто спрашивающий «чего тебе?». Хотя Микаэль никогда бы так не спросил, его слова отчётливые и мягкие, дарящие иллюзию доверия, но не оставляющие ни единого сомнения в том, что он – не тот человек, к которому лучше обращаться за помощью. Однако я знаю, что на закрученные в спираль вопросы в моей голове ответ знает только он, мысли Августа слишком туманны, чтобы помнить такие незначительные детали, какие я хочу узнать, например, почему именно я? Какая цепочка событий сложилась в единую длинную ленту, которая привела глупого мальчишку к этому моменту – мгновению, когда я вынужден топтаться у захлопнувшейся за моей спиной двери переминаясь с ноги на ногу и чувствовать себя виноватым за то, что хочу знать правду, попытаться разобраться с тем, какой выбор теперь для меня существует. И есть ли выбор вообще, или этими пропахшими напыщенностью стенами теперь ограничивается моя жизнь? Та же клетка, что и подвал, только чуть побольше и наполированная до блеска.

Во рту неприятно сухо, шумно сглатываю, осмелившись подойти ближе и сесть в скользкое кресло с кожаной обивкой, но руки мои всё так же покорно опущены вниз и лежат на коленях, будто ответ предстоит держать перед строгим учителем или директором школы, пряча виноватые глаза.

- Вы… С Кэмом…? – и толку от того, что я произносил этот вопрос про себя бесчисленное множество раз, если в самый ответственный момент голос всё равно робко дрожит и ломается. Спустя глубокий вдох только появляются силы закончить мысль: - С ним всё в порядке?

Но даже это не отображает и сотой доли того, что чувствую. Как сильно переживаю. Как ненавижу себя за ту слабость, которой позволил прорваться из-под натянутой оболочки самоуверенности в собственных силах и стальной надежды, что сдерживать инстинкты получится вопреки сложившимся веками законам.

В итоге я такой же? как и все, слабый, напуганный, заглушающий жажду внутри в слепой надежде, что меня минует проклятье стать заложником аморальных желаний, ставших частью моей новой жизни.

- Почему я? – слетает, наконец, само собой с губ вопрос, который мучает слишком давно. Не обращаю внимание на острое недовольство в его голосе, которое царапает кожу, впивается под ногти. Терплю, потому что уверен наверняка, что он знает ответы, знает больше, чем показывает на самом деле, и делает гораздо более значимые вещи, чем положено правой руке клана. В его цепкой хватке сжата власть, хотя и прикрывается вампир чужой личиной, продолжает изо дня в день подыгрывать представлению, в котором он всего лишь слуга. Я достаточно не глуп, чтобы понять это ещё с тех пор, как сидел по ту сторону металлической двери и ел с ладони, которая кормила, с его руки, приносящей объедки со стола, лишь бы будучи пленником я не умер раньше чем надоем Августу.

Увы, так и не наскучил даже спустя почти целый год.

+2


Вы здесь » Arkham » Сгоревшие рукописи » empty walls


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC