РЕСТАРТ"следуй за нами"

Arkham

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Arkham » Аркхемская история » coffee-break


coffee-break

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

http://s3.uploads.ru/1U5kt.png

Floris van der Bour & Niels Fontaine
29 октября, 2018, утро, кофейня в Аркхеме


Я вас не ждал, идите нахуй (с)

Отредактировано Niels Fontaine (03-04-2019 19:19:31)

+1

2

Флорис честно пытался жить как обычно, но получалось плохо.
И он бы соврал, если бы сказал, что дело было только в тм ритуале, что над ним сотворили бывшая и сын, хотя конечно это было самым началом и, пожалуй, основополагающим моментом, после которого жизнь Флориса пошла как-то по пизде. Не то чтобы до этого она ползла куда-то выше сего органа, но впервые в жизни Флорис действительно считал, что у него все плохо. Прямо - действительно плохо. Он был не самым любимым ребенком - зато ему все равно давали все, чего он хотел, при этом не требуя ничего взамен. Он вылетел из универа - зато появилось время на творчество. Он чертов наркоман - зато нескучно. На любую прежнюю жизненную проблему находилось какое-нибудь "но", после которого все казалось не таким уж стремным, не таким безнадежным, не таким...Депрессивным. Раньше Фло знал только кокаиновую депрессию, избавляться от которой умел легко и просо - просто принимал еще дозу. Где достать дозу, которая помогла бы в его нынешней ситуации он не знал, как не знал и какое "но" придумать, чтобы собственная жизнь не казалась такой мрачной.
А мрак Флорис теперь чувствовал повсюду: тот незаметно подкрадывался со спины каждый аз, когда Фло терял бдительность. Из-за чего ему надо было быть бдительным? Он не знал. Знал только, что тревожное чувство в душе надо поддерживать, потому что стоит ему пропасть, стоит только дать себе успокоиться - как мрак снова здесь. Наркотики успешно выстраивали барьер между ним и всем, что с ним не_происходило на том ритуале, но барьер этот был весьма хрупок. Он не защищал его ни от чего, лишь прикрывал первоначальное уродство тех воспоминаний и ощущений. Только благодаря этому покрову Флорису удавалось не кричать Во всяком случае, он не кричал, пока бодрствовал, а Кола по утрам на крики не жаловался.
Кола. Кола был второй причиной, по которой жизнь не шла как надо. Кола был странным. Колы всегда было много, слишком много и он был абсолютно везде, несмотря на то, что жили они вместе всего ничего. Флорис даже начина подозревать,что у Колы есть феноменальная способность переключать внимание всего живого а себя в радиусе пары километров. С Фло, во всяком случае, это работало отменно.
Сегодня вот он растолкал ему утром, пихнул в руку двадцатку и попросил сходить за кофе. "Попросил" - это, конечно, сильно сказано, скорее бросил что-то типа "за кофе сбегай, ага". Потом хлопнула дверь ванной - он вообще мылся очень часто, Флорис боялся представить, какой там в конце месяца придет счет на воду. Флорис и пошел. Почему бы не пойти, если денег дали явно на два стакана, а хорошего кофе он не пил уже кучу времени?
Уже в кофейне он вспоминает, что понятия не имеет, какой кофе пьет Кола. Как и его настоящего имени еще, например. Или рода деятельности. Он вообще старался не думать, знает ли о нем хоть что-нибудь кроме этой то ли клички, о ли псевдонима - боялся схватить паранойю.  На смски парень не отвечает - видать все еще отмокает, так что Флорис решает взять на свой вкус.
-Два флет вайта пожалуйста...Или стоп, лучше раф. Медовый. Два. Оба. Да, - Фло выкладывает на прилавок двадцатку - и печеньку. Одну.
-Для кого? - роботоподобным голосом спрашивает парень, поднося к стакану фломастер.
-Для Флориса. Ф-л-о-р-и-с, - по буквам диктует он - и Колы.
-Колы?
-Ага.
-Как напиток?
-К несчастью, Вы правы, - натянуто улыбаясь отвечает Флорис. В прежние времена он бы и не думал смутиться, но сейчас...Сейчас он предпочел бы иметь имя попроще. И соседа тоже.
Заказ отдают довольно быстро. Флориса обзывают-таки Флорой, но не то чтобы он этому удивляется. Он бы скорее удивился, если бы имя написали верно.
Он запихивает печеньку в рот и подхватывает подставку со стаканами. Печенька вкусная. Нильс грустный.
Стоп, Нильс?
Кудрявую макушку он признает как-то не сразу, а во бесконечно грустное лицо сына - мгновенно. Таких грустных детей не каждый день встретишь.
Сердце пропускает неприятный рваный удар - словно бы кто-то дернул за него изнутри.
Печенька, размокая, ломается и выпадает изо рта.
Флорис отгоняет мысль, что появление сына становится все больше и больше похоже на пробежавшую черную кошку.
-Милашка-кудряшка, - он кивает сыну. Ну не бежать же ему от него с криками, да? Тем более что он его не боится. С чего бы?
Все плохое, что он мог с ним сделать, он уже сделал, вряд ли он способен на большее.
[nick]Floris van der Bour[/nick][status]не могу курить яйца[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2SpRG.gif[/icon][lz]<b>NPC <a href="https://arkhamhorror.ru/viewtopic.php?id=375#p81738">Флорис ван де Бур, 33</a>.</b> человек, пророк культа "Самого Дагона Сын", писатель-тунеядец с вредными пристрастиями и внезапным сынкой-корзинкой[/lz]

Отредактировано акулья нежность (02-04-2019 10:27:47)

+4

3

Нильс даже не сомневался, что после такого сумбурного знакомства с отцом он не воспылает к нему любовью и вряд ли захочет посещать семейные ужины, на которых Маргарет была обязательным гостем. Тем более он не пригласит его на воскресное барбекю и дорожку кокаина, которую можно втянуть в ноздрю через скрученную в трубочку десятидолларовую купюру. Памятуя как трясся Флорис, покидая дом Фонтейнов, и стоял согнувшись пополам под любимым кустом сирени Мегги, не то пытаясь переварить всё, не то желая выблевать пережитое как можно быстрее, удивительно, что на них до сих пор не посыпались проклятья. Впрочем, здравый смысл вряд ли позволил ему пытаться встревать в конфликт с магами, которые уже раскорчевали его сознание, располосовали глубокими бороздами, изуродовали.

Ему жаль. Нил не устанет это повторять снова и снова, только никто его не услышит, увы.

Матери на это глубоко плевать, а номер Флориса, который он подсмотрел у неё в телефоне, уже неоднократно появлялся на экране его телефона, однако от затеи позвонить ему мальчишка отмахивался как от надоедливой, жужжащей над самым ухом мухи. В его голове нет подходящих слов, которые бы помогли залечит чужие раны, и по себе он прекрасно знал, как это паршиво, как это паршиво – когда пытаешься отстроить с нуля свою покалеченную жизнь, собрать уцелевшие кирпичи и возвести из них новую стену, которая защитит, а тебя то и дело отвлекают.

Ему нужно время – убеждает юноша самого себя, всё же позволяя одинокому угольку надежды в груди медленно тлеть, не тушит в себе веру, что однажды они поговорят вновь и быть может Фло потреплет его по непослушным кудрям, как это обычно и делают любящие отцы.

Звучит жалко, не правда ли? Но у каждого должна быть мечта, а Нильсу всегда хотелось найти своего отца и стать с ним ближе.

Вопреки ожиданиям, которые были не высоки, юному магу стало действительно лучше. Лицо его всё так же печально и выглядит уставшим, но воспоминания, точнее ощущения от воспоминаний, не роняют его каждый раз, всплывая в голове, вниз, будто скрипучая кибитка американских горок медленно поднимающаяся вверх наконец преодолевает пиковую точку и срывается, делает петлю, переворачивая всё с ног на голову. Аккуратная брошка-бабочка сидит то на груди, то на воротничке рубашки.

Сумка на плече подсказывает, что Нильс только выпутался из нудного плена уроков, он подтягивает выше лямку и легко толкает плечом дверь кофейни, улыбаясь тихому звону колокольчика, который оповещает о новом посетителе. Девушка на кассе приветливо кивает, выдувает яркий розовый пузырь из жвачки, такой же пёстрый в осенней серости как и яркая прядь волос в её волосах. Ей скучно, а вот Нильсу теперь нет – он узнает и этот взгляд, и пышную копну волос, лежащую в безумном беспорядке, знает по себе, что усмирить её практически невозможно. Знает голос, от которого хочется провалиться сквозь землю.

- Флорис, - учтиво улыбается и поджимает напряжённо губы.

Тыквенный сезонный латте, ради которого он сделал круг в два квартала, больше не кажется таким заманчивым. Его любимая сезонная новинка, которая теперь наверняка встанет поперёк горла, если он сделает несколько глотков.

- Я пойду в другое место, - он нервничает, это видно и по бегающему взгляду, который не знает за что уцепиться, и по чуть дрожащим пальцам, которыми он дёргает нить на манжете рукава. Так не должно быть, ему неловко, но с другой стороны если бы Флорис не хотел начать этот разговор, то он мог бы просто пройти мимо.

+2

4

Флорис с радостью отмечает, что его колени не трясутся. Не сказать, что он чувствует себя очень хорошо и комфортно, но собственное тело хотя бы больше его не поводит. Было бы неловко так безбожно всрать деньги Колы и уронить стаканы.
На Нильса он не злился. Не то чтобы он не злился совсем - какой-то неопознанный комок агрессии в нем циркулировал, провоцируя раскачивание эмоциональных качелей, било которыми по глове теперь Колу, ибо он был единственным, с кем Флорис в настоящее время хоть как-то контактировал. Он не злился на Мэгги, не злился даже на того вампира, о котором ничего не знал, он просто...злился. Возможно, на судьбу, которая все это строила. На мироздание. На бога, в которого толком не верил, но если он все-таки есть, то он, бля, должен был позаботиться о том, чтобы этого не произошло. Самым правильным ответом ощущалось на никого. Никто не останови Мэгги. Никто не подтолкнул Нильса к тому, чтобы остановить ритуал. Никто не спас Нильса вовремя. Никто не отвернул от него все это похищение, все те муки, что он испытал. Никто не был виноват, что так получилось. На никого Флорис и злился.
И тем не менее, с Нильсом контактировать не слишком-то хотелось - это было слишком тяжело, слишком больно. Нильс, как ни крути, был источником всего ужаса, что сейчас творился в душе ван де Бура. Из-за сына он стал таким, из-за сына он забыл, каким был раньше. Он не стал его за это ненавидеть, но прекрасно понимал, что одно его лицо вернет в его начавшую затуманиваться под практически постоянным действием наркотиков память все те жуткие размытые образы.
Но разумеется у вселенной был совершенно другой план. Кто бы удивился.
Аркхем, в конце концов, маленький город. Вполне допустимо, чо им нравится одна и та же кофейня. Может они даже не первый раз тут встречаются, просто раньше никто из них не знал, что видит близкого родственника, а потому и внимания не обращал. Ну, теперь вот ратили. Дальше что?
Фло правда нервничает. Он не знает, что сказать. Извиниться? Да вроде бы и не за что. Наорать? Да тоже как-то не тянет. Спросить как дела? Да, это идея неплохая. Если дела у Нильса идут хорошо, то весь этот ритуал хотя бы прошел не зря.
-Да брось ты, - Флорис закатывает глаза - каким отцом я бы был, если бы не позволил сыну купить хороший кофе?
Опять это странное слово. Отец. Флорис и не думал толком о своем отцовстве после того дня, но сейчас вдруг понял, что все еще не знает, что стоит вкладывать в это слово. Оно было тяжелым, громоздким и сильным. Флорис таким никогда не был. Оно словно содержало в себе какую-то мудрость, какие-то знания, что можно и нужно было передать потомкам. Флорис ничего такого не знал, у него даже образования высшего не было.
Действительно, каким тогда он был, есть и будет отцом? То, что он уже для него сделал, характеризует его как хорошего отца? Или на такое способен кто-то еще? Да ладно, Флорис прекрасно знает, что вряд ли бы согласился, знай он всю правду. Кичиться тут было нечем. Он встает в очередь рядом с сыном - печеньку, правда, жалко.
Ну, Кола наверняка не знает, сколько именно стоит кофе, да? И если бы ему надо было срочно - он бы сам пошел, а не Флориса бы отправил. Ничего, подождет, наверняка все еще в ванной отмокает.
-Как делишки? - спрашивает он и, подхватив стакан с кофе двумя пальцами, делает глоток. Пить сейчас не очень хочется, а вот занять руки чем-то очень надо. Он нервничает. Он волнуется. Нильс не опасен, Нильс не страшный, но Флорис просто не может вести себя спокойно рядом с ним, хоть и очень старается - ты...еще в школе или уже...ну, где там умные мальчики оказываются после школы?
[nick]Floris van der Bour[/nick][status]не могу курить яйца[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2SpRG.gif[/icon][lz]<b>NPC <a href="https://arkhamhorror.ru/viewtopic.php?id=375#p81738">Флорис ван де Бур, 33</a>.</b> человек, пророк культа "Самого Дагона Сын", писатель-тунеядец с вредными пристрастиями и внезапным сынкой-корзинкой[/lz]

Отредактировано Berthold Ackermann (04-04-2019 23:07:12)

+2

5

Аркхем – слишком небольшой город. Если для целого мира работало правило семи рукопожатий, через которые ты можешь познакомиться с человеком, то в этом захолустье хорошо если два или три свяжут тебя с человеком. Вероятнее всего, вы уже знакомы, ходите в один магазин, ездите в электричке на работу или покупаете одежду в том же сэконд-хэнде, просто не пересекаетесь взглядами, боясь показаться чудаком или сталкером. Встреча с Флорисом была лишь вопросом времени, к тому же не так много людей может похвастаться такой выдающейся причёской и лучезарной улыбкой.

Увы, от последнего на его осунувшемся лице не осталось и следа.

Чувство вины он опять выдыхает судорожно, тяжело, чувствуя свою ответственность за это. Будто кто-то провёл ладонью по его губам и навсегда забрал эту беспечную лёгкость, что ощущалась в нём в день их знакомства. Человек, привыкший жить ради себя и следовать только своим правилам, ничем не обременённый кроме своего таланта, который заставляет его снова и снова прыгать выше головы. И вот в его жизни появилось «мы» - он и первенец, о существовании которого ван де Бур даже не догадывался, но частью жизни которого так стремительно стал.

Он этого не хотел, но ему пришлось проглотить горький ком правды, пропустить через себя как через решето кусочек истории, знать который не хотел бы даже самый злоязычный враг.

Сколько потребуется времени, чтобы всё забыть? Сколько ещё таких шансов, чтобы попытаться наладить отношения с отцом?

Слишком громкое слово для человека, который сам по сути ещё ребёнок – его речь неграмотная, внешний вид неопрятен, словно стаканчик кофе в руках призван воскресить его после бессонной ночи и поставить на ноги, а до этого он часы напролёт стаптывал ноги на танцполе. И Нильс его не осуждает, каждый по-своему справляется со стрессом, он даже рад, что видит его как минимум в здравии, а не приглашён на опознание тела с пометкой «умер вследствие передозировки». Интересно, рассказал ли Флорис своей семье, что он счастливый папаша совершеннолетнего сына?

Нил ловит себя на мысли, что ему было бы интересно познакомиться с этими людьми, понять такие же они чокнутые как и Фонтейны или хотя бы со стороны отца ему улыбается перспектива чистого и светлого будущего, но живое доказательство того, что ебанутость – это обоюдная наследственность, прямо сейчас стоит напротив, а между ними раскрошенная печенька и шоколадная крошка.

- Ну… ладно, - всё же ещё немного помявшись соглашается мальчишка и заказывает себе тыквенный капучино, вкус которого запомнил слишком отчётливо.

Если бы между заказом и тёплым бумажным стаканчиком в руках не было паузы, молчаливого напряжённого ожидания, то он ушёл бы так быстро как это возможно, но замять чем-то тишину не получается. Только вежливый разговор.

- Я учусь в школе, - быстро отвечает, выпалив на одном дыхании, - навёрстываю год, который… - и вот он неловкий момент, когда сказал больше, чем хотел, - пропустил.

«Да, пропустил. Звучит неплохо», - заключает в уме, кивая самому себе. Лучше, чем «просидел в грёбаном подвале, пока меня насиловали каждый день», но Флорис и так в курсе. Он знает слишком много, даже то, чего не должен был никогда узнать, если бы не решился почти два десятка лет назад переспать с женщиной заметно старше его.

- Я хочу быть врачом, - зачем-то развивает подхваченную нить разговора, но не смотрит молодому мужчине в глаза. Просто не готов к этому. Ему бесконечно совестно за то, что его личное душевное спокойствие напрямую сопряжено с вывернутой наизнанку душой человека, который ещё неделю назад ничего о нём не знал и был силком и угрозами втянут в это, - Мне кажется, мои магические способности в этом неплохо пригодятся.

Отредактировано Niels Fontaine (04-04-2019 15:55:13)

+2

6

Он вздрагивает на слове "пропустил", но пытается маскировать это, снова поднося к губам стаканчик. Пропустил. Хорошее слово. Очень нейтральное. Только у Флориса все похолодело внутри прежде, чем он договорил.
Значит, целый год. Вот сколько времени Нильс переживал весь тот ужас, чо Фло ощущает на себе. Вот значит какой временной промежуток мук свалился на плечи ван де Бура за пару минут. Интересно, жалеть себя в такой ситуации слишком эгоистично или его все-таки можно понять?..
Выглядит Нильс как-то посвежее, чем во время первой их встречи. Не сказать, что прямо очень здоровым, но ритуал вно пошел ему на пользу. Ну, значит, не все было напрасно. Это должно успокаивать? Наверно должно. Но как-то не успокаивает.
Добродетель никогда не была сильной чертой Флориса. Нет, он был пацифистом, не переносил насилия, даже мяса не ел, но это совсем не тоже самое, что стать куском мяса для кого-то другого. Флорис всегда умел постоять за себя - не делом, но словами, не привык к тому, чтобы его использовали подобным образом и вообще...Нет, бесполезно думать о том. как это несправедливо было по отношению к нему. Эу стадию он уже прошел, надо начинать двигаться дальше.
Нильс вно тоже не слишком-то рад видеть отца, но не похоже, чо это потому что надеялся не встретить его уже никогда, да Флорис и с самого начала не сомневался, что ему правда жаль. Наверняка сейчас чувствует себя не в своей тарелке. Некомфортно. Но уж явно лучше, чем Флорис, во сне ощущающий незнакомое прикосновение ледяных пальцев к голому плечу.
Флорис слушает. Правда слушает. Пытается отделить в голове образ Нильса-жертвы от Нильса-который-позволил-этому-случиться и Нильса-сына.
Это так странно.
Еще месяц назад Флорис даже под самыми мощными грибами бы не подумал, что когда-нибудь будет стоять в кофейне рядом с сыном и обсуждать его планы на будущее. Перед уже взрослым, мать его, сыном. Флорис не был уверен, что сам уже успел повзрослеть, а тут...Нильс. Серьезный такой. Видно, что и правда все решил.
Еще и занятие выбрал не какое-нибудь, а вполне себе благородное. Престижное.
-Бабушка была бы в восторге, - вслух продолжает он мысль - она...- Фло почесал подбородок, раздумывая, как бы получше выразиться - ну знаешь, пятеро сыновей. Понятно, что кто-то должен остаться в бизнесе, но она никогда не думала, что четверо останутся, а пятый... - он указывает на себя и ухмыляется. Грустная история недолюбленного ребенка повисает в воздухе - Нильс и сам знает, что это такое, к чему Флорису все это пересказывать - словом, не удалось ей врача воспитать.
Думать о том, насколько они с мелким похожи даже забавно - одна непокорная шевелюра. Схожие черты лица. Дерьмовые матери и детство, полное разочарований и эмоциональных сложностей с родней. Интересно, у Нильса есть брат? Может, даже несколько? Уместно и будет спросить об этом?..
А теперь еще и воспоминания вот общие. Общая боль, в каком-то смысле.
-А ты ведь... - его осеняет  - полукровка, - и тут до него доходит, что это, возможно, значит что-то, чего он пока не понимает и он. несколько сконфуженно, добавляет - это что-то значит? Это наверно не очень хорошо, да?
Откровенно говор, силы Нильса и Мэгги были меньшим из всех зол, что случились с Флорисом. У него были проблемы посерьезнее, он, по правде сказать, даже не задумался ни разу о том, как все произошло тогда. О том, что произошло он думал постоянно. О последствиях - тоже. А вот о том, как - он думал сейчас впервые.
-Я ведь совсем ничего не знаю об этом мире. Ну, о твоем мире.
[nick]Floris van der Bour[/nick][status]не могу курить яйца[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2SpRG.gif[/icon][lz]<b>NPC <a href="https://arkhamhorror.ru/viewtopic.php?id=375#p81738">Флорис ван де Бур, 33</a>.</b> человек, пророк культа "Самого Дагона Сын", писатель-тунеядец с вредными пристрастиями и внезапным сынкой-корзинкой[/lz]

Отредактировано Berthold Ackermann (05-04-2019 11:21:26)

+2

7

Представить Флориса главой большой компании или важной шишкой было проблематично, если даже не сказать невозможно. Весь его внешний вид и в первую встречу был неопрятен, хотя Нильс про себя оценил его попытку влезть в костюм-футляр, но сразу было понятно, что это не ван де Бур. Слишком неподходящая ему обёртка, из которой хочется выпрыгнуть как можно быстрее. Сейчас же он будто стал собой, даже смазанная подводка и этот усталый шарм в осунувшемся лице ему шёл, будто вписывался в желаемое  представление показать себя миру таким.

Был в этом свой шарм, но неизвестно, сколько ещё времени должно пройти, чтобы мальчишка перестал себя винить за то, что по его прихоти Флориса искалечили внутри, перевернули весь его мир, заставив прожить за пару мгновений чужую жизнь. Отмоется ли он от этого ощущения? Сотрёт с себя грязь? Если бы Нильс знал, что может что-то сделать, то обязательно положил бы все свои силы на это, но увы, он не так талантлив как его старший брат и не пошёл по стопам дядюшки как Кэмерон.

В этом они с отцом тоже похожи – последние дети, которых оставили скорее из жалости, нежели возлагая на них действительно большие надежды. Перед ними ещё очередь из желающих прыгнуть выше головы, чтобы доказать своё право на часть семейной истории, готовые отдать всё, чтобы попасть в хроники и их имя вознесли на пьедестал. В каждом его слове Нил узнаёт себя, и губы неосознанно кривятся в улыбке.

- Я понимаю, - тихо отзывается, ведёт плечом, подтягивая выше навязчиво сползающий вниз рюкзак, - Я третий сын и…- иногда слова режут, очень больно, но сказанные вслух они должны будто бы стать легче: - Не самый желанный. Скорее ошибка. Но ты и так в курсе.

Увы, легче не становится. Наоборот, ощущение собственной никчёмности только усиливается, а головоломка в голове постепенно складывается. Становится понятным, почему его поиски остановили слишком быстро, почему даже брат отчаялся его найти, так и не сумев ухватить магический след. Сработал естественный отбор, и Нильс его не прошёл. К чему так отчаянно Маргарет начала сражаться за его жизнь сейчас?

Он не задаёт вопросы, на которые не хочет услышать ответы.

Нил благодарен, что Флорис меняет тему разговора. Даже немного странно, что вещи, которые для него являются обыденностью, для простого человека тайна за семью замками, поделиться которой впрочем Фонтейн и не против. На самом деле правда куда ближе к людям, чем они догадываются, и случаев столкновения с магией становится всё больше и больше, но и ковен прикладывает не мало усилий, чтобы сохранять подобные инциденты в дети. Как бы сказал Элайджа, дилетанты, которые карабкаются туда, где им не место. Почему-то в голове это прозвучало именно голосом дядюшки.

- Не думаю, - честно признаётся, смотря ему в глаза снизу вверх, и пожимает плечами, - Может быть я слабее, чем чистокровные маги, не доводилось сравнивать.

Слова подбираются с трудом, и Нильс рад, что бариста называет его имя, выведенное размашистым неаккуратным подчерком на боку бумажного стаканчика. Забрав свой кофе, он вежливо благодарит улыбчивого парня (ну конечно, это же часть его работы) и возвращается к Флорису, который всё ещё не сбежал. Пометка «странный» рядом с его именем в небольшом списке знакомств Нила теперь уже прописана жирными буквами.

- А хочешь узнать? – неуверенно спрашивает, кивая головой в сторону свободного столика. В кофейне достаточно пусто, ещё несколько людей, в числе которых высокая девушка на тонких каблуках, громко обсуждающая дела по телефону, явно спешащая на очередное деловое совещание, и старик с собакой, вряд ли заинтересуются болтовнёй парочки, про отношения которой со стороны вряд ли скажешь что-то однозначное. Уж наверняка мысль, что они отец и сын, будет последней из многих, которые могут появится.

+1

8

Слышать от собственного сына, что он нежеланный странно.
То есть конечно Фло о нем не знал. Конечно Фло, в силу своей тогдашней юности и неопытности, не был бы в восторге от новости о скором отцовстве. Он и в двадцать не был готов им стать, а уж в пятнадцать...Он бы просто сбежал. Так далеко, что ни одна чертова ведьма его бы не отыскала. В 33 все воспринимается как-то...проще. Да и Нильс уже совсем большой - ему от отца и не надо ничего. Теперь не надо. Никаких тебе наставлений читать не надо, денег давать тоже. Флорису все еще, как и в 15, абсолютно нечего ему дать ни в каком из смыслов и значений этого слова. За эти 18 лет он не обогатился морально, не узнал какой-то тайн мироздания. Не разбогател, не прославился. Он вообще не сильно-то поменялся с тех пор, разве что на наркоте теперь сидел плотно, но это ведь сыну не передашь. Сознательное отцовство ему точно никогда не светило, но все же...
Нежеланный. Разве бы эта страшная женщина родила бы ребенка, если бы его не хотела? А если бы и родила - сожрала бы. Использовала для какого-нибудь ритуала. Вариантов-то масса.
Но она его оставила. Он ведь должен понимать, что не просто так? Он же понимает?
Хотя конечно не Флорису судить - он и сам знал, как это бывает. Вроде бы и ребенок-то ты желанный, только вот не такой, как надо. Недостаточно умный или красивый. Не того пола, не той ориентации. Слишком мягкий, слишком плаксивый, да и интересы у него странные. Словно бы подменили, это ведь не может быть твой ребенок. Твой ребенок совсем другой. О да, Флорис знал об этом все.
-Ох, это хорошо, - бодро отвечает Флорис. Словно бы начала себя чувствовать виноватым, будь иначе. Словно бы н сам мог как-то повлиять на то, кем родится Нильс и родится ли он вообще - а то вдруг тут в Гарри Поттере. Или в Гарри Поттере было не так? - они садятся за столик и Флорис постукивает пальцами по дереву, пытаясь вспомнить. Память последнее время вообще ни к черту. Он вообще стал замечать, что концентрироваться на чем-то стало очень тяжело и, вероятно, вполне справедливо валил все на наркотики и их разнообразие - а нет, не там. А где ж такое тогда было?..
Нет, он не вспомнит. Во всяком случае, не сейчас.
Следующий вопрос Нильса заставляет его замереть, нервно дернувшись.
Хочет ли?
То есть вот теперь он спрашивает?
Поспособствовав тому, чтобы куча размытой информации, обрывочных воспоминаний и самых ужасных эмоций он вдруг решил спросить, надо ли ему оно? Когда он уже узнал, хоть и блекло, каково это, когда тебя использует вампир. И когда так хорошо прочувствовал, каково это - когда тебя использует маг. Два мага. Вот теперь он решил у него спросить?
Воспоминания. что он так старательно отгонял, снова цепляются когтями за мозг, словно расчесывая его изнутри. Хочется запихнуть себе что-нибудь в ухо и выковырять их оттуда, залить там все бензином и поджечь, раздробить все перфоратором. Но он просто сует руку в карман, привычно доставая оттуда маленький пузырек. На этикетке значится какой-то лекарство от гриппа, которым Флорис болел кучу времени назад. Теперь внутри лежат более полезные таблетки. Интересно, ему хватит одной, чтобы мозг снова перешел в состояние желе и он не чувствовал ничего еще какое-то время? Такими дрожащими руками он Коле один стаканчик пустой принесет, еще и сам весь обольется.
-Я всегда думал, - он закидывает в рот таблетку и запивает ее - что это просто мои сны. Может, я даже хотел считать это своими снами. Но теперь, знаешь... - чья-то рука призрачно сжимает горло, он крепче хватается за стол, чтобы напомнить себе, что он здесь, а не где-то там и что никто на самом деле его не трогает - ух, - рука пропадает - словом, у меня ведь нет теперь выбора, да? Я уже стал частью всего этого. Жалко наверно это звучит из уст человека но что уж тут поделать, такой вот я. Жалкий. Бесполезный. Человек. Да? - он нервно усмехается и снова делает глоток.
[nick]Floris van der Bour[/nick][status]не могу курить яйца[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2SpRG.gif[/icon][lz]<b>NPC <a href="https://arkhamhorror.ru/viewtopic.php?id=375#p81738">Флорис ван де Бур, 33</a>.</b> человек, пророк культа "Самого Дагона Сын", писатель-тунеядец с вредными пристрастиями и внезапным сынкой-корзинкой[/lz]

+2

9

Несвоевременность – ещё одна отличительная черта Фонтейнов.

Уже втянув Флориса в ритуал, который не проводился несколько сотен лет, подведя к самому краю шаткой пристани и резко толкнув в спину, заставляя упасть плашмя в воду, которая тут же рассекает бока и лицо, Нильс только задумался узнать хочет ли он этого. Конечно, нет, и брать на себя ответственность за решение матери как минимум глупо, но чувство вины, будь оно проклято, снова и снова колет внутри. Будто под кожу загнали иголки, и каждое неловко движение заставляет острое тонкое лезвие впиваться в кожу.

Простые люди прикоснувшись к чему-то сверхъестественному, предпочитают делать ноги, бежать прочь не оборачиваясь, ускоряются, как только ледяное дыхание начинает щекотать затылок, кто-то незримый лижет пятки, но не Флорис. Слабоумие и отвага. Разумеется, Нил замечает и расширенные зрачки, и нервное постукивание подушечками пальцев по столу, словно у него ломка. Удивительно, что он ничего не украл из особняка Фонтейнов, а там было чем поживиться. Хотя в тот вечер вряд ли он об этом думал, скорее переживал за свою тонкую шкуру и как бы сохранить её целой и невредимой после того удара, который довелось стерпеть его рассудку.

Отчаянная голова Флорис, который подставляет руку с раскрытой пятерней пальцев в самое сердце огня, он лижет его ладони и обжигает, желая оставить на теле памятный след. Хотел бы Нильс быть таким же храбрым. Или чокнутым. Это смотря с какой стороны посмотреть.

Тихо шаркнув ножками стула по полу, мальчишка отодвигает его и садится напротив, повесив на спинку свой рюкзак, неосознанно тянется к броши на груди, но одёргивает себя, старается избавиться от этого уже ставшего привычкой жеста и сжимает в пальцах бока тёплого бумажного стаканчика.

- Нет, не в Гарри Поттере, - отнекивается юноша и качает отрицательно головой из стороны в сторону. Уж он знал наверняка изученную вдоль и поперёк историю магглов через призму взгляда юного волшебника, отмеченного волшебной палочкой самого Волан-де-Морта и сам провёл значимую часть своего детства, углубляясь в придуманный Роулинг мир. Жаль, что с действительностью совпадал он крайне редко, но впечатление, что писательница коснулась магического мира, тянулось вслед за ним на каждой прочитанной странице, - Выбрось это из головы. Я состою в магическом ковене по умолчанию как наследник семьи-основателя.

Слишком много незнакомых слов на одно предложение, да?

Мальчишка замялся и опустил голову вниз, сжимая стакан теперь уже двумя руками, будто пытаясь согреть их. Рывком поднёс к губам и сделал большой глоток, чувствуя вязкое тыквенное пюре на языке, чуть сладкое, даже приторно-медовое.

Если бы напряжение между ними можно было разрезать ножом на тонкие ломтики, стало бы гораздо легче идти на контакт, но увы, его даже невозможно потрогать. Но можно опустить руку на стол и коснуться запястья отца, осторожно улыбнуться, подняв на него глаза, немного печальные и виноватые. Это чувство вины теперь его неизменный спутник, боевая подруга, что шагает рука об руку по жизни.

- Я могу попытаться отгородить тебя от… этого, - нужное слово не находится в его достаточно богатом для восемнадцатилетки лексиконе. Говорит совершенно серьёзно, а брови выразительно сходятся над переносицей, чуть хмурится. Всё равно выглядит как ребёнок, но взгляд полон решимости, - Люди прекрасны. Ну я так считаю.

Немного подумав, всё же убирает руку и прячет ладонь в карман. Не хочет лишний раз напоминать Флорису о своей инвалидности, искалеченности. Неполноценности в отсутствии пальца.

Говорит дальше совершенно искренне: - Мой дар не принёс мне ничего хорошего, - вздыхает натужно, тут же добавляет: - Я хочу тебя защитить.

И не потому, что чувствует себя виноватым, нет.

Потому что благодарен за ту жертву, которую отец заплатил за него.

+1

10

Ну вы только посмотрите на этого очаровательного ребёнка.
Люди ему нравятся. Сказал так, словно бы они какие-то бабочки. Или котята. Всем нравятся же котята? Флорису нравятся черепашки, он даже подумывал завести одну, но они, говорят, воняют, а он теперь жил не один, а с Колой обсудить ещё не успел. Надо будет запомнить и обсудить. Черепашки прекрасны. Как люди. Наверно.
Прикосновения сына не то чтобы неприятны, просто...Как-то неуместны. Не то чтобы Флорис был сторонником хоть каких-либо норм приличий или правил, совсем нет, он мог себе позволить делать что угодно и когда угодно, ни за что не стал бы себя стесняться, да и вообще он был первый по безумствам...Раньше. Был. Сейчас ему просто неприятно, когда его трогают без разрешения. Ему и так все время кажется, что его кто-то трогает, а тут Нильс и этот их палец. Его, Нильса, палец конечно, но Флорис все ещё не совсем научился разделять его боль и свою, пускай и прекрасно понимал, что прожил он сам, а что - Нильс. Иногда он просыпался от кошмара и раскачивался на кровати, напоминая себе, что вырвался, что теперь его никто не обидит, что никто не сделает больно...А потом вспоминал, что никто его и не похищал. Не обижал и не делал больно, во всяком случае, не так, как ему казалось пару минут назад. Только вот легче от этого осознания не становилось, и Флорис не знал, станет ли. Думал даже к мозгоправу какому сходить, да только как это все объяснить? "Я помню не свои воспоминания, я чувствую не свою боль, а ещё меня насиловали, но на самом деле не меня". С другой стороны, рехаба лучше, чем комната с мягкими стенами ещё не изобрели. Да и вот уж где точно безопасно.
Интересно, у магов есть свои мозгоправы? Может, Нильс знает телефончик? Должен же он был как-то справляться со всем этим до того, как они провели тот ритуал.
Слава богу, Нильс убирает руку до того, как Флорис начинает нервничать очень уж заметно. Нет, по нему и так заметно конечно, он даже не сомневался, но показывать, что прикосновения мальчишки ему неприятны он не хотел. У парнишки и так проблемы с самооценкой и самоуважением, каким отцом он бы был...Боже, почему он вообще постоянно об этом думает? Нильс вон даже папой его не называет, а его это вполне устраивает. Никакой он ее отец. Так, кровный приятель постарше.
Отгородить..Он предлагает ему помочь отгородитьсч. Словно бы сам никогда не был напуганным ребенком, что боится монстра из шкафа, но при этом и глаза закрыть не может, чтобы не видеть, потому что знает, что так будет только страшнее. Флорис не хочет даже думать о том, чтобы теперь все забыть, чтобы остаться в темноте и даже не подозревать о том, что за углом может поджидать монстр. Возможно, даже тот же самый, что напал уже на Нильса. Неужели Нильс этого не понимает сам?
-Нет, - твердо говорит он - нет, -повторяет тут же.
Защитить. Он хочет его защитить. Господи, да как этот кроха, с вечно грустными глазами и уничтоженной душой, хочет защитить его.
Да ты сам себя защитить не можешь, Нильс. Господи, откуда в тебе эта бравада? Ты не должен быть таким сильным, не должен сейчас быть таким...Таким. Ты ведь умер там, я же знаю, я ведь все про тебя знаю. Я помню это. Я чувствую это. Мертвецу не защитить живого. Живой и не примет такой защиты.
-Спасибо конечно, но...Нет. Не знаю, что конкретно ты хочешь этим сказать, но надеюсь ты понимаешь, почему я не хочу даже знать. Об этом не хочу. Никто никогда меня не защищал, я сам... - мог - смогу. По правде сказать, я просто хочу снова нормально спать. А то...- сплю я теперь даже меньше, чем трахаюсь - тяжело это. Ну ты знаешь.
[nick]Floris van der Bour[/nick][status]не могу курить яйца[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2SpRG.gif[/icon][lz]<b>NPC <a href="https://arkhamhorror.ru/viewtopic.php?id=375#p81738">Флорис ван де Бур, 33</a>.</b> человек, пророк культа "Самого Дагона Сын", писатель-тунеядец с вредными пристрастиями и внезапным сынкой-корзинкой[/lz]

+2

11

Резкое, твёрдое, будто не терпящее оспорения «нет» врезается как заноза под ноготь. Нильса будто окатили ведром ледяной воды и вернули с небес на землю.

Помощь от самого себя он бы тоже не принял, зная, как исполосовался его образ продольными уродливыми шрамами, из которых сочилась только жалость и отвращение к самому себе. Теперь ими захлёбывался и Флорис. Зная, через что прошёл его сын, прочувствовав это каждой клеточкой тело, удивительно, что он вообще разговаривает с ним сейчас.

Он взлетел так высоко, воодушевлённый знакомством с отцом, и вот его окрепшие крылья подрезали. Ещё немного, и Нил разобьётся о твёрдую землю, того и глядишь свернёт себе шею.

Может быть, именно это ему и нужно?

Утопающий пытается помочь другому тонущему, схватить, а в итоге лишь давит на плечи и утаскивает вслед за собой на дно.

Сразу становится невыносимо стыдно, а желание уйти отсюда как можно скорее преобладать над всеми прочими. Будто побег от разговора когда-то что-то решал. Да и столик, который они заняли, очень уютно расположен в углу, будто уединённо от всех прочих, только разговор, увы, всё равно не клеится. Воздух в помещение будто выжгли, а то, что осталось, стало свинцово-тяжёлым, не насыщающим организм, и щиплет глаза. Или это детская обида ребёнка, который впервые за долгое время решил поступить правильно, по-взрослому, но даже этой возможности его лишили ещё в зародыше этой идеи.

- Я понимаю, - кивает Нильс, неосознанно втягивает голову в плечи, и бережно, будто осторожно ступая по минному полю добавляет: - Ты… Можешь спросить меня обо всём, что тебе будет интересно, но я не настаиваю.

Всё понимает, действительно всё. Если отец это лишь чувствовал, то Нил это пережил. Прожил каждый день, каждое мгновение, прочувствовал не только мыслями, но и физически. Что-то внутри его сломалось, и лишь в силу возраста сам он не разломался надвое целиком лишь потому, что смог прогнуться.

Шарм кофейни будто моментально утратил свой тёплый уют и спокойствие, мальчишка неловко ёрзает на месте и наивно ждёт повода уйти побыстрее. Что-то пошло не так, душевного соприкосновения и семейного единения не случилось, неосязаемая нить молчаливого понимания не возникла. Оно и не удивительно, люди идут к такому трепетному доверию годами, Флориса же буквально вынудили стать частью чего-то необъяснимого, и даже не спросили, хочет ли он этого. Готов ли он к этому?

Никакие слова не способны выразить благодарность, что переполняет сердце Нильса, поэтому он не придумывает ничего умнее, чем впиться взглядом в глянцевую крышку столика, в которой отражается усыпанный огоньками-гирляндами потолок, и судорожно поднести ко рту стаканчик с кофе, делая громкий глоток.

+1

12

Интересно.
Что ему вообще может быть интересно?
В голову навязчиво лезет сцена из чертовых Сумерек, с прыжками по деревьям, вырыванием пеньков и диалогом про волка с овечкой. Даже та сцена всегда казалась Флорису немного жутковатой, хоть сама Белла вампирчика своего не боялась. Белла, к слову была абсолютно права, учитывая, что в итоге ее так никто не поимел, а вот она поимела всю семейку Калленов.
Вот ей было интересно - что едят, где спят, как трахаются. Для нее это было сказкой, ставшей явью. Красивой фантазией из красивой книжки, воплотившейся в не менее красивом смазливом мальчике.
У них с Нильсом все было совсем не так. Не было красивой истории. Не было теплых эмоций. Были лишь страх, боль и ужас. И сожаление. Так что из этого могло быть Флорису интересно? Как долго тебя ебали по воскресеньям? Как часто он тебя кормил?
Или что, он правда считает, что Флорис сейчас воодушевленно спрашивать про длину его волшебной палочки и где достать волос единорога для сердцевины? На какой метле летает его мать? Все это было бы интересно Флорису раньше, до того, как с ним произошло то, что произошло. Вот тогда бы они сидели в этой кофейне до скончания времён, и вопросы бы лезли из него вразнобой, Нильс бы не успевал отвечать и в итоге бы сам от него сбежал, а сейчас...
Пройдет ли это? Когда я перестану чувствовать твою боль? Стану ли я снова собой?
Но вряд ли Нильс ему ответит, да и спрашивать как-то...Не к месту.
Тем не менее, его желание быть полезным тяжело не оценить, пускай оно и исходит из банального сожаления за почти_собственные действия. За бездействие, если говорить точнее. Если же не думать о том, что Нильс сам виновник всего случившегося с Ван де Буром, это даже мило. Забота. Когда кто-то последний раз о нем заботился?
На самом деле Кола, этим утром, когда дал денег на два стакана кофе вместо одного, но это ведь совсем не то. Кола же не семья. А Нильс...Тоже не семья, если уж быть честным, но...Может ею стать? Если это кому-нибудь из них нужно. Станет нужно.
-Слушай, - вздыхает он, касаясь пальцами щёки сына и заставляя тем самым посмотреть на него - перестань ты уже себя корить. Было и было. Тебе же лучше, да? Вот и думай об этом. Иначе какой смысл во всем этом, если ты сам себя будешь гнобить? - он говорит почти искренне - я просто хочу забыть. И чтобы ты забыл обо всем этом. Давай посмотрим, у кого первого получится, - он разводит руками, морща лоб.
Флорис хлопает себя по карманам. У хорошего писателя ручка всегда с собой. Флорис, может, и не самый лучший писатель, но ручку все же находит.
-Вот, - он калякает на мнущейся салфетке свой адрес - телефон дать не могу, я его -продал - потерял. Но ты свой запиши, - он пододвигает к парню другую салфетку - не теряйся. И приходи если что-то случится. Ну там.. Мама начнет бушевать. Совет какой нужен. Все такое, в общем. Мои двери всегда для тебя открыты, - надо будет только Коле сказать, что ты не диллер и не долги из меня выколачивать пришел - не теряйся, - повторяет он снова и отдает ручку парню, давая записать номер - ты извини, меня вообще-то за кофе послали, боюсь он остынет, если мы продолжим болтать. Дело в кофе. Не в тебе, - уточняет на всякий случай - так что я должен бежать. Ладно?
[nick]Floris van der Bour[/nick][status]не могу курить яйца[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2SpRG.gif[/icon][lz]<b>NPC <a href="https://arkhamhorror.ru/viewtopic.php?id=375#p81738">Флорис ван де Бур, 33</a>.</b> человек, пророк культа "Самого Дагона Сын", писатель-тунеядец с вредными пристрастиями и внезапным сынкой-корзинкой[/lz]

+1

13

Однажды Нильс найдёт в себе смелость спросить искренне что Флорис думает по этому поводу – и их чокнутой семейки, и мамаши, которая втянула одноразового, использованного и тут же выброшенного любовничка, в этот неукротимый круговорот, и про него самого, сына. Какого-никакого, но сына. Их родство так очевидно выпирает наружу, что у проходящих мимо столика людей даже не закрадывается иных подозрений кем эти двое приходятся друг другу.

Говорят, что разговору по душам способствует крепкий алкоголь, но мальчишка не может утверждать наверняка. Пил он крайне редко, а уж тем более что-то, что в его восемнадцать ещё покупать запрещено, и уж наверняка никогда не испытывал сладкую алкогольную негу, от которой заплетается язык. Можно сказать, что он ангел во плоти, если бы не одно «но»: Фонтейн давно не невинен и мысли его отнюдь не чисты. Давно раздробленные в мелкую крошку, теперь они окончательно смешались воедино, стали липкой, промокшей грязью, что облепляет череп изнутри, после того как эмоциональный барьер разрушился, всё восприятие событий, которые он предпочёл бы забыть и никогда не вспоминать, вымылось наглухо.

Лжёт.

Он не хочет забывать ни единого дня, но знать отцу это ни к чему. Ещё решит обесценить свой вклад в его чистое и светлое будущее.

- Я понимаю, - снова повторяет Нильс как заведённый, словно все прочие слова он забыл. У каждого есть свои дела, а он из этого разговора выходит как минимум со знанием, что нет ничего, с чем бы не удалось справится. К тому же брошенное Флорисом пари ему нравится. С широкой, будто случайно возникшей на его вечно печальном лице улыбкой Нил кивает и соглашается: - Давай проверим, - и уже собирается встать из-за столика, но тормозит себя.

Трогательный жест, действительно милый. Отцовский? Пожалуй, да. Пропитанный немного угловатой заботой. Юный маг пишет размашисто свой номер на салфетке и отдаёт в руки Ван де Буру.

Наверняка, из него был бы неплохой папаша. Не сейчас, но через пару-тройку лет, после того, как кто-нибудь его самого вразумил и выбил всю эту ребяческую дурь как из тюфяка с соломой. Флорис добрый, отзывчивый. Щедрый. Превалирующие качества, стартовый набор внушает оптимизм.

- Спасибо, и… - в этот раз чтобы уже точно Нильс накидывает лямку рюкзака на плечо, с громким скрипом отодвигая стул назад, - Я пойду.

Будет неловко, если им придётся по пути в одну сторону идти, поэтому старается уйти как можно быстрее, ловя затылком учтивое прощание бариста и приглашение заходить ещё.

Им необходимо время подумать обо всём наедине.

+1


Вы здесь » Arkham » Аркхемская история » coffee-break


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC