Poenitentia: Sebastian Valentine до 25.05
Охота: Aiden Moss до 26.05
Ведьма: Elias Moore до 21.05
Сумерки: GM до 16.05
Атлантида: GM до 20.05
Аукцион: Lot Whitefern
Восточный экспресс: GM до 20.05
06.05 Перекличка и многие другие приятные новости с:
01.05 Первомайские новости и очередные изменения
24.04 Не проходим мимо, расширяем Аркхем описанием своих любимых мест
19.04 Любуемся трейлером к предстоящим событиям, а заодно спешим узнать новости о пополнении среди АМС
18.04 Недельное объявление. Не упустите возможность придумать свой стикер!
12.04 Просим всех обратить внимание на свежие новости и предстоящие события. Начинаем готовиться к переводу времени с:
01.04 Мы решили немножко пошалить ;) С 1 апреля!
25.03 Мы меняем дизайн и поздравляем Лота!!!
О всех найденных ошибках и пожеланиях можете сообщить в теме баг-репорта!
Дорогие гости, добро пожаловать в «Аркхем». Мы играем мистику, фэнтези, ужасы и приключения в авторском мире, вдохновленном мистическими подростковыми сериалами, вроде «Волчонка» и «Леденящих душу приключений Сабрины», и произведениями Г. Ф. Лавкрафта.
Unless you agree

Элора Фейн и Роберт Эстервуд
полезные ссылки

Arkham

Объявление


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Arkham » Прошлое » $RECYCLE.BIN > C:\Users\Admin\Love


$RECYCLE.BIN > C:\Users\Admin\Love

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

http://images.vfl.ru/ii/1552835654/52c83110/25802795.gif

Джонни и Деалла
8 ноября 2018, вечер, Аркхем


Почему не все проблемы решаются черным списком контактов?

+3

2

teSS_art: счастливого полёта, дорогой. Подвязку не потерял?)
DealIII: я не сел в самолёт. БЛЯДЬ!

Через семь с половиной часов Деал уверен, что его задница больше никогда не вернёт себе прежние - весьма достойные! - очертания и что Аркхем и правда где-то на другой планете. Потому что он всё ещё не доехал. Почти четыре часа в пробке на выезде из Лондона по дороге в Хитроу Деал скрипел зубами и бесился, но убрать мёртво вставшие из-за аварии машины не мог. Разумеется, он опоздал на свой рейс. Разумеется, деньги ему не вернули. Но у нас есть несколько замечательных вариантов на ближайшие рейсы, например авиакомпанией KLM с одной пересадкой, всего-то двадцать шесть часов пути. Деал так стиснул зубы, что чудо, что они не раскрошились. Пришлось лететь первым классом British Airways и потратить, чёрт возьми, почти девять тысяч фунтов! Он, конечно, мог себе это позволить, но лишь пока. Без работы, поддержки семьи и, теперь уже, испорченной в хлам репутации, придётся серьёзно экономить, чтобы протянуть в случае, если найти работу на краю Галактики не получится. Вот кому, спрашивается, понадобится экономический аналитик в городке, где экономики то и нет?

Зато кормили в элитной части самолёта вкусно. Ещё он успел посмотреть фильм, поспать и почти помереть от скуки, пока железный гроб на крыльях не опустился благополучно в аэропорте Бостона. До Аркхема ещё таможенный досмотр и часа два на машине, растянувшиеся на три, ибо в Бостоне тоже были пробки. А ещё промозгло, холодно и дождливо. А он думал, что в Лондоне заржавел от бесконечной мороси. Здесь морось ещё и холоднее и сильнее. Дорога унылая. Город ещё унылее. Неудивительно, что Джонни тут не нравилось, какому человеку понравится жить в деревне, где из достопримечательностей отель и три кладбища?!

Как бы ни хотелось ему сразу же броситься искать дом Джонни - северо-запад возле железной дороги, он помнил, как и фото его самого на фоне небольшого, полуразваливающего коттеджа - почти два дня пути и разница во времени в 4 часа доконали его. Поэтому он оставил взятую напрокат машину на стоянке, снял номер - нашёлся свободный, чудеса! - наскоро принял душ, даже тёплый, хотя до самого конца не был уверен, что горячая вода здесь есть, уныло съел принесённый в номер сэндвич и рухнул в кровать, отсыпаться. Даже не особо осматривая интерьеры своего нового жилища. И вряд ли даже Бог знал, как долго ему придётся здесь провести.

teSS_art: твой отец в бешенстве, уверен, что тебя похитили.
DealIII: я в аду. они съедают половину слов. понимаю через одно. и не уверен, что то, что понимаю - правильно.
DealIII: у машины отказывают тормоза. кажется я умру раньше, чем рассчитывал.
DealIII: я, правда, итак умру. потому что это АД!

Найти дом Джонни Оверкилла и правда не составляет труда, в этом городе, кажется, две с половиной улицы и все прямые. Он мог бы обойти его пешком и всё ещё не уверен, что это и правда - город. Ему приходится выйти из отеля, чтобы обследовать ближайшие районы, поискать магазины и что-то хоть как-то похожее на заведение общественного питания. И автомастерскую, так как у машины - и без того, прямо сказать, паршивой, - заедает педаль тормоза, что сделало путь от Бостона до Аркхема ещё более неприятным, чем он был. Оставив машину несколько бесцеремонным ремонтникам - или это просто так казалось из-за акцента - он вернулся обратно в номер с бумажным пакетом хоть сколько-то знакомой еды.

Здесь всё по другому и одновременно такое же. Вроде тот же язык, но совершенно по-другому звучащий, те же продукты, но с другим вкусом, те же меры, но различные значения. В этой стране всё меньше! Впрочем, в микроскопическом Аркхеме и не нужно ничего большого. Задавит. 

Нет, он не собирался с духом, он исследовал местность и ассимилировался. Сливался с аборигенами и мимикрировал. Именно так. Конечно, он бы лучше слился с одним единственным местным, и желательно подальше отсюда и поближе к цивилизации, но именно до этого жителя ещё не добрался. Из-за адаптации. К концу третьего дня он понял, что оттягивать дальше некуда. Глупо оттягивать, когда ты уже пролетел больше трёх тысяч миль в другую страну.

DealIII: а если у него уже кто-то есть?
DealIII: мы не разговаривали с ним почти четыре месяца!
DealIII: он даже не знает, что я здесь
DealIII: ТЕСС!!!
teSS_art: КИГАН! какого дьявола ты свалил из моей постели, чтобы доставать меня в ней из сраной Америки?! будь ты проклят! весь настрой сбил!

Машина ещё не готова - да как будто он удивлён! - поэтому приходится идти пешком. Не слишком далеко для города с носовой платок королевы, но на улице отвратительно холодно, серо и пасмурно, хотя вчера выходило солнце и дало надежду, что оно здесь бывает. К унылости и серости ему, как коренному лондонцу, не привыкать, но здесь определённо холоднее. Настолько, что вчера пришлось найти магазин с одеждой и купить себе тёплую куртку сомнительной наружности. И пошива. Зато он почти, наконец-то, слился с окружающим пространством и перестал в своём сшитом на заказ из шотландского кашемира пальто выглядеть как протестант в католической церкви.

Дорога всё равно занимает около получаса, так как приходится пару раз остановиться возле чужих домов, постучаться и побеспокоить хозяев дурацкими вопросами, не знают ли они, где живёт Джонни. Да, тот который милый мальчик, прямо как Деал, только совсем пропащий. Нет, он не покатится с ним по одной дорожке, мэм. Да, он будет осторожным, мэм. Нет, он не знает, что дорога там перегорожена завалом из-за бури. Конечно, это было очень страшно, мэм. Сочувствую, мэм.

Бульдог хватает куда меньшей хваткой, чем тот божий одуванчик. Ему даже показалось, что он оставил пару перьев из своей новой куртки, чтобы выбраться. Но зато теперь он знал, где найти дом Джонни. Тот казался ещё более обветшалым, чем он запомнил его на фото. И угрожающе-негостеприимным. И пустым. Деал постучал, как приличный человек, обошёл вокруг дома, вернулся обратно ко входу и с тяжёлым вздохом сел на ступеньки. Он не знал, сколько времени придётся ждать, но уже порадовался новой тёплой куртке, потому что начал основательно замерзать. Вытащил из кармана телефон и попробовал выйти в интернет, связь тут была тоже так себе. Как и всё в этом цивилизацией забытом городишке.

teSS_art: твой отец - ЗНАЕТ! у полиции твои данные о билетах.  город они называть отказываются, но ты же понимаешь, что он узнает. рано или поздно.
teSS_art: почему я вообще помогаю тебе?

Отредактировано Dealla Keegan (18-03-2019 19:32:53)

+2

3

- Нет, серьезно, если я еще раз его увижу вместе с этой уебанкой на репе, я ему что-нибудь лишнее оторву. И даже не думай мне говорить, что я "слишком агрессивно реагирую". В жопу себе можешь запихнуть этот психологический бред!

- Это не бред, Джонни, это то, чего у тебя дефицит, и я героически его восполняю! Ради тебя стараюсь, мудак ты неблагодарный!

Бенджи выписал ему подзатыльник, и пришлось потереть ушибленную макушку ладонью, прежде чем ответить равносильным тычком в бок бредущего рядом друга.

- Оуэна вы тоже ради меня с этой чикой притащили? Хороши друзья.

- Да приклеился он, остынь. Они ж теперь в свою компании не вхожие. Чика ж чужая...

- Избавь, умоляю, - Джонни закатил глаза. - Я был на волосок от того, чтобы начать тренировать разбивание инструментов. Ну, знаешь, прямо на нем, а я вообще-то пацифист.

- С каких пор?

- С только что - шутка уж больно классная.

На ноябрьский Аркхем опустились густые сумерки, да и столбик термометра, как кое-что между ног, тоже повис. С Мискатоника полз туман, но в этот район пока не добрался, так что Джонни и Бенджи тащились домой, страдая только от нехватки фонарей и острого желания игриво поставить друг другу подножку в особо темных участках.

Несмотря на долбаного Оуэна, Джонни был более чем доволен жизнью - репетиция удалась. Как на духу оттарабанили и свой сет, и каверы. Избыток энергии до сих пор гулял по венам - ноги как-то сами то и дело чуть ли не подпрыгивали, пружиня на ходу, и он ловил себя на том, что в моменты, когда Бенджи говорил. он начинает беззвучно открывать рот, напевая застрявшие в голове мотивы. Дома ждала большая замороженная пицца. Один из немногих дней, которые не мог омрачить даже Аркхем, рассматривающий его темными глазами домов, застрявших в недавно прошедшем Хэллоуине. В неприятной части Хэллоуина, а не в той, которой ждешь с нетерпением весь октябрь.

Джонни просто наслаждался, несмотря на холод и усталость в ногах, прошагавших уже черт знает сколько и немилосердно отбитых "ножками" Бенджи. Горячий душ, за комп, и хера с два он завтра встанет раньше обеда.

- А что эта, как там... Виолетта, да? Она ж глаз с тебя не сводит! Харе ломаться, своди ее на свиданку.Я буду звать вас "мои сладкие булочки" и буду смущать всех, кто в это время со мной находится в одной комнате.

- Да иди ты!

- Да нет, я серьезно! Вообще-то, я слышал, что она офигенная, и...

- Oi-oi, приткнись-ка, чувак! Смотри, - Бенджи остановил их и ткнул в сторону крыльца дома Джонни. - Кажись, тебя кто-то караулит.

И правда. В слабом свете энергосберегающей лампы на крыльце сидела какая-то блондинистая фигура, кутаясь в куртку и рассматривающая не то свои колени, не то телефон в руках. Он никого не ждал - мама сегодня отсыпается после ночной смены. Он в такие дни и сам старается не особо отираться в доме - не умеет без шума.

- Это что, Пирс? - Бенджи притушил голос и вытянул шею, разглядывая гостя. - Тебе бы подтянуть булки, говорят, он тебе вмазать хочет.

- Да хрень это все. Не станет он мне темную устраивать за какие-то жалкие двадцать баксов.

- Чего это?

- Потому что ему эти двадцать баксов - десятиминутный заработок. Ну знаешь, он же профи! - Джонни характерным жестом показал отсос и заржал. - По знакомству забрел кто-то, наверное, опять. Я разберусь.

- Точно?

- Определенно. Бывай, дружище, завтра черкну, - они не глядя ударили по рукам, крепко сжимая пальцы и коротко обнялись на прощание.

Бенджи побрел к своему дому в начало улицы. Джонни шумно выдохнул и потер ладонями плечи.

- Как же ж блядски холодно-то, а...

Хотелось рвануть побыстрее в тепло дома, но он приближался к своему участку нарочито медленно, запалив сигарету. Незваные гости - плохой момент для выказывания торопливости, тем более, когда основной путь в дом загодя отрезан. Комфортные теплые одинаннадцать градусов днем к вечеру неожиданно сменились всего семью: изо рта шел едва заметный парок, и в легком черном недоплаще-накидке и одной майке холодно было чертовски. Промозглость кусала за бока, да и в дырявых кедах тоже было так себе. А шли домой они пешком через весь город. Все эта дорога теперь дружно принялась сотрясать тело, не давая мышцам расслабиться. Клепки, которыми он щедро усеял плащ, колючими холодными засранками на изнанке то и дело пытались прикоснуться к голой коже под ним. Только сигаретный дым и грел легкие. Хоть что-то.

Джонни остановился посреди короткой дорожки к крыльцу в нескольких метрах от - теперь он видел точно - незнакомой ему фигуры, прежде чем обратить на себя внимание.

- Чего надо? - буднично и пока без угрозы бросил он, распрямляя плечи. На совсем паршивый случай у него в кармане есть складной нож.

Неизвестный пацан вскинул голову на обращение, и Джонни, как в тупом кино, выронил только что зажженую сигарету. И так и остался стоять, как будто к месту прирос, забыв и про ножи, и про репетицию, и про то, что у него был редкий охуенный беззаботный день. Хотя, может, пустить сейчас корни было не такой уж и херовой идеей...

- Дел? Какого хрена, ты как здесь очутился? - выпалил он в итоге, оставаясь стоять, где стоял.

Фигура Кигана в этой куртке терялась - поэтому он не узнал его. Да и просто не рассчитывал увидеть, не думал даже. Он пытался забыть думать несколько месяцев, и вроде бы как даже начало получаться... А теперь он стоял растерянный и не просто не знал, что делать или что еще сказать, но даже не мог решить, что ему чувствовать. Стал ли только что его день еще более охуенным? Или все рухнуло? Он рад? Он зол? Хочет обнять? Убежать к черту, пройдя мимо и хлопнув перед носом дверью? Больная мысль носилась по пустому черепу, с глухим "клац!" врезаясь в его стенки, а в сердце будто воткнули шприц с адреналином. Да у него от страха так пульс не подскакивал, как сейчас. Определенно, кто-то подкрался и воткнул в задницу дозу волшебного гормона. Он шумно дышал и смотрел на Дела, почти не мигая - вдруг показалось, и если моргнуть, то он пропадет? Нет, стоп. разве тогда он не должен моргать со всей скоростью, с которой мог?

Джонни похлопал глазами. Дел не исчез. В слабом свете лампы белобрысая макушка как будто светилась.

- Ты не должен быть здесь. Тебя невеста ждет. Или жена. Не знаю.

Он хотел было сделать шаг вперед, но не смог. Обе ноги устроили бунт, и ни одна из них не желала сделать первой такое жизненно важное сейчас движение.

Это не могло быть правдой. Это просто сон. Один из тех странных снов, которые он видит регулярно с шестнадцати лет, которые одновременно похожи на сны, но утром просыпаешься с четким осознанием, что это было нечто иное. Не может Дела быть здесь. Его вообще не может быть. Он живет теперь своей жизнью, к которой его готовили, как какого-то долбаного Короля-Льва, и им больше не по пути. А Джонни все еще здесь, и у него ничего не изменилось.

С этого расстояния и из-за того, что лампа - за спиной Дела, Джонни ничего толком не видит, кроме силуэта. Это к лучшему. Торжественный анархический гимн в голове сменился тоскливой заунывной песней, не имевшей к их репетициям никакого отношения.

+2

4

teSS_art: держи ссылку на интервью, где твой отец пытается держать лицо. Оно не держится, ха-ха))
teSS_art: А вообще, поняла, что я дура, надо было замуж и отпускать тебя побегать по мужикам. За Тиффани. И других мужиков.
teSS_art: С днём свадьбы, дорогой.
DealIII: мне даже жаль, что у нас ничего не получилось) ты очаровательна.

Интернет, вопреки ожиданиям Деала, не взорвался сенсациями, ибо сенсаций то и не было. Он не Пэрис Хилтон, чтобы за его промежностью без трусиков охотилась толпа папарацци. Только несколько серьёзных бизнес-изданий написали - даже не на первой странице! - об отмене свадьбы прямо возле прогнозов, как это отразится на динамике акций обеих корпораций. Пока динамика предполагалась нулевая, спасибо отцу, который сдержанно и чопорно предоставил очень уклончивую информацию о невероятно срочных делах, которые, к огромному сожалению семей, заставили жениха покинуть Лондон, а им перенести свадьбу на более удобный срок. Он понимал, что таким образом отец сообщал ему, что Деал всё ещё мог одуматься и вернуться обратно. Мосты стояли целыми и сжигать их пока не собирались.

Он качнул головой, выдыхая едва заметное облачко пара. Мрачное предчувствие и тоска, что сопровождали его по приезде в Аркхем не оставляли в одиночестве ни на минуту. Дело ли в смене обстановки, чужих людях вокруг или общем гнетущем ощущении от города, который казался светлым и умиротворённым, но безмятежность эта была обманчивой. Не сможет он вернутся в Лондон. Возможно никогда. Это не слишком расстраивало, что-то ему подсказывало, что после стола переговоров - много виски, мало чая - два старых лиса смогут слиться своими активами даже в том случае, если не сольются они с Тесс. Деал всё равно был пассивами, так что процентов от него вряд ли удалось бы получить. Если только привлечь вливания со стороны. Или воспользоваться специальным антикризисным центром для решения подобных задач. 

Да, куда было бы проще, если бы отец нашёл время, чтобы переспать с матерью хотя бы два раза, чтобы та родила ему брата или сестру.

Деал подышал на пальцы, согревая их, потому что экран айфона уже даже не воспринимал его конечности как живые. Он, собственно, тоже их уже не воспринимал. Он не знал, придёт ли Джон сегодня домой, и живёт ли здесь вообще, хотя та милая божья бульдожка сказала, что вроде да. Поэтому он продолжал упорно ждать, свернувшись на ступеньках в плотный дрожащий комок.

Почему Джон не родился в Калифорнии?

DealIII: я думаю чтоовпмв

-   Джон…

Деал резко поднял голову, аж хрустнули позвонки в шее и выронил сотовый. Синхронно с сигаретой Джонни.

Ещё совсем мелким пацаном он представлял себе их встречу, ещё даже до того момента, когда увидел своего виртуального любовника сначала на фото, затем по дерьмовой камере с отвратительным качеством передачи. После того, как услышал его. У Джонни тогда ломался голос, и мягкие, глубокие нотки ещё не проявились в полной мере, он ещё срывался на детский фальцет, от чего злился и ругался. Деал улыбался и успокаивал, как мог. Все они через это проходили. Никто не остался там. Кроме кастратов. Но это отдельная печальная история. Не про них. Но уже тогда в голосе Джонни бархатно скользили рокочущие звуки, которые с возрастом утяжелялись, обретали полноту и силу.

Деал даже не знал, как соскучился по ним.   

-   Меня ждёт только отец, - не сдержал он смешка, нервно дёргая плечом. - С топором и парой мешков для мусора. Джонни, я, - он резко поднялся со ступенек, покачнулся от прострелившей затёкшую ногу рузи и схватился за косяк двери. - А, чёрт! Нет у меня больше ни жены, ни невесты. Бросил я её. Ну, знаешь, как в тупой романтической комедии. Только у нас идиотская драма: у меня есть парень, у неё негр из Африки, а на блондинов у неё не стоит. А у меня на женщин. И негром делиться она отказалась. Поэтому я собрал шмотки и приехал сюда.

Деал нервничал и нёс совершеннейшую чушь, с трудом шевеля отмороженным языком. Температура не просто понизилась, она рухнула и пригвоздила глыбой льда к стынувшей земле. Будь он проклят, если не видел снежных кристалликов на пожухлой, ржавой траве возле дома. И на тёмных волосах Джонни.

Он заставил себя заткнуться и посмотреть на стоявшего перед ним то ли бывшего любовника, то ли друга. Деал не помнил, обсуждали ли они хоть раз за эти десять лет их отношения. Они просто друг у друга были. Всегда. Почти всю сознательную жизнь Деала.

Его лучшую жизнь.

Это так странно, смотреть на Джонни вживую, без помех камеры и торможения от микроразрывов сети. Слышать его голос без искажений в наушниках. Дышать одним с ним воздухом. Просто стоять рядом. Он красивый, очень. В жизни кажется ещё больше, чем на экране. И вроде он знает его лицо до малейшей чёрточки, но всё равно что-то незнакомое и непривычное в его облике, когда они не разлучены тысячами миль.

Возможность прикоснуться.

Деал сделал первый шаг. Он слишком скучал и перенервничал, чтобы остаться невозмутимым. И это же Джонни. Они знакомы уже десять лет. Они знают даже размеры собственных членов в спокойном состоянии и возбуждённом - измеряли на спор в прямом эфире. Было ли хоть что-то, что они не знали друг о друге? Кроме, лишь того, как чувствовать чужое тело под ладонями. Он завороженно приблизился и обнял его, вжимаясь собой в холодную кожу плаща и жалея, что между ними слишком много одежды. Особенно на нём. Но даже так Джонни в его объятиях настоящий. Живой.

-   Джонни, я, - выдохнул куда-то в сторону уха Деал. Забавно, Джон выше. - Я  не смог без тебя. Я сбежал.

+1

5

Почти десять лет. Почти гребанных десять лет пришли к нему на порог и не просто постучались, а вынесли дверь с ноги, обутой в мартинсы. Джонни не из тех, кто впадает в ступор, но это определенно был именно он. Тупая же наверное у него сейчас рожа. Он просто пялился на часть своей жизни в течение десяти лет, почему-то чувствовал вину - хотя ни хера не был ни в чем виноват! - и не мог решиться на какое-нибудь действие. Они все были неправильными! Стоял, как идиотская статуя, когда почти неподвижный до этого Дел наоборот задвигался. Движения нереальные, как будто вклеенные в неподвижную картинку сонного Аркхема.

Он бесконечное количество раз воображал их встречу. Раз за разом. И каждая новая была только лучше. Каждая новая могла быть еще более фантастичной, чем предыдущая. В его копилке - встреча на коне, посвященном в онлайнку, в которую они рубились ночами, встреча в Майами, встреча в туманном Лондоне рядом с EMI или магазином Вивьен. Он смело мог воображать что угодно, самый безумный фанфик самой отбитой фикрайтерши. Потому что всегда знал, что встретиться им не суждено. За монитором Дела ждала другая жизнь и тот самый сырой Лондон. Его же похоронят здесь, сколько бы он не пел на разваливающихся местных сценах "i just wanna die anywhere else". Это было по-своему прекрасно, хоть и невыносимо тоскливо.

Теперь все эти теплые мечты рухнули. Он хотел бы, чтобы горечь дурацкого расставания не отравляла этот момент. Но отмотать свои чувства назад он не мог - не получалось. Он хотел бы, чтобы несколько месяцев назад они и правда разошлись лишь потому, что у него, мудака такого, Принципы с большой П. Идеология с большой И. Д с огромной завитушки Дерьмо. Но за эти месяцы радиотишины ему пришлось признать, что он, во-первых, напыщенный дурак, а во-вторых - такой же парень, как и все остальные ребята, что его окружали. И что в их странных и обернувшихся еще более странной свадьбой отношениях, в первую очередь волновала его совсем не политика и совсем не дебаты на остросоциальные темы. Им руководил страх.

Дел чуть неуклюжий - Джонни видел, как его силуэт почти без черт покачнулся, поднимаясь, и, наконец, лампа осветила знакомое лицо. И частит немного. Он долго думал, что тот частит, когда очень сильно раздражен - с ним было весело ходить в рейды, причем, не только Джонни, но и всей пати. Но, как оказалось, частит он и когда бывает растерян или смущен. А еще он знал много слов, потому что был старше. И потому что таким парням, как Дел, положено знать много слов и сложно изъясняться. Без этих навыков в Итон и другие хорошие школы не берут. Это из-за него Джонни до сих пор разговаривает на причудливой смеси британской речи и слэнга местной шпаны из бедных районов. Содержание речи до него доходило с трудом - Джонни продолжал пялиться и торчать на месте, не то чтобы не зная все еще, что сказать, но и не знал, а нужно ли. Видели бы его парни - и все, конец репутации чувака, который за словом в карман не полезет...

Долгие секунды они слепо смотрели в глаза друг другу впотьмах, пока кто-то не сделал еще один шаг. Снова не он. Руки, не занятые ничем, глупо свисали по бокам от тела и казались бестолковыми отростками, которые некуда впихнуть. У незастегнутого плаща не было карманов, как и в узких драных джинсах - только имитация. Они так и остались висеть сначала, когда Дел прижался к нему всем собой - курткой к тонкой майке из 3D-ткани с принтом Sex Pistols. Молния чужой куртки задела отвердевший от холода сосок под ней, и, кажется, это вывело его из состояния паралича.

После того, как ему было холодно, чужое тепло обжигало, словно горячая вода - побывавшие на морозе руки.

- Что ты сделал? - ему казалось, что он ослышался, но нет, сегодня не та репа, после которой он еще два дня ходит как дед глухой, все переспрашивая.

Дел сбежал от своей семьи, сбежал из Англии. Ради того, чтобы приехать к тому, кто оборвал все связи.

Почему? Зачем? Какой в этом был смысл? Ничего ведь не поменялось. Страх, из-за которого они поругались, вновь напомнил о себе. Напомнил о том, как он по ночам часами лежал без сна после известия, обдумывая, куда это движется. "Я не хочу жениться и не люблю ее," - говорил Дел. Но все равно хотел сделать это. И как бы они не хотели остаться вместе, это изменило бы все - с согласия Кигана или без него. Новый статус - новые обязательства. А уж если задуматься о детях, так вообще... Скольких парней они так потеряли, сколько те божились, что этого не произойдет? Там, за этой чертой, был другой мир, к которому надо принадлежать, чтобы понять. Да вот только между ними уже была одна стена из двух миров. Они не могли ее пробить. Две - не смогли бы точно. Он разорвал эту связь и сделал им обоим одолжение. Он сделал это до того, как делать это станет настолько невыносимо больно, что можно и от болевого шока сдохнуть.

Он смотрел куда-то в ничто за спиной Деала, чуть прикасаясь ладонью к плечу, и запутавшись пальцами второй в светлых волосах. Он всегда хотел так сделать, с тех пор, как увидел фотографии своего интернет-собеседника, ставшего ему новым, необычным миром, которого не было в реальности и не было на форумах. Миром близости. Даже на самых зачуханных фото из самых дырявых клубов прическа Дела выглядела до смешного блестящей и шелковистой, как золотистый ретривер с выставки. Это просто смешно. Он хотел их потрогать и убедиться, что они настоящие, а не как у Барби. И вот, наконец, он может это сделать, только не может заставить себя улыбнуться.

Наверное, и не нужно.

Он ткнулся носом в холодную щеку Дела, заставляя чуть повернуть голову. Его губы на вкус сухие и чуть кислые - наверное, губа треснула. Он грубовато открыл их языком, и их первый поцелуй - такой же неуклюжий, каким до этого был Киган, пытаясь подняться, вероятно, после долгого просиживания крыльца его дома. Со вкусом баббл-гам и чего-то сладкого. Джонни не знал, почему сделал это. Наверное, это просто хороший способ не искать слова. И не думать. В голове было настолько пусто, что он не сразу закрыл глаза, ловя вопросительный взгляд. Его тело, сегодня, кажется доминировало. Оно явно знало лучше, какие аккорды зажимать и что делать, если на твоем пороге появились почти десять лет жизни.

+1

6

Насколько реален виртуальный роман? Да ещё и на расстоянии в тысячи миль? Как любить кого-то, к кому не можешь прикоснуться? Встретиться? Прогуляться бок о бок, обнимая и прижимая к себе? Все, кто хоть немного знал о самой сильной любви Деала считали её проходящей блажью, которая испарится в тот же миг, когда он воочию встретит свою пассию. Он редко возражал, сам не знал, что произошло бы, встреться они с Джонни хоть когда-нибудь. Практически в самом начале их отношений он понял, что встречи никогда не будет. Они не прости разные, они словно из разных вселенных, а звездолёты ещё не изобрели. Они, как ни кошмарно банально, две противоположности, которые притянулись то ли из-за чуда, то ли просто вопреки всему. Стужа и палящий зной, и Деал не всегда понимал, кто из них который. Иногда их беседы взрывались, как кипящее масло, на которое выплёскивали ледяную воду. Иногда он чувствовал себя айсбергом, который то ли утопил Титаник, то ли растаял прямо перед ним, слившись с морской водой возле его кормы. У них бы ли очень сложные отношения. Сложные настолько, что превращались в простые.

Они дотрагивались друг до друга через видео, собственные касания и слова, описывая ощущения от них. И это заводило подчас сильнее из-за вначале неловкости и стыда говорить и таком, а затем из-за чрезмерной интимности при вербализации самого сокровенного. Они встречались в любой момент дня, с помощью букв, или голоса и видео. Деал знал, что мог взять телефон и набрать Джонни сообщение насколько бы высоко солнце не стояло на небе. И стояло ли вообще. Как и Джонни. Они всегда были доступны друг для друга, даже тогда, когда за ответ по телефону могло последовать наказание. Деала не раз выгоняли из класса, когда он пытался отвечать на пришедшее смс. Потом он научился это делать незаметно от всех.

Деал гулял с Джонни по Лондону, подключив гарнитуру с камерой, показывая тому свой город. Точнее, чаще показывал то, что тот хотел увидеть, связанное с памятными местами панк-культуры и рок-музыки. Сам он не слишком хорошо разбирался - сейчас намного лучше - в панке, обычно Джонни называл место, Деал его находил на карте и ехал туда, чтобы прислать потом фото, видео или позже, когда стала лучше связь и качество камер транслировал прогулку в прямом эфире. Если это разрешалось. Иногда даже когда не разрешалось, тайком, стараясь не попасться. Он показывал, а Джонни рассказывал.

Не сказать, что Деал панк  не понимал. Он хорошо знал историю - жить в Британии и не знать истории некоторых групп, вроде “Пистолз” и “Битлз” означало быть полностью культурно безграмотным, - знал музыку, теперь ещё и памятные места, но полностью прочувствовать атмосферу и значимость не мог. Панк - музыка тех слоев общества, с которыми Деал сталкивался редко. Панки редко встречались в престижных районах Лондонского предместья, дорогие старинные особняки и аристократический безупречный выговор дворецких их напрочь отпугивал.

Панк - культура не для богатых и успешных, уверенных в себе хорошо воспитанных выходцев Итона и Кембриджа. И Деал понимал Джонни, но не принимал. Точнее - не полностью. Да его привлекало бунтарство, вызов общественности, свобода, нонконформизм, но он слишком хорошо знал, что это невозможно для общества в целом и развития социума. Нежелание принимать правила, анархия и равенство во всём прекрасно ровно до того момента, как человек начинает голодать и мёрзнуть без еды и одежды, которую не хочет делать никто. А ещё многолетняя жизнь в пансионатах в комнатах на двенадцать человек научили его, что твои права заканчиваются ровно там, где начинаются права твоего соседа. И что в равном сообществе всегда кто-то ровнее другого. На этом стоит человечество. Стояло и будет. К тому же как и любая субкультура, панк отвечал своему времени, тревожному, тёмному и весьма сложному в Британии, потери рабочих мест, голод, нищета, все это как гнойник нарывал и воспалялся, пока,  наконец, не прорвался панками, скинхедами и скандальной прозой Мартина Эмиса.

Деал это понимал. Слушал. Читал. И даже дружил и с панками, и скинхедами, и любителями прозы Эмиса, примечательно, что с большей частью он познакомился во время своих забегов по местам памяти для Джонни. С симпатичным бритоголовым Феликсом он в “The Garage” на каком-то из концертов какой-то панк-группы, которую посоветовал Джонни - он даже старательно записал и переслал ему потом выступление. Концерт Деалу не сказать, чтобы не понравился, он его практически не помнил, потому что уже третью неделю писал работу по экономической статистистике и провалился в Ад динамики цен, объёма произведенной продукции и трудовых ресурсов. У него полностью разъехались расчёты и он не спал накануне две ночи, пересчитывая заново всю таблицу, у которой одна шапка занимала около трёх десятков страниц, чтобы понять, откуда у него взялось четыре десятых человека и можно ли написать, что то был просто карлик, поэтому маленький. Феликс притянулся на “потрясающую арийскую внешность” - это правда твой натуральный цвет? никогда в жизни не видел такого роскошного блонда!  - Деала, затем Деал притянулся к потрясающей кровати Феликса и то ли трахался на ней, то ли спал, это он тоже не особо хорошо помнил.

В общем, с панком у Деала тоже было всё сложно, как и с виртуальными отношениями с Джонни. Они были влюблены друг в друга, как две красавицы без чудовища, но при этом активно и задорно прыгали в постели к разным людям, чтобы после жаркого и реального секса, уединиться с камерой и гарнитурой и заняться сексом виртуальным. Несколько раз на Деале даже не успевала застыть чужая сперма, когда раздавался вызов от Джонни. И вот теперь он стоял, прижимаясь всем телом к нему и чувствовал, как виртуальность превращается в реальность. Будет ли эта любовь в настоящей жизни такой же безумной, как в сети?

Будет ли она вообще?

-   Разорвал помолвку, - чуть громче повторил Деал, обнимая Джонни крепче, когда понял, что тот не собирается оттолкнуть его, а наоборот, притягивает к себе сильнее в ответ.  - Бросил работу. Уехал из Англии. Сюда.

Лёгким движением члена разрушил свою жизнь, так и рвалось с языка, но слова застряли на нём, заглушённые губами Джонни, смявшими его собственные. Неожиданно настолько, что Деал на мгновение замер, удивлённо застыв и недоумённо смотря в прозрачные серые глаза. Он знал, что они серые, а на улице слишком темно,чтобы разглядеть их цвет, но он помнил. Поцелуй странный, не такой, какой он представлял ни раз начиная с того момента, как осознал, что влюбился в своего друга по сети. Они были смущённо-робкие, страстные, нетерпеливые, разные, но всегда в мечтах сопровождались каким-то волнующим и сумасшедшим моментом, вроде спасения с тонущего корабля, встреча на вершине небоскрёба или прыжок с парашюта. И никогда - неловкий и чуть грубый поцелуй на неухоженной лужайке дома Джонни. Возможно так даже лучше. Искреннее.

У них обоих ледяные, замёрзшие губы и прикосновения языков как жидкий огонь, выплеснувший тепло сначала в тело, а затем и пославший жар в голову. Деал отмер, сильнее втискиваясь в Джонни, а затем усилил напор, слизывая с его губ запах табака и какого-то спиртного. Оторвался, когда перестало хватать воздуха, отодвинувшись на пару сантиметров не больше, и можно было заметить как их дыхание смешивается в морозном воздухе ноября.

-   Пустишь домой? - тихо спросил он, чувствуя, что начинает неконтролируемо дрожать. - А то я замёрз, как шампанское в морозилке, того и гляди замороженная кровь из мозга вылезет.

Отредактировано Dealla Keegan (27-03-2019 15:08:06)

+1

7

- Как есть дурной. Нам надо поменяться местами.

Их поцелуй - ровно такой, как он себе представлял. Изучающий, косой, неидеальный, и их языки - то и дело невпопад, но их обоих это не смущало и не останавливало. Робость то и дело настигала в начале их обоих, пока не растворилась под напором энтузиазма Дела, пытавшегося получить все и сразу. Поцелуи, в отличие от первых встреч, у Джонни никогда не получалось идеализировать - в реальности случались убойные знакомства, но еще ни одного идеального первого поцелуя с кем-то ему не встретилось. Все это фигня из фильмов. На деле же, все, что можно точно сказать - захочешь ли ты повторить. Кажется, он определенно захочет. Стоило того, чтобы в кои-то веки не найти какие-нибудь слова для ответа.

Даже на улице потеплело обратно до треклятых одиннадцати градусов. Хотя, скорее всего, Дел просто закрыл собой все, что было распахнуто на радость промозглому, посвистывающему ветерку. Ну, и дровишек поцелуй явно подбросил во внутреннюю печку. Его приятно пробрало вдоль позвоночника.

Поцелуй закончился, но замерзшие пальцы все еще вцеплялись в чужую талию, спрятанную где-то под объемной курткой. Кажется, он видел такую в местном магазине. Местная мода добралась до Лондона? Что он чувствует, Джонни тоже понять не мог, но было здорово смотреть друг на друга с расстояния в несколько жалких сантиметров. Он видел только отражение лампы на крыльце в белках глаз Дела - будто бледное свечение внутри вместо зрачка. Он глупо улыбнулся в ответ на слова, ухватив того за руку и потащив в дом.

- Пойдем. Вообще-то всего... - он на миг задумался, - ...шесть градусов где-то. Ты как давно сидишь здесь вообще? - так и не выпустив чужой ладони из своей, свободной рукой он проверил дверь. Незаперто. Мама как всегда боится, что он забудет ключи и опять будет лазать в окна. Черт, было-то всего раз! Эта женщина, страдая некрепкой памятью, слишком хорошо помнила все, что стоило забвения.

Он щелкнул выключателем, вырубая лампу на крыльце, все так же не выпуская чужих пальцев, и уверенно двинулся в темноту дома, заговорив шепотом:

- Извини, маман спит. Поднимайся наверх, там можно нормально поговорить. Первая дверь от лестницы, не пропустишь. Выключатель справа внизу. Я сейчас.

Их глаза уже привыкли к полумраку дома, но Джонни все же подтолкнул Дела рукой в сторону лестницы. В темноте получилось, что под задницу. Ну, ничего, от скромности они оба точно не умрут.

С одной стороны, было здорово, что спала Элис чаще в гостиной - весь второй этаж был в распоряжении Джонни, и если не наглеть, то можно было даже не особо тихушничать. С другой стороны - привести кого-то домой для джентльменских увеселений было не всегда ловко. В основном, увеселению, конечно же. Он замер у дивана, где Элис свернулась под любимым пушистым пледом, вслушиваясь в размеренное дыхание, убедился, что они уже ее не разбудили, и прорысил на такую же темную кухню, поскрипывая половицами еле слышно. Прихватив оттуда искомое, он поднялся вслед за Делом, щедрым движением распахивая потрепанную дверь с плакатом в стиле обложек альбомов хэви-металл, из-под которой уже лился свет.

В комнате чисто, но за общим бардаком как-то не видать. Хаотичная мебель, хаотичные предметы, разложенные в порядке, известном только Джонни. Дел выбрал островок спокойствия в этом бардаке - игровое кресло, купленное на остатки денег, которые он вбухал в кредиты матери. Нерациональная бестолковая трата, которая грела душу. В отличие от прошлого, на этом Джонни даже шмотки не развешивал до сих пор, да и на компьютерном столе перед креслом убрался вчера. Как в воду глядел. Системник тихо гудел в спящем режиме, неспособный полностью затихнуть - вентиляторы не справлялись. Дел - со светлой кожей и светлыми волосами, уже сбросивший куртку - ярко выделялся на фоне комнаты. Джонни снова улыбнулся ему и поставил на тумбочку рядом с матрасом, на котором спал, большой френч-пресс с чайной заваркой. Тут же стоял и почти полный прозрачный чайник. Он нажал на кнопку включения, и тот засветился синим цветом, начав подогрев.

- Чтобы ночью на кухню не шароёбиться, - пояснил он зачем-то наличие чайника. - Когда играешь или работаешь, очень удобно, - а еще не будило Элис. Звук чайника отсюда не доносился вниз.

Он плюхнулся на матрас, глядя на Дела сверху вниз, как смотрел на потолок, который казался не таким уныло-низким, как тогда, когда у него была кровать. В свете желтых ламп он наконец-то мог до конца рассмотреть своего гостя из, как ему казалось, прошлого. Киган был чертовски красив - так же, как он его запомнил. В хорошей форме, с любопытным взглядом, осматривающим комнату. Прямой аккуратный нос, казавшийся иногда из-за камеры почти совсем плоским, большие светлые глаза, на которые едва падала светлая челка. Его прямая противоположность. Бенджи все время шутил, что Джонни как будто специально выискивал кого-то, максимально не похожего на себя - вот чтобы точно все сложилось вопреки и в превозмогании. За что огребал. Несправедливо, как теперь оказалось. Раньше это было неочевидно, но теперь они точно вылупились в две противоположности. Но это не отменяло того, что Джонни и сейчас хотелось назвать его Мотыльком, но слова не срывались с языка. Только татуировка на ребрах зачесалась.

Чайник щелкнул, выключаясь и бормоча пузырями вскипевшей воды.

- Угощайся. Прости, я отвлекусь на пять минут, а то забуду потом - нужно черкнуть, что я завтра не приду.

Сгонять Дела с насиженного места не стал, вместо этого включил мессенджер на телефоне, чтобы написать Бенджи, и сосредоточенно уткнулся в экран, пытаясь найти нужного адресата.

Johnny_Overkill: блядь, а ты можишь менять что-то одно за р аз? ав или ник. но не все сразу!!! хер знает скока тебя искал
Johnny_Overkill: чувак, я завтра пас
AwayToBombsville: это безопасность, чувак, но я подумаю над твоим предложением
AwayToBombsville: тебя таки побили?
AwayToBombsville: oi-oi, mate, ты никогда не слушаешь...
Johnny_Overkill: да ни Пирс это был! это...
Johnny_Overkill: вобщем, это Дел
AwayToBombsville: ...
AwayToBombsville: ... ...
AwayToBombsville: ... ... ...
AwayToBombsville: да лан, ты вроде не пил. Дел? он же там в Лондоне жениться, все дела
Johnny_Overkill: да в от имено, что нет. мне над разобраться. спишемся как только. ночи
AwayToBombsville: удачи, mate, удачи... снов. или нет? (;


Джонни закатил галза и отбросил мобильник куда-то в подушки. снова уставившись на Дела. Вдруг за время разговора тот сказался иллюзией и пропал? Но нет, все еще был здесь. Все такой же изящный и с плавными движениями. которые не мог заострить даже низкий fps. Он же сам все еще был в плаще и теперь с неохотой скинул его прямо на матрас, выпутавшись из рукавов и тут же почувствовав себя меньше и уязвимее. Но не настороженнее.

- Зачем? - задал он единственный вопрос, глядя в серо-голубые глаза.

Когда они ничего не говорили, в доме было почти мертвенно тихо, не считая компа.

0

8

-  У меня был хороший учитель, - усмехнулся Деал в поцелуй. - Самый лучший.

О да! Некстати - или очень даже к нему - воспоминания о некоторых занятиях от Джонни Оверкилла окунули в тёплый омут памяти. Как правильно целоваться - они ржали так, что к нему даже заглянул комендант общежития с замечанием, как правильно заваривать третий раз чай из пакетика, пить текилу - с живота красивого мальчика, разумеется, - правильно сворачивать косяк. Они учили друг друга жизни, Джонни своей, а Деал - своей. Учили, смешивая её словно художник краски, добавляя цвета и получая новый оттенок. Их собственный. Один на двоих. Деал раскрашивал им свои будни, выделяя их из тысяч других, не позволяя другим пачкать себя. То, что уже запачкал Джонни.

Он мягко и несколько заторможенно улыбался, рассматривая Джонни в неярком свете уличной лампы. Сколько мыслей пронеслось за те дни, пока Деал ехал сюда, начиная с той, что у Джонни есть кто-то в жизни, заканчивая, что он уже переехал или, самое страшное, вдруг ушёл из этого мира. Навсегда. Глупо, но тот молчал несколько месяцев, и что Деалу оставалось думать? Случайности нелепы и трагичны, могло случится что угодно, а ему бы не сообщили, потому что никто не знал. Не знал, какое место занимает Джонни в его жизни. Насколько они близки. И увидеть его живым и в совершенном порядке, узнать, что он в порядке - было поистине облегчением. И теперь он держал его в объятиях и улыбался. Реальность оказалась ещё прекраснее, чем паршивого качества видео или фото с сотового.

Джонни красивый. Очень. И вкусный, даже не смотря на запах табака. Казалось, что он не видел? А учитывая некоторые их сеансы они действительно видели всё и чуть больше, но стоять настолько близко, держать его в объятиях, слышать без искажений и дышать с ним одним воздухом - невероятно! Если бы он не был в него влюблён, то занялся бы этим уже прямо сейчас.

-  Не знаю, - пожал плечами Деал. - Час, может больше. Я бы позвонил, если бы ты отвечал на мои звонки.

Это не укор, обычная констатация факта - Джонни действительно не отвечал ни на один его звонок нигде, поэтом и не было смысла пытаться. А просидел он достаточно долго, чтобы колени казались куском льда, а пальцы - сосульками. У него, конечно, были с собой перчатки - тонкие, кожаные, но они не слишком спасали от холода и в них невозможно пользоваться телефоном, сенсор экрана не чувствовал рук.

-  О… - не сдержал облегчённого возгласа Деал, оказавшись в долгожданном и блаженном доме. Тело обволокло смесью запахов и тепла, вызывая запоздалую дрожь и осознание, насколько сильно он замёрз. - Мама? - дыша на пальцы, шёпотом переспросил Деал, нахмурившись. Маму он не ожидал. Мама это… бестактно. - А ты уверен, что это прилично? Пускать меня домой? Ночью? Эй!

Судя по уверенной ладони под задний - прилично. Для Джонни, не для мамы. Но Деал всё же сделал пометку при благополучном исходе вот этого “нормально поговорить” нанести визит родительнице его… бойфренда? любовника? друга? по всем приличиям, с цветами и сладостями. Конечно, уместнее была бы хорошая бутылка вина, но он помнил проблемы мамы Джонни с алкоголем, поэтому корзина с фруктами и действительно хорошими конфетами оказалась бы уместна к любому случаю.

Если, конечно, “нормально поговорить” не включит в себя разрыв отношений и посыл на все буквы алфавита разом. Об этом не хотелось думать, да и Джонни был настроен мирно, поэтому Деал послушно поднялся по лестнице, стараясь не шуметь и нашёл первую дверь, действительно, не пропустил. Включил свет и нерешительно замер посреди комнаты, осматриваясь.

Здесь всё знакомо и незнакомо одновременно. Он видел уже эту комнату, Джонни показывал, да и фон позади его кресла не изменился, всё тот же, но теперь он смотрел на него изнутри, с другой стороны камеры. В реальности. Это было… странно.

Деал расстегнул куртку, снимая её с плеч и, поискав место,куда бы повесить, просто положил на ближайший колченогий стул, шатко притулившийся возле двери. То ли его хотели выбросить, но забыли, то ли он всё ещё служил хозяину, выполняя какую-то важную миссию. Принимать на себя куртки гостей. Деал разделся и почувствовал себя обнажённым без мешковатого объёма - его размера не нашлось, пришлось брать чуть больше, рассудив, что чуть велико - не мало, и позволит надеть вниз ещё что-то тёплое и толстое. Зимы тут были холодные, Джон рассказывал. А под курткой на нём только тонкий жемчужно-серый пуловер из шерсти альпаки, с глубоким вырезом, мягко облегающий тело и чёрные обтягивающие джинсы с потёртостями. И он даже не пытался обманывать себя, что хотел произвести впечатление. Но в этой комнате с обычной, не дизайнерской мебелью, совершенно не идеальной, но живой, носящей отпечаток индивидуальности хозяина, не кричащей, и мягко рассказывающей небрежно брошенной на угол матраса чёрной футболки, чуть косо приклеенный плакат на стене без рамки, открытая пачка сигарет на столе, простая ручка с логотипом какой-то фирмы… Все это дышало Джонни, а он казался здесь настолько же чужеродным, как сотканный из света летний принц фейри в тёмном царстве зимы.

Но здесь было тепло, и Джонни, небрежно развалившись на матрасе и с кем-то переписывающийся, вызывал желание опуститься к нему и устроиться рядом. Деал выдохнул и обернулся к чайнику, занимая руки - и голову - чаем. Чай был очень кстати, он бы согрел не только снаружи, но и изнутри. Кружка одна, Джонни принёс только чёрный чай варварски заваренный в стеклянной колбе, но несмотря на такую стереотипную любовь к английскому напитку, который вообще конечно был китайским, Деал за свою жизнь какого только чая не пил. Даже русский, учился с ним парнишка из России, привозил с каникул ему разные коробочки с русскими названиями. “Тот самый со слоном” - Деал так и не смог понять зависимость наличия слона на коробке и качества, так как чай оказался самым обычным, индийским, бюджетным и с нижней части куста. Один из самых дешёвых. Зато крепкий и бодрящий. Ещё был майский, совершенно не связанный с маем и айван-чай, который “не чай, но прямо точно как чай”. По вкусу этот айван-чай напоминал поджаренную солому и совершенно точно не был похож на чай, но русские - очень странные. Это Деал понял уже на втором году обучения с ними.

И все они делали заварку,как Джонни, нечто крепкое настолько, что от одного глотка такого можно было получить сердечный приступ. Они его разбавляли кипятком, а когда он заканчивался, заваривали ещё раз, а в плохие дни - и ещё. Непостижимые люди. Деал на глаз то разбавляя, то доливая заварки смешал себе достаточную крепость и кинул в кружку три ложки сахара. Аккуратно и беззвучно размешал и сделал глоток. Блаженно выдохнул, когда горячая жидкость согрела внутренности. Кажется он промёрз до самого сердца. Или это просто так ощущалась тревога и волнение, по крайней мере ледяной ком, ворочающийся в кишках, никуда не делся.  И как бы ни хотелось забраться в объятия Джонни, он всё-таки сел в кресло, обнимая пальцами кружку. 

-  Зачем? - переспросил он, выстукивая указательным пальцем по фарфоровому боку какой-то ритм. - Не знаю, - честно ответил после минутного раздумывания. - Понял, что если женюсь, то пущу либо себе пулю в лоб, либо жене. Я гей, заводить семью с женщиной, это обрекать её на нелюбимого мужа, который будет трахаться за спиной с мужиками. И даже когда они говорят, о да, всё хорошо, я тебя не люблю, спи с кем хочешь, только создавай вид семьи, потом они понимают, что так невозможно жить. Я не хочу точно. Зато я точно знаю, что не хочу терять тебя. Я соскучился. - Деал поставил ополовиненную кружку на колени и взглянул прямо в глаза Джонни. Как бы ему ни хотелось не смотреть. Но такие вещи говорят прямо. - Я звонил тебе, писал, все эти месяцы. Пытался связаться, узнать, как ты. Сходил с ума от беспокойства, читал ваши местные новости, боясь увидеть какие-то происшествие и твоё имя. Хотел услышать твой голос, увидеть тебя. А потом просто понял, что должен быть рядом. Знаю, что нужен тебе. Больше, чем фирме отца и моей карьере. Поэтому бросил всё и приехал. Я люблю тебя. И хочу быть с тобой.

Признание слетело с губ проще, чем любая фраза до этого. Единственное, в чём он точно был уверен. Что точно знал и понимал. И что бы ни происходило в жизни Джонни, он должен был быть рядом. Помогать. Зачем? Почему? 

Знал.

Отредактировано Dealla Keegan (09-04-2019 14:57:29)

+1

9

Что неприличного могло быть в том. чтобы пригласить кого-то зайти с улицы? Особенно если этот долбоеб просидел черти сколько на холоде вместо того, чтобы просто зайти позже. Десять лет, но в некоторых моментах Киган все еще оставался для него непостижимым. Нет, не так - чем дальше, тем больше он становился непостижимым. Даже разделяющие их два года стали из забавной детали непонятной деталью. Дел уже три года как закончил все свои элитные общеобразовательные учреждения и за эти года успел не просто поработать, а построить настоящую карьеру. Перейти в статус "с минуты на минуту женихов". Принять много важных решений, имеющих вес в его жизни. Заработать приличные деньги. Но все еще выглядел так, будто был семнадцатилетним школьником. Школьником, который пересек Атлантику, когда с ним явно и недвусмысленно прекратили всякие контакты.

Джонни ненадолго замер в дверях с френч-прессом в руках, рассматривая сценку, выдернутую прямиком из старых клипов, годов этак восьмидесятых. Дел почти в центре комнаты - пульсирующий светлый контраст окружающей его приглушенной темной пестрости. Заклеенные вусмерть постерами - один поверх другого - стены недоуменно взирали глазами любимых групп на это светлое пятно, пытаясь понять, что здесь забыли перспективы, обретшие вид полноценного человека. Среди побитой жизнью мебели, среди чистого, но все же хаоса, излившегося из головы Джонни прямо в его комнату, среди разбросанных лоскутов его увлечений и убеждений, которые они совершенно точно больше не разделяли, как когда-то, когда бурно обсуждали философию анархизма на панк-форуме. Слишком красивый, чтобы вписаться. Слишком свежий и не побитый, чтобы не было жалко пачкать об это все.

Он был так удивлен, когда ему было... сколько-то там, когда обменялись фотографиями. Несмотря на разницу в два года, их возраста нельзя было точно различить, но точно можно было сказать, что они из разных миров. Он был поражен тонкими, аккуратными - почти модельными - чертами, очевидно не отфотошопленной фигурой и совершенно цивильным, не субкультруным внешним видом, едва ли соответствующим тому, о чем они разговаривали. Ждал он если и не унылого толстячка, то как минимум простого британского пацана блеклой внешности, каких тучи в рок-клубах, в вытертой черной футболке с какой-нибудь группой. А получил пару мокрых снов. Они много шутили на эту тему - как вообще их притянуло друг к другу так удачно, маскируя для самих себя, что именно внешность дала их отношениям новое направление, так не похожее на задрачивание в WOW по ночам и тусование по закоулкам сети. После этого границ как будто бы совсем не осталось, не считая реального физического расстояния между их городами. Они молчали, но того, что они делали, было вполне достаточно, чтобы не смущать друг друга подобными разговорами.

Невозможно было игнорировать чужой запах, особенно когда он закрыл дверь в комнату, Он расцвечивал вместе с ароматом чая рутинные запахи, с которыми он жил день ото дня и перестал замечать. Наверное, Джонни должен был бы злиться. Или хотя бы вспомнить, как вообще так случилось и в какой момент он пришел к мысли просто вычеркнуть Дела из своей жизни в надежде, что все сработает как надо, и эту жизнь все еще можно будет так называть и дальше. Наверное, должен был вспомнить, что тогда чувствовал. Но все, чего он мог добиться от своей душонки - это какое-то ленивое шевеление, нежелание работать и жажду обнимашек.

И мог достать из головы страх и желание прикоснуться еще раз, как ранее на крыльце, когда они держались друг за друга в поцелуе, не желая быстро отпускать после того, как он закончился.

Короткий разговор с Бенджи плохо справился с тем, чтобы отвлечь, и, ко всему прочему, сделал только хуже дурацкими намеками. Поэтому ответ он слушал, замерев и глядя снизу вверх на дела, сидящего в кресле, пытаясь... Да ничего он не пытался. Джонни совершенно не одуплял, что происходит и совершенно не мог понять, как отзывается в нем сказанное. Куски разговоров и событий никак не хотели склеиваться во что-то цельное в его голове, и все это венчало никуда вообще не вкорячивающееся признание в любви. Эмоции скакали и вертелись в голове, как в блендере - от их мельтешения тошнило, как от песни, которую не можешь вспомнить. А кленовым сиропчиком в этом мерзком смузи было то, что теперь ему просто хотелось отмотать назад эти четыре месяца и не делать то, что он сделал. Отвратительная слабость, которая подзуживала не говорить ничего, уткнуться лбом в чужие колени и так и сидеть молча, пока все само как-нибудь не станет понятно.

Почему Дел не понял?

- Но я же говорил тебе то же самое. Но ты не слушал, - Джонни оперся локтями на коленки и потер лицо ладонями. Оно все еще немного горело от перехода к теплу из холода. - Я знаю, что пытался. А ты знаешь, что это не случайность, и что я сделал это специально. Потому что так будет лучше. Было.

Он потянулся к своей кружке, спрятанной рядом с матрасом, затем достал оттуда же сахарницу с металлической трубкой, которую он прихватил из придорожного кафе по дороге в Салем. Но в груди продолжало вихриться адское месиво.

- Черт, - единым движением он резко поднялся с матраса, делая два шага туда и обратно, пытаясь как-то ускорить мыслительный процесс. - Черт, Мотылёк... Ты правда думаешь, что мне нужен спаситель? Ты не сможешь спасти меня от жизни. Я... - он остановился перед креслом, в котором сидел Дел, обнимая свой чай, и тяжело оперся на подлокотники, нависая. - Это тебя надо спасать. От меня.

+1

10

И всё же с ним спокойно. С Джонни. Даже не смотря на то, что их больше не разделяли мили и статические помехи, что они по-настоящему впервые видели друг друга, что касались и целовались, ощущая не себя, а чужого. Тело второстепенно, для Деала душа всегда была на первом месте, он подружился с Джонни раньше, чем влюбился в него. В конце концов секс с телом можно было получить когда угодно и почти от кого угодно, в правильных местах Деал мог выбирать, а не ждать, когда выберут его, предложить ему было что. Но это просто секс. Иногда случались даже чувства, и всё равно не то. Джонни - иное, он часть его души, его порочная и мятежная сторона, тёмный ангел, подталкивающий к пропасти. И Деал это знает. Понимает. И принимает. Никто не знал Деалла Кигана лучше, понимал и принимал. Со всем его аристократическим старомодным акцентом, корпоративным этикетом и частными школами. А он принимал Джонни, с его мрачным, тяжёлым и местами уродливым миром. Они разные настолько, что совершенно одинаковые если содрать всю их шелуху и корку, обнажая истину.

Они идентичные. Две части одной души. Деал запачкан настолько, насколько Джонни чист. Ни капли больше. И если тот это не понимает, что ж, он объяснит.

-  Нет, не было мне лучше без тебя. И не будет. Но ты как всегда всё сделал по своему, не спросив меня. Не узнав, что произошло, ты просто сбежал, предав наши чувства и десять лет дружбы, поэтому я пошёл следом за тобой. И догнал.

Деал пожал плечами, словно то, что он говорил, всем очевидные факты, которых не понимал только Джон. У него было достаточно времени, чтобы всё обдумать, прежде чем решиться на этот шаг. Достаточно времени, чтобы осознать степень своей влюблённости и… некоторой зацикленности на Джонни. Он не собирался врать себе и говорить, что нет. Он всё ещё каждое утро проверял телефон, ожидая увидеть приветственное сообщение от Джонни. Всё ещё фотографировал для него и вёл инстаграм, слал сообщения в телеграм, который уже четыре месяца был оффлайн, отправлял записи голосом и видео. Деал даже не пытался смириться с тем, что его отключили от чужой жизни одним движением мышки. Он пережил удар, оправился от него и подключил себя сам.

Если понадобится, то он станет чёртовым вирусом в их виртуальной любви, который воспроизводит сам себя, как его не стирай.

-  Ты ведь даже не стал узнавать подробности, просто свалил, не знал бы я тебя, так как знаю, подумал бы, что ты ревнуешь. Но я тебя знаю, злился, что я прогнулся, позволил системе управлять мной. Да, я позволил, и тебе не понять, не потому что ты глупый, совершенно нет, а потому что эту жизнь изнутри никогда не видел, даже не стоял рядом с ней, а в ней рос, принимал её, учился быть частью её. И каким бы не было решение отца, я не мог устроить скандал, опозорить его перед всеми партнёрами, показать его слабость, потому что как бы то ни было, я всё ещё его сын. И наследник огромной корпорации. Хотя, - хмыкнул Деал, - это уже устаревшая информация. И я не мог начать устраивать разборки сразу же, мне нужно было осмотреться, всё решить и подготовиться. Познакомиться, в конце концов, со своей невестой. И потом решать, что делать. Я подумал. Я звонил тебе чёртовых шестьсот двадцать три раза, хотел уже до числа Зверя довести, но подумал, что это будет несколько пафосно и истерично.  Я разговаривал с Тесс, ей, кстати, не нравятся блондины, она с каким-то негром трахается, который младше её настолько что только пару месяцев отделяют её от тюрьмы. Она классная, тебе бы понравилась. Думаю, что с ней бы я мог даже договориться на секс с мужчинами за дверьми нашей спальни, но… Я не хочу. То, что я понял, что наши жизни настолько разные, что не пересекутся никогда. Да даже у моего конюха было больше шансов стать моим любовником при живой жене, чем у тебя. Это нереально. А я хотел сделать тебя реальным. И если ты не мог привезти свою жизнь в мою, то я привёз свою к тебе. Я не хочу тебя спасать. И меня спасать не надо, разве я сказал, что хочу быть спасённым? Я сказал, что люблю тебя. Но, быть может ты не понял из-за акцента. Так я повторю, мне не сложно. Я. Люблю. Тебя. И хочу быть с тобой. А ты - со мной. Остальное не важно.     

Деал одним долгим глотком допил чай, наконец-то чувствуя, что согрелся. Не только снаружи и изнутри, а оттаяли чувства, перетянутые нервы и сердце снова начало биться как надо. Правильно. Отставил кружку на стол и поднял голову, подаваясь вперёд. У Джонни совершенно невероятные глаза, самые красивые, которые он когда-либо видел, Деал однажды купил на каком-то развале в Индии кулон с оправленным в серебро серым прозрачным кварцем, ярким и без единого изъяна в цвете и структуре, он напоминал ему о глазах Джонни. Ни одна фотография и камера не могли до конца передать их истинную красоту, и он бухнулся в прозрачный дым как в горное бездонное озеро, утопая…

-  В последнюю нашу встречу Тесс отдала мне свадебную подвязку, - тихо произнёс он, глядя ему прямо в глаза и касаясь своим дыханием губ. - Которую должна была надеть на свадьбу. С пожеланием долгой жизни и отличного секса. У тебя есть шанс её увидеть, - пошловато улыбнулся Деал, коротко касаясь языком губ Джонни, - если ты, конечно, хочешь узнать, как я ощущаюсь по эту сторону экрана.

Отредактировано Dealla Keegan (18-04-2019 16:59:43)

+1

11

- Вот поэтому не спросил. Ты говоришь, что я предатель, но никто за предателями не следует по пятам. Ну, разве что прикончить за нож в спину. Это ж абсурд.

Любовь не объясняла противоречивого поступка и погони за человеком, который уже вроде бы как разбил тебе сердце. Что-то типа инстинкта самосохранения - стараешься не ходить туда, где на тебя уже свалился камень, чтоб не разнести еще раз то, что и без того склеивается с трудом после первого раза. Джонни верил во вторые шансы, но во вторые отношения - нет. Люди меняются, конечно, но дело не только в самих людях, когда не клеится - дело в том, насколько это и правда нужно. Правда, это все лирика и не их случай - нельзя сказать, что у них были и первые отношения. Только предательство.

Джонни себя предателем не считал. У предателя всегда есть выгода - ну хоть какая-то, хоть самая завалящая. Но какая выгода была у него? Спасти себя от боли? Это что-то механическое. Что-то механическое, совершенно не сравнимое с тем, что он испытал, принимая решение. Не сравнимое с тем исходом, что он видел до решения спустить концы в воду, и с той паникой, которая сдавливала ребра ладонью великана, когда он физически ощущал, как десять лет ускользают от него. Как ускользает из зоны видимости его лодки без руля берег, которого он всегда держался. Как теряется маяк. Он вроде бы видел его свет в ночи, но свет подавал странные сигналы, которые Джонни не понимал. Сигналы для больших кораблей, которые умеют рулить, с профессиональными лощеными капитанами, с пассажирами и ценными грузами на борту. Лощеные капитаны были обученными и сигналы явно понимали, он не одуплял ничего и забыл, где порт. Да и если бы вспомнил - у лодки-то руль сломался.

Тоска была настолько сильной, что он промахивался мимо струн и говнял аккорды, с которыми справится и пятиклашка. Был сам не свой. И не был способен оставаться нормальным. Отчаянье вспыхивало пламенем, пока он чуть не спалил весь дом, каким-то чудом погасив огонь до того, как и правда что-то случилось. Прощай, подшивка фензинов за май. Хороший был месяц.

Но все это было несравнимо по ощущением с холодом будущего. И все же он несколько месяцев набирался смелости сделать шаг. Набирался смелости пнуть распускающего нюни, жалкого себя, трясущегося от страха, одинакового, и что уходи и что оставайся. И уже тогда знал, что нет смысла говорить об этом с Делом. Это сделало бы только хуже. Наполнило их старый мир, который он хотел сохранить у себя в голове навсегда, фальшью и попытками играть в самих себя в подростковом возрасте. Агония длилась бы годами, пока он опять не вернулся бы мыслью к "суициду" себя в этих отношениях, только уже истощенный.

Казалось, безрассудное решение в пользу никого из них разорвало порочный круг, но, как оказалось, нет. А приезд Дела - да? Как почувствовать, что ты больше не во временной петле?

Он бездумно ковырял гриф побитой жизнью гитары, увлеченно наблюдая за собственными пальцами, но все-таки снова глянул на Дела. Тот не просто был светлым на темном, но как будто решио сегодня оправдывать свое старое прозвище. Того и гляди чертовы крылья прорежутся с почти невидимыми прожилками и причудливым серым узором.

- О да, сложный мир взрослых больших дядей и огромных корпораций, в котором нет места ничему человеческому... - Джонни закатил глаза. - На моем месте, знаешь ли, у тебя было бы дохуя поводов злиться. И раньше или позже, но ничего хорошего меня бы не ждало в любом случае.

Да не хотел он никаких разборок! Стоять на своем - это не значит лупить гитарой по сцене и обливать неугодных пивом, топать ножкой и орать матом в микрофон. Все это хорошо только на сцене, чтобы выплеснуть... всякое. В реальности ты рисуешь плакатик и пиздуешь на митинг. В реальности - ты пытаешься изменить то, что тебе не нравится, или вносишь посильный вклад в эти перемены. Кстати, Дел там тревожился за рабочих в компании отца - а что насчет всех тех ребят, которых увольняли после того, как эта самая компания его отца поглощала фирмы, где они работали? Сотни и тысячи сотрудников. Дел сам рассказывал ему об этом и был недоволен. Джонни даже погуглил.

- И какая, на хрен, ревность, что я, не знаю что ли, что ты голубой как вода в бассейне пятизвездочного отеля в Эмиратах? - Джонни хмыкнул, но кривая улыбка все-таки разрезала лицо.

Он выпрямился, убирая руки с подлокотников, и прянул назад - слишком близко, чтобы еще раз слышать "три волшебных слова, которые хотят услышать все". Не потому что ему не нравится, а потому чувства почти поверили, что он все-таки предатель. На них так легко давить. Особенно, когда им хочется быть отдавленными. Джонни плюхнулся обратно на матрас, откидывая плащ на колченогий табурет - тот почти зацепился за куртку Дела, но все равно шлепнулся на пол, присоединяясь к какому-то сборнику нот. Ну да и хрен с ним.

Когда пол почти под задницей - дальше падать некуда. Так что Дел тоже, кажется, решил поменять свое место на матрас. Или просто снова сократить сантиметры между ними максимально недвусмысленным способом. И убить этот разговор, который заставлял думать-думать-думать. Джонни не до конца понял, что тот говорил - ему было достаточно чужого тепла совсем рядом и дыхания, обжигающего губы. Он запер его своими в чужом рту. Желание, которое, по-идее, не существовало, вспыхнуло ярко, приведя неподвижное тело в движение. рука сама потянулась к чужому боку, взъерошивая нежную шерсть свитера. Будто гладишь какую-то домашнюю мелочь типа шиншиллы. Или гладишь настоящего мотылька...

Он улыбнулся в неспешный поцелуй, забираясь под свитер и проходясь по тонкой, почти нежной коже поверх подтянутых мышц. Реальность по эту сторону экрана ощущалась куда лучше, чем острые пиксели. А перетекающие один в другой поцелуи все еще были лучше разговоров и служили прекрасным оправданием, чтобы отложить обдумывание всех их важных вопросов на потом. Второй раз за один вечер. Даже если он не предатель и не трус, то все равно отменно умеет сбегать. Он просто escape artist. Гудини за это получал, между прочим, очень много денег и славы.

Сидеть с полураздвинутыми ногами не особо удобно, как бы ни было прекрасно созерцать изгиб идеально ровной спины Дела между поцелуями. Джонни решил это исправить, извернувшись и распластав того лопатками поперек матраса, снова нависая и прижимая бережно запястья к одеялу. Рассматривая внимательно. Он даже не знал. что в этот момент точно изменилось, но мог точно сказать, что смотрел теперь как-то по-другому. Выискивая непонятно что.

- Я в свадебных традициях не очень... Поэтому просто раздену целиком и найду, где она.

Противоречия этой ситуации даже не пытались прийти в равновесие. Да и хер с ними! Когда он вообще был хоть немного уравновешен в этой жизни?

0


Вы здесь » Arkham » Прошлое » $RECYCLE.BIN > C:\Users\Admin\Love