Poenitentia: GM до 22.07
Necessary evil: Theo Ives до 22.07
Last chance: Adam Hoult до 25.07
08.07 Из последнего объявления можно узнать о небольших изменениях.
19.06 Не проходим мимо новостей. Обращаем внимание на новую акцию.
06.05 Перекличка и многие другие приятные новости с:
01.05 Первомайские новости и очередные изменения
24.04 Не проходим мимо, расширяем Аркхем описанием своих любимых мест
19.04 Любуемся трейлером к предстоящим событиям, а заодно спешим узнать новости о пополнении среди АМС
18.04 Недельное объявление. Не упустите возможность придумать свой стикер!
12.04 Просим всех обратить внимание на свежие новости и предстоящие события. Начинаем готовиться к переводу времени с:
01.04 Мы решили немножко пошалить ;) С 1 апреля!
25.03 Мы меняем дизайн и поздравляем Лота!!!
О всех найденных ошибках и пожеланиях можете сообщить в теме баг-репорта!
Дорогие гости, добро пожаловать в «Аркхем». Мы играем мистику, фэнтези, ужасы и приключения в авторском мире, вдохновленном мистическими подростковыми сериалами, вроде «Волчонка» и «Леденящих душу приключений Сабрины», и произведениями Г. Ф. Лавкрафта.
[AU] Look in the back

Кэтрин Миллер & Роберт Альтман
полезные ссылки

Arkham

Объявление


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Arkham » Сгоревшие рукописи » The House of the Rising Sun


The House of the Rising Sun

Сообщений 1 страница 8 из 8

1


http://funkyimg.com/i/2RbQX.gifhttp://funkyimg.com/i/2RbPx.gifhttp://funkyimg.com/i/2RbPy.gif

Элазар, Лот и Персефона (Эстервуд) Уайтферн
ноябрь 1863 год, , Аркхем


О тонкости грани между семейным ужином и допросом

Отредактировано Lot Whitefern (11-02-2019 00:17:08)

+4

2

- Никаких повозок с нажитым имуществом, только он сам и какая-то девица? Она беременная?
Мистер Уайтферн сидел в ночной рубашке опустив ноги в медный таз с горячей водой, по комнате плыл легкий лавандовый флер. Лаванда, лаванда, лаванда. Сначала Амелия помешалась на ней, а потом и Уильям. В доме почти все пропахло этой мерзкой травой, в доме почти все было этого отвратительного цвета. Это был цвет безделья, потому, что занятые люди не устраивают ремонт, не меняют каждый месяц интерьер в комнатах.
- Он прибыл один, никакого имущества с ним нет.
Слуга продолжил омывать ноги господина теплой водой, а Элазар усмехнулся и подняв голову посмотрел на картину, где они были изображены с братом. Художник явно не перетрудился, когда рисовал близнецов Уайтфернов. Колдун стал постукивать массивным перстнем по ручке кресла, он дал достаточно времени племяннику привыкнуть о обстановке родного дома. И это ему Лот был обязан молчанию в доме, ведь победи Конфедераты, сейчас Элезар бы пил шампанское в Ричмонде и лез целоваться к президенту Дэвису Джеферсону, а Уильям и Амелия играли бы в бридж или принимали бы лавандовую ванную, а потом бы открывали шампанское и лезли целоваться к Лоту. Но вместо этого Уильям поехал обниматься с Абби Линкольном, который наверняка произносил сейчас занудные речи и благодарил семью Уайтфернов за щедрые пожертвования и непосильную помощь. Война и голод дела высокодоходные.
Элазар резко встал и оставляя мокрые следы на паркете из мореного дуба отправился прямиком в зал, спускаясь по лестнице он прислушивался к мерному эху, которое напоминало шипение змей. Надежды не оправдались. На медвежьей шкуре не было переплетенных тел, приборы были на столе, а не раскиданы и племянник с его гостьей, а не заложницей) были прилично одетыми.
- Нас прокляли… Почему из этого дома пропал разврат Годрик?
Он повернулся к слуге, который шел за ним следом и нес чистые полотенца безразлично протянул.
- Кухарка, она все еще …
Элазар нахмурился и прервал слугу.
- Самодеятельность не считается искусством Годрик
Он подождал еще минуту, а потом величественно стал спускаться по лестнице, совершенно не смущаясь своей белой ночной сорочки и белого колпака (это был антилавандовый бунт). Он молча спустился, похожий на фамильное приведение и уверенно зашагал в сторону прямо к племяннику.
- Лотик, Лотушка, ты вернулся!
Он обнял племянника и похлопал его по спине, затем повернул его, так, чтобы его лицо было освещено, чтобы разглядеть получше.
- Когда ты прибыл? Ты, наверное, голоден?
Он отпустил племянника из своих объятий, а потом стал щелкать пальцами.
- Разбуди срочно Аду
Слуга ничуть не изменился в лице.
- Сэр, она будет недовольна.
Уайтферн рассмеялся, а потом снял колпак и бросил его в Годрика, показывая, что меньше всего его сейчас волнует настроение кухарки, он снова обнял Лота.
- Вы такие грязные, особенно эта юная леди. Она твоя…
Элазар расплылся в улыбке, всем своим видом показывая доброжелательность, он отпустил племянника, а потом бодро развернулся на 180 градусов так, чтобы видеть спутницу племянника.
- Простите меня юная леди, я абсолютно бестактный. Радость от прибытия этого юного сэра вскружила мою старую голову. Забыл представиться, я Элазар Уайтфер, дядя этого юного героя и я бы поцеловал вашу прекрасную ручку, но скорее всего эта часть этикета уже давно не в моде.
Не дожидаясь пока она ответит, он хлопнул в ладоши и хитро прищурился.
- У нас есть роскошная ванная, в которую легко поместятся два человека. Мне приказать чтобы согрели воду?

+4

3

Дьявол, как известно, кроется в деталях. Впрочем, относительно своего дяди Лот уверен не был. И надо полагать, вопросом о том, не Дьявол ли Элезар Уайтферн задавался не он один. Но если не владыка Преисподни собственной персоной, то черт из табакерки - наверняка. Иного объяснению манеры дяди возникать в любое время, в любом месте и делать при этом вид, что там он был всегда, Уайтерн найти не мог.
Когда они только приближались к дому, Лот увидев свет в окнах на верхних этажах уже знал, кого они найдут в доме. Колдун улыбнулся, идущей рядом Персефоне. Этот месяц оказался крайне богат на гостей.

Свечей и лампад не жалели. Холл и гостиная несмотря на поздний час были освещены так будто они припозднились на званный ужин. Не хватало только смычкового квартета, слуг в напудренных париках и ливреях времен войны за Независимость и, пожалуй, бутылочки Мадам Клико. Впрочем, Лот не удивился бы встреть их дядя в компании именно этой дамы. И еще парочки из веселого дома. Возможно, привезенных из Бостона специально по случаю. На сколько помнил младший Уайтферн любезный дядюшка не привык отказывать себе в чем-то и в прошлый раз доставил дам из Нового Орлеана, настаивая на их исключительных преимуществах. О чем и поспорил с мэром. Разумеется, выиграл. Ту самую шкуру, что нынче пылилась у камина. Впрочем, в этот раз, все разумеется, было  куда оригинальней. Элазар Уайтферн был непредсказуем, а повторения считал дурным тоном по тому сегодня важно сошествовал с лестницы всего лишь в обществе дворецкого и ночного колпака.

-Здравствуй, дядя.- улыбнулся Лот, отвечая на объятия, -Отец говорил, ты сейчас в Бостоне, приятный сюрприз. 
На предложение разбудить мадам Аду Лот лишь сочувственно улыбнулся обреченному Годрику. Милосердие в семье Уайтферн было не то, что бы ни в чести. Скорей его понимали весьма своеобразно.
-Почти две недели назад, дядя. Время летит так быстро... - исполняя обязанности хозяина, если не положения, то хотя бы дома, Лот повернулся к своей спутнице. - Мисс Эстервуд. Она- моя… постоялица. - он окинул взглядом Персефону, словно ища то, что дядя счел «грязью». - Мисс Эстервуд изъявила желание постичь азы некромантии. - пояснил он, найдя все же за что зацепиться взгляду. Крохотный комок земли с торчащими прошлогодними травниками, замерзшими, но не пожухлыми. А по тому, все еще зелеными. Той неестественной зеленью, что было свойственна «миру Смерти» - части Астрала доступной лишь некромантам. - Мы как раз вернулись с первого урока. На кладбище. - пояснил он светским тоном. Первым уроком была отнюдь не магия. Уважение к Смерти. Но дядю интересовали ведь совершенно иные подробности.
Пока старший Уайтферн раскланивался с новой знакомой и делал предложения от которых, как ему могло показаться, невозможно отказаться, Лот отошел к столу, оценил стоящий там графин с бренди и разлил его по бокалам. Взял свой, справедливо полагая, что молчаливого приглашения остальным присутствующим достаточно.
- Дядя, - хмыкнул он, - общественные бани - совершенно точно прерогатива дней давно минувших. Ты слишком много времени проводишь в Древнем Риме.

+2

4

Неделя жизни в доме Уайтферна была странной. Даже каждый отдельно взятый день был странным. Да что уж там, каждое утро и ночь, когда приходилось тянуть на себя одеяло на так и не поделённой кровати или ненавязчиво пинать мужчину рядом, что бы тот не раскидывал свои длиннющие ручища - уже были... странными. И не то, чтобы она от этого чувствовала какой-то дискомфорт или смущение, в принципе посещавшие ее слишком редко и в такой малой концентрации, что зачастую проходили так никем и не замеченными. 

Хотя были и вещи способные смутить мисс Эстервуд с удивительной лёгкостью. Взрослые дяденьки например. Такие, которым стоило просто к ней обратиться, что бы заставить ее чувствовать себя по меньшей мере пятилетней. Едва ли ее и так можно было назвать взрослой, да и сама она себя такой не считала, но в их присутствии Персефоне хотелось срочно хорошенько вымыть руки и лицо, чтобы не остаться без конфет и горячего молока перед сном.

Персефона подавила желание заявить, что она никто иная, как его сестра, смутно догадываясь, что что-то тут не будет сходиться, выдавая небольшую ложь.

Не было никакой необходимости дожидаться представления, чтобы понять, кто перед ней стоит. Ни в том, что этот человек носил соответствующую фамилию, ни в том, что из двух братьев это был явно не сэр Уильям - не было сомнений. Во-первых, Персефона даже не сомневалась, что лет через двести Лот будет выглядеть точно так же (хотя на счёт сорочки с колпаком она уверена не была), а во-вторых, насколько она помнила Уильяма Уайтферна - тот никогда так радушно не улыбался. Или по крайней мере она не была удостоила счастья это лицезреть. Персефона теперь в полной мере понимала, что означает фраза "у них не было ничего общего, кроме лица".

— Ну тогда, наверно, я должна поцеловать вашу, - бездумно выдохнула Персефона, и решила, что до конца дня ей лучше помолчать.
Мисс Эстервуд сконфужено улыбнулась, и в то время, пока мужчины переговаривались между собой попыталась незаметно отряхнуть платье, подозревая, что два часа посреди всех прикрас кладбища едва ли сделали ее симпатичнее.

Девушка скептически покосилась на по меньшей мере шесть футов самодовольства в лице младшего Уайтферна.
- Я сомневаюсь, сэр, что он туда и в одиночку-то поместится.
В памяти как-то невовремя всплыло "а теперь копайте", и Персефона на секунду раздраженно покривила губами, приходя к очевидному выводу, что ей нужно выпить.
Мисс Эстервуд осторожно, будто боясь вообще лишний раз двигаться, присела на край обитого зелёным шелком стула. Всего их было десять таких и они ужасно ее раздражали своим цветом настолько, что она уже третий день подумывала как их ненавязчиво испортить, вынудив купить новые. Может, тот несчастный один алмазов будет потрачен впрок.
— Вы... Останетесь теперь здесь?
План со стульями, очевидно, нужно было менять, в конце концов они могли нравиться почтенному господину, расстраивать которого у Персефоны не было никакого желания.
Девушка хмурясь внимательно посмотрела на отведённый ей стакан, подумала немного и залпом опустошила. После этого стоило пожелать всем хорошего вечера и исчезнуть, но теплом разливающаяся  внутри жидкость настойчиво пожелала увеличить своё количество.

+2

5

- Эстервуд!
Мужчина загадочно усмехнулся, а потом постучал перстнем по столешнице. Три раза.
- Старина Алистер Эстервуд. Хах, - Элазар перевел взгляд на гостью своего племянника, словно пытался определить, насколько на похожа на своего отца, или больше похожа на мать. Или на того парня с фермы. У каждой семьи есть свои тайны.
Люди делились на порочных и их поклонников. Порочные люди делали все, что хотели, совершенно не опасаясь ни за свое доброе имя, ни за последствия своих поступков. Они прикрывались своим именем, своим влиянием, богатством, умением заткнуть любой рот, ну или грубой силой. А их поклонники лишь наблюдали за порочными людьми, но боялись перешагнуть грань. Они опасались за свое имя, свое влияние, свое богатство, за то, что им могут заткнуть рот, возможно даже с помощью грубой силы. Все определялось действием, ты или его совершаешь, или нет. О чем стоит задумываться? О пересудах? Или что это станет известно кому-то? Плевать, если тебе это не могут сказать в лицо. А если смогут? Смотри пункт о том, что рот можно закрыть любому. Элазар Уайтфер принадлежал к кругу порочных людей, сверхпорочных, как и его брат Уильям, как и его сноха Амалия. Лот был типичным Уайтферном, который делал все, что пожелает нужным. Но война никогда не бывает простой и веселой прогулкой, она всегда меняет людей. За игрой в покер, Амалия подняла этот вопрос, попросив Элазара внимательно присмотреть к «наследнику Тутти». Первое испытание прошло успешно, глядя на самодовольное лицо Лота, добрый дядюшка первым делом подумал, что тот явно непохож на испепеленного войной морального инвалида.
По городу ходили слухи о том, что у Эстервудов один из детей уехал из Аркхема. Официальная версия была выдуманной, а реальные слухи обросли домыслами и фантазиями. А поэтому сам факт присутствия прекрасной рыжеволосой Персефоны в этом доме обрастал самыми разными домыслами уже у самого мистера Уйтферна. Что. Она. Здесь. Делает. И знак вопроса.
Молодежь пошла такая, что на прямой вопрос они бы наверняка отшутились и указали бы, что мол не твое дело престарелый извращенец, поэтому Уайтферн сидел и рассматривал пальцы на ногах и как бы ненароком бросил фразу:
- Да, я задержусь здесь, - он пошевелил большим пальцем на ноге, - Не хочу принимать участие в лавандовом безумии матери Лота. Признаю ее право сходить с ума, но участвовать в этом…
Он смерил взглядом Лота и расплылся в улыбке.
- Тебя ждет полный гардероб. Маменька заказала тебе обновки, шили по старым меркам и у тебя есть шанс не влезть в эти шедевры, - он хохотнул, - Темно-лавандовые двойки, светло-лавандовая рубашка и нежно лавандовое белье.
Он расплылся в улыбке и посмотрел на девушку.
- Можете себе представить Лота в лавандовом? – он расплылся в улыбке, а потом и вовсе рассмеялся, - Некромантия? Все настолько серьезно? Я не настаиваю на подробностях и даже больше, не желаю о них знать, - что обозначало «хочу знать все и теперь ближайшее время я буду высматривать, подглядывать и если надо обнюхивать всех мест где вы были вместе», - Как вы познакомились?  Вы говорили своим родителям о том, что водите... ээ... ходите по кладбищам вместе с Уайтферном? И да, в ванную может залезть половина Аркхема, она удобная. Не верите мне, можете проверить это.
Элазар два раза стукнул перстнем по столешнице, а потом даже не оборачиваясь крикнул.
- Годрик! Ада! Сколько можно ждать! Сюда, живо!

+2

6

Лавандовое безумие матушки и просто, с детства привычное, дяди. Семья Уайтфернов - несомненно самая замечательная на свете. И примечательная. За это определенно стоило выпить. Что Лот и сделал. Мисс Эстервуд тоже последовала его примеру. За что пила она осталось тайной, но сделала она это очень уверенно.
Колдун посмотрел на нее, на опустошенный ею залпом бокал и без лишних слов, выдвинул стул, дабы дама могла найти в нем подходящую опору. После чего, из интереса скорее научного, наполнил ее бокал снова.

Лот улыбнулся дяде, который привычно желал знать все и задавал вопросы с такой скоростью, будто ответы были ему не нужны. Впрочем, младший Уайтферн относился к числу тех редких личностей, которые готовы были давать даже те ответы, особенно те ответы, которые никто не пожелал бы слышать. Должно быть это была некая семейная особенность. Обеспечивающая, тем не менее удивительную гармонию в доме магов.
- Я убил сердечного друга мисс Эстервуд в их доме. - улыбка колдуна была светла и безоблачна. - Сам понимаешь, дядя, на войне как на войне. А мистер Крамер предпочел не другую сторону. - он сделал еще глоток из своего бокала, наслаждаясь пряным ароматом с нотками дуба и можжевельника. Отличный напиток. Лет, двадцать пять выдержки. Если, Уайтферн еще не разучился различать оттенки вкуса благородных напитков. - После чего, мисс Эстервуд пребывая, вероятно в расстроенных чувствах, попыталась утешиться скормив меня гулю. Что как ты можешь заметить не увенчалось успехом. В основном по тому, - улыбка на лице некроманта не погасла ни на мгновение, - по тому, что ей самой едва не отобедал ругару. Я ничего не упускаю, мисс Эстервуд? Вам долить? - любезно поинтересовался Лот.

+1

7

Персефона с трудом представляла, что за человек способен назвать Аластора Эстервуда "старина". Но мистер Элазар, очевидно, был человеком весьма...нетривиальным. Девушка из-под полуопущенных ресниц задумчиво осмотрела мужчину, пытаясь оценить, что бы тот мог рассказать после этого визита, и стал бы делать это вообще. Перспектива того, что даже после своего, хм, отбытия из отчего дома, она имеет возможность довести папеньку до типового бешенства - вдохновляла, приятно грея душу.
Персефона поднялась, потянувшись к графину, но Уайтферн ее опередил и она лишь послушно пододвинула стакан. Не занимай в гораздо большей степени ее мысли возможность вылить на голову мистера Эстервуда целое ведро ужасных сплетен, она бы, наверняка,  возмутилась и сказала, что вполне способна самостоятельно наполнить свой стакан. Но вместо этого рассеянно подняла к губам, стукнувшую о зубы стеклянную кромку, делая большой глоток и внимательно следя, как присаживается Уайтферн. Полагалось, разумеется, вникать в трагический рассказ о безумии миссис Уайтферн, но она сама считала, что лавандовый - очень хороший цвет, и запах у масла этих цветов тоже, пожалуй, ничего.
- Ужасно, - кивнула Персефона, медленно обошла ужасный зелёный стул, пробежавшись пальцами по спинке, на котором сидел Лот, сделала ещё один большой глоток и аккуратно присела на колено. 
Креслу Уайтферн фатально проигрывал, более неудобного колена, мисс Эстервуд никогда не встречала, хотя в общем-то сравнивать ей было особо не с чем, но она была уверена, что все остальные колени в мире, естественно, лучше.
- А мне кажется, ему непременно нужно порадовать матушку и ближайший месяц ходить лишь в том, что она для него заказала. Нельзя ее расстраивать, верно?
Персефона не до конца понимала, на что сама рассчитывает, на то, что Уайтферн как на духу выложит всю историю, как она есть или же придумает что-то совершенно другое. Тот пошёл по первому пути, и девушка почувствовала невнятный укол недовольства. А уж то каким тоном он говорил о Джеймсе и вовсе заставляло больно впиться ногтями в чужое плечо.
Мисс Эстерсунда выдавила что-то весьма отдаленно напоминающее улыбку.
- Нет, что вы. Вы предельно точны. - сухо процедила девушка снова поднося стакан к губам, чтобы допить и затем кивнуть на предложение, - Ну а что же вы не хвастайтесь, как героически спасли меня?  Ваш племянник настоящий герой, - саркастично добавила девушка

0

8

Что такое неловкость? Это когда в помещении, где находятся трое, слышно, как горит свеча. Элазар постукивал пальцами по столу, чтобы хоть как-то скрасить неловкость возникшей ситуации, которая прерывалась лишь спутанными историями Лота и замечаниями его спутницы.
Что может избавить от неловкости, скованности и косноязычия? Конечно же алкоголь. Не тепло добрых отношений согревает тебя одинокими вечерами, а что-то крепче 40 градусов. Не добрые улыбки родственников, не смех детей радует тебя, а пару бутылок, чтобы хоть немного оторваться от суровой реальности. Не навыки социализации, а алкоголь делает тебя ближе к понравившемуся тебе человеку. И когда ты теряешь не просто нить разговора, а само понимание происходящего то стоит просто взять бутылку, плеснуть себе в стакан янтарного напитка, выпить его тремя глотками, налить еще, а потом покрутить его в руках, делая вид, что ты солидарен с ходом беседе, ты в теме и в тренде.
- Гули? Гули-гули? – Элазар покрутил в руке бокал, меряя взглядом то племянника, то его спутницу, - Гули - птички, или гули- монстры?
Он сделал еще глоток, а потом вернулся к столу, облокотившись он стал пить алкоголь мелкими глотками, как часто делают дети, которые не хотят есть, а хотят побаловаться.
Элазар втянул носом воздух и уставился на парочку, которая вела себя слишком откровенно для совместного приключения и одной прогулки по кладбищу. Третий лишний? Нежданный и незваный гость в уютном особняке племянника, так некстати спрятавшийся здесь от своих родственников.
- Вам невыгодно, чтобы он одевал эти лавандовые наряды. Неудобные застежки.
Но Элазара было не остановить, он не собирался даже на минуту становится серьезным, собранным, интересующимся, а тем более тактичным. Хитро прищурившись, он при этом еще и ехидно усмехнулся.
- Это все приключенческие истории, мне они не интересны. Когда ты живешь достаточно долго, то все эти забавы становятся скучнее чем игра в бридж. Было ли что-то пикантное? – он сделал маленький глоток, чтобы скрыть ухмылку, - Человеческие страсти интересней гуль, интересней ругару и интересней войны. Не так прибыльно, но интересно.
Эмоции действительно привлекали Элазара Уайтферна, он любил нервировать нервных, не любил сглаживать углы. Он и сам понимал, что становится очередным чудаковатым и вздорным стариком, но ничего не мог с этим поделать. Чем больше было неудобно визави, тем лучше было Уайтферну. И при этом он совершенно не стеснялся этого. В конечном итоге, все присутствующе здесь закончат свое существование шаркая ногой и бурча под свой нос откровенный бред (в глазах младшего поколения конечно же).
- Я старый эротоман, люблю клубничку и занимательные истории, - он вернулся в свое кресло и вульгарно закинул ногу на ногу, - Что-то, что делает нас всех почти родственниками. Или это мимолетное увлечение и через пару недель никто и не вспомнит о том, что было? – он сделал еще глоток, а потом расплылся в улыбке, - И если нечто подобное действительно было, то я с удовольствием об этом послушаю. Прямо сейчас.

Отредактировано Eleazar Whitefern (10-05-2019 20:32:55)

+1


Вы здесь » Arkham » Сгоревшие рукописи » The House of the Rising Sun