14.02 Новое объявление администрации, поздравительное. Непосредственно поздравления и признания ищите в блокноте приятностей.
11.02 Новое объявление: у нас праздник, но подарок, кажется, будет завтра ^^
Дорогие гости, добро пожаловать в «Аркхем». Мы играем мистику, фэнтези, ужасы и приключения в авторском мире, вдохновленном мистическими подростковыми сериалами, вроде «Волчонка» и «Леденящих душу приключений Сабрины», и произведениями Г. Ф. Лавкрафта.

На форуме может присутствовать контент 18+
Квест: призрачная охота

Множество активных героев, которые не побоялись рискнуть
Активисты недели:
Новый рекорд Аркхема:
Стоит обратить внимание:
Мы не знали, что здесь писать. Но что-то да надо было. Потому мы здесь и пишем. Если вы это читаете, значит будете знать, что др Илая наконец-то прошло!
полезные ссылки

Arkham

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Arkham » Прошлое » smells like teen spirit


smells like teen spirit

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

http://sh.uploads.ru/uOP7A.gif

Vanessa Sage & Richard Bolem
jun. 1985


Load up on guns and bring your friends
It's fun to lose and to pretend
She's over bored and self assured
Oh no, I know a dirty word

Отредактировано Richard Bolem (29-01-2019 22:51:28)

+5

2

- Bonjour Marie
Bonjour Remi
Comment vas-tu?
Très bien, merci.
Ванесса неспешно перемещается по комнате, легким, немного солдатским, шагом, повторяя одну и ту же считалочку раз за разом. Её куклы терпеливо ждут, когда считалочка закончится, и она выберет кого-то из них. Шёлк везет больше всех – на ней останавливаются уже восьмой раз за последние два часа. А их, фарфоровых сестер, всего было сто тридцать семь. Метафора злится такой несправедливости, сверкает своими карими глазами-бусинами, но девочка раздражается её поведением, снимает с полки и переносит в самый дальний и тёмный угол спальни. Она знает, что там, наверху, Незримый плетет свою паутину, а её кукла его боится. Ванесса оставит Метафору там на несколько месяцев, и к этому времени Незримый проберется в её волосы, вплетая в них свои серебряные стальные нити, будет ползать по её розовой коже, стучать своими острыми лапками по стеклянным глазам, распахнутыми в ужасе. Фарфоровая девочка будет плакать и звать на помощь, но никто не придёт, потому что другие люди не слышат, как кричат куклы.
Ванесса продолжает считалочку. На этот раз кукол сто тридцать шесть.
Скоро полдень, но девушка ещё не выходила из своей комнаты, утопая в приятной прохладе полутемной спальни. Окна открыты, и лёгкий ветерок треплет белые, как облака, занавески. На улице светит тёплое июньское солнце, завещая на весь день хорошую погоду, а воздух свеж и пахнет цветами, растущими перед особняком. Только вот Ванессе не нравится этот запах. Он травянистый, слишком душистый. И цветы эти не красивые – обычные, белые и безликие. Но она всё равно каждый раз вдыхает этот неприятный запах, потому что без него ночью невозможно заснуть.
- Bonjour Marie…
Ванесса замолкает и замирает. Лишь её небольшая грудь, обрамленная былой тканью лёгкого платья, мерно вздымается в такт её дыханию. Она прислушивается к себе, недолго, но маленький холодный комочек мыслей скатывается по её спине вниз, и девушка ежится от этого ощущения.
Где папочка?
Ей срочно нужно рассказать ему, как Метафора плохо себя вела.
Несси оставляет своих кукол в возмущенном одиночестве и выходит из комнаты. Их особняк в Новом Орлеане не очень большой, но девочке здесь нравится – тут красиво, и запах вкусностей из кухни разносится по всему дому. При воспоминаниях о еде, рот наполняется слюной, а живот прожорливо урчит – она не спускалась к завтраку, предпочтя остаться в комнате со своими куклами. Девушка найдет отца, а позже сходит на кухню перекусить чего-нибудь. Возможно, там еще остались те вкусные блинчики с шоколадной пастой и клубникой?
В коридоре она встречает молодую горничную, которая тихо здоровается с маленькой хозяйкой, не отрываясь от уборки. Ведьма хмурится, чувствуя приятную волну раздражения. С ней никто так не обращался: вся прислуга, только завидев Ванессу Сейдж, улыбаясь, приветствовали её и спрашивали, не нужно ли маленькой госпоже что-нибудь. Эту женщину она ни разу не видела, хотя, на самом деле, ни лица слуг, ни их имена она никогда и не запоминала.
- Где папа?- голубые глаза смотрят пристально, раздраженно. Эта молодая женщина красива, и Ванессу это бесит. Горничная удивленно смотрит на хозяйку, отвлекаясь, наконец, от своего «очень важного» дела.
- Мсье Сейдж?
Рот кривится в оскале, а руки сжимаются до боли в костях. «Ты что, тупая?»- хочется выкрикнуть ведьме, но видимо, служанка поняла, что сказала что-то не то – она побледнела, её руки взметнулись к груди, словно защищаясь.
- Он скорее всего на работе, мадмуазель,- нервно бормочет горничная. Её глаза бегают туда-сюда, но ни разу они даже не остановились на Ванессе. Вторая ошибка.
- Salope,- шипит ведьма, наслаждаясь тем, как распахиваются и без того большие зеленые глаза. Её маленький ротик открывается, но ни одного звука так и не выходит оттуда.
Ванесса неспешно отходит, чувствуя спиной, как изумрудная зелень прожигает в ней дыру размером с расширенный зрачок. Маленький рот сжимается в беспомощной ярости, и Сейдж позволяет глупой служанке прочувствовать её, насладится ею. Но женщина не хочет получать такой ценный подарок и отворачивается, чтобы продолжить свою работу. Не останавливаясь, Несси шепчет заклинание, и по коридору разносится сочный спелый хруст, а следом и громкий визг. Девочке не нужно оборачиваться, чтобы знать, что прислуга лежит на полу со своими красивыми, вывернутыми назад, как у кузнечика, коленками.

Отредактировано Vanessa Sage (03-02-2019 18:06:52)

+4

3

Истошный визг эхом не гуляет - мечется по дому. По его тихим и пустым коридорам, бьется о безупречную поверхность ясных зеркал, о стекло, натертое до блеска, без единого пятнышка или сального отпечатка пальца. Рихард давится кофе, встряхивает ладонью, пытается смахнуть темные капли с белой рубашки и брюк, но делает только хуже.
Кто бы там ни орал - лучше бы ему [или ей? - прислушался чех к затихающему визгу] делать это потише.
Кухарка, уронившая стопку тарелок, продолжала причитать, речитативно, как молитву читала этому их любимому богу, Папе Легбе, богу всех чернокожих и диких - как во времена становления Америку, храни ее Бог! - вудуистов. Причитала и косила темным глазом на чеха. Рихард утыкается взглядом в свою кружку, задумчиво болтает остатки жидкости, словно гадает на кофейной гуще - на деле прислушивается к кольцу, пытаясь вместе с призраком затихшего эха уловить звучание магии.
Поздний завтрак с панкейками из кукурузной муки и кленовым сиропом придется отложить.
Маг шагает по особняку в колониальном стиле, перешагивая разом по десятку метров, прорезая пространство насквозь, как стальная нить сыр. Порталы вспыхивают один за другим; у источника звука - уже не визжащей, а тихо подвывающей горничной - Рихард останавливается. Видит удаляющуюся спину Ванессы.
- Тш-ш-ш... - ладонь мягко касается щеки, пальцы коротко выглаживают грубую кожу, которую не пощадило южное солнце. Чех выпивает чужую боль залпом, как стакан бренди, и поднимается чуть пошатываясь, как пьяный, от полученной силы. Миссис Монро молчит. Из-под темных век поблескивают белки закатившихся глаз. Болевой шок - морщится Рихард. Кожа неестественно вывернутых колен разве что лохмотьями не висит и глубокие багровые щели, в которых едва угадываются кости, сочатся темной кровью.
Рихард отступает назад, за спины двух темнокожих, у которых от увиденного пучатся глаза и рты открываются испуганно и бессмысленно. Шаг, еще один. Портал ласково обнимает за плечи, подталкивает между лопаток и маг оказывается перед Ванессой, которая отводит взгляд так же послушно, не замечая очевидного, скрытого магией, как обычный человек.
- Юнге фрау Сейдж, как Вы, с Вами все в порядке? Что произошло?
Интонации безупречные, в отличие от белоснежной рубашки с темным пятном от пролитого кофе, отшлифованные годами - немного волнения, чуть больше спокойной уверенности и готовности действовать.
Думает Рихард совсем о другом, что с появлением Селены Ванесса стала неуправляемой, непредсказуемой - то затихала, то взрывалась и тогда такие, как миссис Монро отправлялись в утиль, вычеркивались из жизни, потому что не стоили ничего по сравнению с такими, как Ванесса.
Миссис Монро не жаль, разве что самую малость, потому что чех уже забыл, как их жалеть, весь этот сонм безликих, бледных призраков, стоящих у порога домов семьи Сейдж.
Ванесса в порядке - Рихард отступает в сторону, медленно перебирает пальцами в воздухе, прикидывая, есть ли смысл возвращаться на кухню, и терпеливо ждет, пока юнге фрау потеряет к нему интерес так же, как к дохлой туше за спиной у лестницы.

+4

4

Затихающее блеяние действует Ванессе на нервы, и она сжимает зубы крепко-крепко, сдерживая в себе раздраженный рык. Мысль о том, что ей следовало свернуть этой овце не ноги, а шею, чтобы она не сотрясала воздух своими жалкими рыданиями, навязчивой идеей пульсирует в голове.
Когда из пустоты перед лицом Ванессы возникает грудь Рихарда, обтянутая белой рубашкой, она лениво останавливается и переводит взгляд направо - туда, где в углу безмолвно стоят декоративные растения. Слабый отклик от чужой магии щекочет её щеки - его появление было предсказуемым, но девушка надеялась, что она успеет уйти раньше, чем он заметит её присутствие. 
Клокочущее раздражение нещадно нападает на неё с новой силой, и Несси озлобленно куксится, стараясь дать понять мужчине, что она не хочет ни о чем разговаривать и обсуждать произошедшее и подавно.
Ведьма собирается сделать шаг, чтобы обойти Болема, но его вопрос - вполне невинный и весьма типичный - проникает ей в уши, выедая её напускную отстраненность. Голубые глаза медленно возвращаются на прежнее место, к аккуратно выглаженной ткани, и поднимаются выше - к бледному лицу, лишенному какого-либо беспокойства. Но Ванессе плевать на его чувства, ей важнее то, что сейчас происходит в её душе - копошится червями, вгрызаясь до боли в её неспокойно бьющееся сердечко.
Это он её спросил?
- В порядке?- голубой взгляд несколько секунд смотрит через Рихарда, прежде чем сконцентрироваться, найдя точку где-то в районе его переносицы.- Со мной? О, mon dieu, Рихард, посмотри вокруг!- её голос срывается, и она размашисто разводит руками, словно птица,- Вокруг в принципе не всё в порядке! Эта... змея, извивающаяся в постели моего папы...- девичьи пальцы впиваются в пшеничные волосы, спутывая их между собой в бессмысленный золотистый клубок.- Она ведь... Она ведь всё испортила!
Искаженное гримасой лицо спряталось за бледными ручками, и тело содрогнулось в рыданиях. Она не собиралась плакать перед ним, но она больше не могла сдерживать свои эмоции.
- Это она во всем виновата!- глухо провыл голос за стеной из пальцев,- Она говорит им не слушать меня. Не обращать на меня внимание, как будто я какая-то вещь!
Раскрасневшееся от слез личико снова выглядывает из-за ладоней, которые тут же неловко стирают дорожки из слёз.
Никто напрямую об этом никогда не говорит, но Ванесса знает, что прислуга называет Селену "хозяйка". Скорее всего, это произошло не так давно, только вот влияние черной ведьмы девушка явственно ощутила достаточно скоро.
Младшая Сейдж понятия не имела, чем новая подстилка Виктора подкупила людей - возможно, пообещала им свою защиту и покровительство, а может, набрала кого-то из своих - Ванессе было плевать. Ей было не всё равно только на то, что теперь на неё смотрят как на гостя в этом доме, а не как на члена семьи Сейдж!
Только вот она не позволит так с собой обращаться. Где же была Селена, когда Несси переламывала этой овечке косточки?
- Только я этого не позволю,- злые слезы вновь побежали по щекам солеными ручейками.- Я п-покажу им всем. Да, я!..- очередной всхлип разрезал воздух,- Я...
Где-то внутри живота, в самой её середине, завязался крепкий узелок и потянул вниз. Ведьма замолчала, прижав неспокойные руки к ткани белого платья.
- Я...- последняя попытка.- У нас ещё остались те вкусные блинчики? - и провал.

+4

5

Помилуй Господь! - она плакала.
Злые, крупные слезы катились по вспыхнувшим нездоровым румянцем щекам. Лучше бы она просто кричала, было бы понятнее, как реагировать, но эта... истерика? Рихард наблюдал за ней отстранено, не двигаясь с места. Выглядело натурально, слишком. Не расчетливой истерикой прожженой стервы и даже не глупым детским капризом - Рихард поднял бровь - бесконечным, неохватным горем, которого не мог знать ни один из Сейджей.
- Юнге фрау... - начал было чех и сбился, не договорив.
Глупая попытка прервать поток чужих слез и резких, рубленных движений.
Кольцо на пальце оставалось холодным. Юнге фрау не колдовала в очередном деструктивном желании сломать что-то. Или кого-то. И когда чех уже готов был выдохнуть, потому что Ванесса явно выдохлась, юная Сейдж начала оседать.
Помилуй Господь! [2] - очень хреновый день, который начался так многообещающе, отъездом Виктора и Селены до самого вечера.
Рихард едва успел подхватить юнге фрау Сейдж.
Дышит.
Цвет лица в этот момент у них наверняка был одинаковый - белый и такой же жизнерадостный, как накрахмаленная простынь.

Миссис Монро не повезло уже во второй раз за день - её сломанные ноги стояли в списке приоритетов гораздо ниже обморока Ванессы.

- Фрау Редпетас, скажите, чтобы в первую очередь врач, как только он появится, сразу зашел сюда, в гостиную.
Нести Ванессу в ее комнату было форменной дуростью. В это логово кукол добровольно и без страха заходил разве что Виктор. Слуги предпочитали обходить стороной и шептались по углам, когда думали, что их никто не слышит, о том, как жутко смотрят блестящие неподвижные бусины глаз, словно наблюдают, следят. Чернокожая прислуга, наводнившая дом с появлением Селены - Рихард поморщился от этой мысли, вспоминая, как Ванесса кричала "это она во всем виновата" - не отличалась образованностью, деревенщина, голимая, суеверная, верящая в проклятья и своего Папу Легбу. Чех деревенщиной себя не считал, но лишний раз в комнату к Ванессе тоже предпочитал не заглядывать.
- Фрау, да перестаньте же стоять столбом, черт возьми! - разозлился чех, - Принесите стакан воды!
Лишь бы ушла отсюда и не пялилась в спину - толку от нее все равно было чуть, Ванессу она боялась так, словно та была одной из множества своих демонических, иначе и не назовешь, кукол. Господи, быстрее бы появился этот герр доктор или Ванесса, наконец, пришла в себя. Ждать, пока произойдет чудо, нет никаких сил.
Чех смачивает платок водой из злосчастного стакана, принесенного фрау Редпетас, и осторожно проводит влажной тканью по лбу и щекам. Полосы света лежат поперек гостиной,
- Как ты? - спрашивает чех, когда дрожащие светлые ресницы ползут вверх и сквозь него смотрят бездонные, как озера, льдисто-голубые глаза Ванессы. И торопливо убирает руку, которую держал на ладони Сейдж до этого.
- Герр доктор должен быть с минуты на минуту. Он осмотрит Вас. Хотите подождать его здесь? Что-нибудь принести, юнге фрау Сейдж?
Рихард ловит себя на том, что разглядывая прозрачные веснушки на щеках Ванессы, не сразу отрывая от них взгляд.
Такая беззащитная...
"Вот уж нет, Болем. Один раз на легенду о милом-Сейдже ты уже попался. Не совершая такую же ошибку во второй раз."

+2

6

Тело сковывает страх лишь на мгновение - когда отчаяние захлестывает её разум настолько, что звуки отдаляются, и тело становится тяжелым - его тянет вниз. Последнее, что видит юная ведьма, падая в густую пустоту - размытое, обесцвеченное лицо Рихарда в обрамлении яркого солнечного света.

Тягучая, плотная тьма заботливо обнимает за плечи, прижимая к себе, и топит в своих черных водах. Звуки становятся всё тише и тише, оставаясь где-то там, за границами черепной коробки, пока полностью не исчезают. Абсолютная тишина заполняет сознание - Ванесса проваливается в безмолвное отражение собственного поломанного сознания. Она просто спит - глубоко, спокойно, без терзающих голову сновидений. Здесь не проскальзывает уродливое и "грязное" лицо Селены, растянутое в злобной ухмылке. Не снится безразличный к её словам и мыслям отец, разбивающий её любимый фарфоровый чайный сервиз. Она не чувствует ничего, лишь успокаивающие руки на светлой детской макушке.
Не хочу просыпаться.
Внезапно, ладони перестают поглаживать волосы, чтобы в следующую секунду резко впиться в тонкие плечи - болезненно, остро. Дыхание перехватывает. В спокойный сон без приглашения врывается кошмар, в котором спасительная тьма становится удушающей. Рычащий шепот заменил собой вакуумную тишину: Sors d'ici!

Ванесса выныривает из забытия - она чувствует влажный холод на своих щеках и слышит неровное дыхание. Ей не хочется открывать глаза, хочется сделать вид, что она всё еще без сознания, но, к сожалению, долго притворяться не удастся. Поэтому, через тягучую головную боль, Несси разлепляет свои примагниченные друг к другу веки.
Гостиная не очень сильно освещена, но тусклый свет всё равно режет глаза. Девушка лениво моргает пару раз, пытаясь избавится от болезненного ощущения в сужающихся зрачках, привыкая к слабому сиянию окружающих предметов.

Когда мужчина убирает руку с её бледного лба, Ванессе хочется вернуть её обратно - его сухая ладонь сдерживала головную боль где-то в одной точке, над бровями, а теперь она распространилась на виски и куда-то внутрь мозга. Ведьма морщится, её пальцы касаются левого виска, но боль не утихает и наполовину.
- Рихард,- она не узнает свой голос - хриплый и дрожащий,- Что случилось?
Секунду назад они были в коридоре особняка, а сейчас младшая Сейдж полулежит на мягком бархатном диване, уставившись испуганными глазами на не менее напуганного Рихарда. Его вопрос застал её врасплох - страх постепенно уходит, оставляя за собой лишь шлейф непонятного удивления. Такого раньше никогда не происходило.
- Я...- младшая Сейдж сглатывает вязкую слюну.- Я не знаю. Я подумала, что...
Умираю?
Девушка не договаривает, отводя взгляд.
Нет. Она много раз слышала, что людям страшно умирать. Они истошно вопят о пощаде, когда кровь заливает их воротники. Просят сохранить им жизнь. И ей самой было страшно. Правда, потом она перестала что-либо чувствовать. Если это и была та самая смерть - то ведьма больше её не боится.
- Нет!- раздраженно шипит Несси. Она не хочет никого видеть, не хочет отвечать на дурацкие вопросы, которые будет задавать дурацкий доктор.- Мне не нужен доктор, пусть он проваливает.
Белое платье шуршит, когда она приподнимается на локтях, пытаясь сесть. Но как только девушка практически принимает вертикальное положение, комната начинает кружится, и она, ойкая, падает обратно, на жесткие декоративные подушки. Это чувство, похожее на полет, настолько необычно, что Сейдж сдавлено хихикает, прижимая ослабленные руки к груди. От смеха горло слипается, и Несси ощупывает языком сухой рот. Она переводит взгляд с белого потолка на помятый воротник такой же белой рубашки, а потом выше - к внимательным глазам.
- Рихард, принеси мне воды.

+2


Вы здесь » Arkham » Прошлое » smells like teen spirit