Poenitentia: Sebastian Valentine до 1.07
19.06 Не проходим мимо новостей. Обращаем внимание на новую акцию.
06.05 Перекличка и многие другие приятные новости с:
01.05 Первомайские новости и очередные изменения
24.04 Не проходим мимо, расширяем Аркхем описанием своих любимых мест
19.04 Любуемся трейлером к предстоящим событиям, а заодно спешим узнать новости о пополнении среди АМС
18.04 Недельное объявление. Не упустите возможность придумать свой стикер!
12.04 Просим всех обратить внимание на свежие новости и предстоящие события. Начинаем готовиться к переводу времени с:
01.04 Мы решили немножко пошалить ;) С 1 апреля!
25.03 Мы меняем дизайн и поздравляем Лота!!!
О всех найденных ошибках и пожеланиях можете сообщить в теме баг-репорта!
Дорогие гости, добро пожаловать в «Аркхем». Мы играем мистику, фэнтези, ужасы и приключения в авторском мире, вдохновленном мистическими подростковыми сериалами, вроде «Волчонка» и «Леденящих душу приключений Сабрины», и произведениями Г. Ф. Лавкрафта.
[AU] fuck society

Elijah Fontaine & Rick Elgort
полезные ссылки

Arkham

Объявление


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Arkham » Альтернативные истории » [AU] в ритме двух сердец


[AU] в ритме двух сердец

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

http://s9.uploads.ru/Z4KEs.png
Letha Moore & Elijah Fontaine
Скорое будущее.

Отредактировано Elijah Fontaine (03-06-2019 21:57:04)

+3

2

Нет. Нет. Нет.

В последний день в Нью-Йорке Дебора жалуется на то, что этот идиот кого-то обрюхатил, когда они в очередной раз расстались, и теперь, когда они снова сошлись, Хейз не понимает как ей реагировать. После концерта в Мэдисон-Сквер-Гарден они ловят такси и останавливаются у первого же бара, проезжая всего несколько кварталов по Восьмой авеню. Лета расстроена не меньше подруги, потому что, поездка на остров прошла зря. Встречи с колдунами и ведьмами, уверяющими, что обладают знаниями достаточными, чтобы помочь в снятии проклятия самого Древнего, соединяются в одну бесполезную цепочку из тайн, увиливаний от ответа и лжи. А лгать Элаю вообще-то тяжело, учитывая, что он на себе ощущает, как краснеет от вранья даже ее желудок, и как мысли сбиваются в одну кучу, предают ее и охотно рассказывают некроманту все недомолвки, если он только того пожелает. Концерт Кендрика в Нью-Йорке отговорка вполне безопасная, Лета ведь рвалась на него целый год; вербование новых полукровок в Ковен Лилит, с которым теперь пытается совладать Дебора, будучи еще недавно новенькой в магическом мире, - отмазка менее безопасная, но вполне логичная. В конце концов, все заканчивается шотами текилы в баре, где они соглашаются на том, что дети - исчадия ада, а магия - настоящее бесполезное дерьмо.

Лету тошнит следующие два дня. Тошнит, пока она пытается соединить хотя бы несколько слов в предложение, но оставляет лист своего сырого диплома абсолютно пустым, удаляясь в уборную, безуспешно пытаясь контролировать навязчивые спазмы. Тошнит, когда чует запах кофе и пытается съесть хотя бы горстку сушенного инжира. Тошнит, когда Хлоя, сжалившись над ее муками, решает помочь с тезисами к диплому, очень неудачно пошутив о том, а не беременна ли она случайно. Лета закатывает глаза, даже подсмеивается в ответ, и обещает себе, что больше никогда не прикоснется к текиле.

Нет. Нет. Нет.

Лета мечтает о текиле, когда видит две короткие, разрушающие весь мир, полоски на тесте. Слова Хлои не идут с головы, она покупает тест на всякий случай, забывает о нем, как только от еды начинает тошнить чуть меньше. Ее неудачная поездка в Нью-Йорк завершилась отравлением, подумаешь. Лета вспоминает о нем, когда после поездки проходит еще несколько дней, и, одним ужасно-пасмурным утром, закрывается в ванной своей старой комнаты, молится чертовым Древним богам, чтобы помиловали ее хотя бы раз. Должна ведь от всесильных тварей быть польза.

Но Древним все равно на то, что она залетела. Лета держит в руках тест, сверлит его ошарашенным взглядом и еле сдерживается от того, чтобы драматично скатиться по стене и, может быть, заорать. Задирает ночную рубашку и смотрит на свой, пока еще плоский живот, прикасается к нему неуверенно, будто боится обжечься. Нет, не пока еще плоский - он таким и останется. Ребенок - последнее, о чем она может сейчас волноваться, не тогда, когда она тратит столько сил на поиски решения для Элайджи, и еще больше на то, чтобы скрывать это от него. Рик обо всем знает и пытается уговорить ее прекратить, опять предлагает выкачивать из него силы, забирать по крупицам жизненную энергию, высасывать все его тепло. Лета озлобленно вертит головой каждый раз, когда он начинает с ней об этом спорить, кричит на него, напоминая, что вообще-то, они нужны ей оба, так что никакой услуги он ей не сделает, если урежет себе десяток лет.

Нет. Нет. Нет.

Лета вдруг отчетливо осознает еще одну страшную правду. Вероятно, о ее маленькой новости придется рассказать, если она еще собирается поступать правильно. Поставить перед фактом и сказать, что в свои двадцать три ставать матерью вечно кричащего и гадящего в пеленки создания, она не собирается. Вероятно, нужно сообщить об этом и Рику, и Элаю, учитывая, что она, черт возьми, понятия не имеет кто из этих двоих оказался таким метким стрелком.

На пути в спальню очень хочется удрать, но Лета крепко сжимает в руках тест, пытается игнорировать подступающую дрожь, все время сглатывает и задерживает дыхание, дабы не уловить по случайности еще одного запаха, от которого внутренности болезненно сожмутся, разразившись новым приступом рвоты. Утро пробирается сквозь занавески неуютным светом предстоящего угрюмого дня, не освещает кровать слепящими лучами, может это и к лучшему - назойливое солнце не раздражает Элаю глаза.

- Почему Рик уже не в постели? Сейчас сколько? Часов семь? - Лета не уточняет, почему сама же спала в своей старой комнате. Этому можно найти разумное объяснение - она вернулась слишком поздно прошлой ночью, просидев допоздна с Деборой и несколькими ведьмами ее ковена в месте их постоянных собраний; не объясняет, почему так рано подорвалась в выходной после длинной ночи. Слова вообще вылетают из ее головы, их заменяет подступающая к горлу паника, - Нам срочно нужно разгадать кое-какой ребус.

Она все еще не подходит к Элаю, нерешительно перекатываясь с ноги на ногу возле кровати. Вдруг хочется рассмеяться, громко, истерично, - настолько вся эта ситуация нелепая. Лета поднимает руку, демонстрируя причину ее странного состояния шока с нарастающим приступом истерики. Она чувствует, как в уголках глаз набирается вода, и катится по щеке одинокой досадной слезой. А еще ее опять тошнит. Тошнит ли так же Элайджу? Он всегда лучше блокировал последствия их связи.

- А вот и ребус, - выдавливает ведьма после затянувшийся паузы, бросая тест в руки Элайдже.

+4

3

Не реагировать на каждое едва уловимое изменение в самочувствии Элайджа научился ещё в первый год их с Летой брака. Всё же от тесной физической и эмоциональной связи, которым был скреплён их союз, были как плюсы, так и минусы, и самый очевидный, самый жирный из недостатков, который буквально лежит на поверхности – одна на двоих боль. А когда твоей благоверной едва пошёл третий десяток, лучше и вовсе позабыть о первое время тревожащей его паранойе, ведь Мур ещё совсем девчонка и её эмоции имеют свойство прыгать из стороны в сторону по несколько раз в час как стрелка маятника. Конечно, заметно повзрослевшая, более серьёзная, собранная, но всё ещё девочка втрое младше его.

По этой же причине Фонтейн не задаёт вопросов, отпуская её на уик-энд в Большое Яблоко. Доверяет? Маловероятно, но точно знает, что случись что в обиду она себя не даст и надерёт зад кому угодно, обратив обидчика щелчком пальцев в бородавочника или наградив сибирской язвой, которая медленно высосет из него жизнь. Молодой на вид мужчина больше не подпрыгивает как раньше в кресле при малейшем покалывании в ногах или на кончиках пальцев. Ещё пару месяцев назад он обязательно потянулся бы к телефону, набирая заученный наизусть номер и спрашивая всё ли у Леты хорошо, но теперь только сдавленно выдыхал и благодарил километры расстояния за возможность ненадолго сконцентрироваться на себе, за шанс слегка ослабить связь до тех пор, пока обладательница рыжего пучка волос снова не начнёт мерцать янтарным солнцем на пороге их спальни.

Быть может, спохватись он раньше всё было бы иначе?

Спрашивать себя «а что, если» можно сколько угодно, но толку в этом никакого, пока маги не научатся обращать время вспять и переписывать летопись истории на свой лад и под выгодным для них углом. Книга в его руках, по строкам которой бегали глаза в очках с тонкой оправой только что, падает на пол, выскользнув из тонких пальцев когда взгляд некроманта ухватился за причину её взвинченного поведения и резкого поступка. В том, что девушка придёт именно сюда, Элай не сомневался, как и в том, что поднимется по ступеням, первым делом навестит свою комнату, что потребовала с первого дня их знакомства, и лишь затем, сменив пыльное дорожное платье на что-то чистое явится к нему. Всегда старается быть чуть лучше, чем она есть на самом деле, хотя некромант ей повторял снова и снова, перемежая слова с пылкими поцелуями, что без ума от угловатой девчонки с острыми плечами и выпирающими коленками, россыпью веснушек-жемчужин и вытянутым носом с лёгкой горбинкой.

Её тревога душная как запах улицы после дождя или распустившихся пионов, что опутывают особняк каждое лето, забирается под кожу стоит ей приблизиться к дому на сотню ярдов, и душит окончательно, когда между парой остаётся несколько метров расстояния. Поверить в то, что это не глупая шутка, тяжело, но приходится, ловя бегущие вдоль спины мурашки и проступающий на коже пот, от которого рубашка прилипает к спине, такие же, как и у самой девчонки. Но в отличие от неё Элайджа не паникует, только кашляет тихо в кулак, находя для себя наконец разумное объяснение дурного самочувствия в последние несколько дней, и встаёт с скрипучей кровати, замирая в полушаге от девушки и склонив голову к плечу.

- И что ты решила? – после натянутой паузы спрашивает, делая то, что считает самым верным и правильным в этой ситуации со своей стороны как любящего человека – сжимает её локти и притягивает к себе, обнимает бережно, как самую большую драгоценность в жизни, прижимаясь губами в виску, на языке тела говоря, что будет рядом всегда.

«Мы», «наше решение», «моё слово имеет значение» - всё это чушь собачья, навязывать которую Фонтейн точно не будет. Единственная, у кого есть право решить судьбу ребёнка, жить ему или умереть – это сама Лета, и Элай примет любое её решение каким бы оно ни было. Но если всё же оставит, то сделает всё что в его силах, чтобы помочь.

Хорошим отцом он не был и никогда не будет, но искупить свою вину за собственную халатность в отношении первенца, жизнь которого не спас, считает правильным и нужным. Вот он шанс, хватайся, делай всё что в твоих силах, и неважно кто действительно отец – любить его и воспитывать маг будет как своего, потому что в их отношениях нет этой глупой границы, где заканчивается рубеж двоих и вступают в силу полномочия третьего. Так было с первого дня, их трое, и будет и дальше вне зависимости от выбора, который сделает его жена.

+2


Вы здесь » Arkham » Альтернативные истории » [AU] в ритме двух сердец